Они спрыгнули на землю на Джордж-стрит.

— Что сделано, то сделано, Кейт, — сказал ей Саймон, когда они побежали в сторону следующей улицы. — Нам нужно вернуться в Хартли-Холл. Доктор Уайт нас видел. Боюсь, в вашем доме скоро появятся гости.

Малкольм свернул в сторону. Саймон остановился и посмотрел ему вслед.

— Ты же не бросишь нас, правда? — спросила Кейт.

— После такого фиаско я, черт возьми, должен был бы это сделать, — процедил Малкольм, но покачал головой, отчего его косичка заплясала в лунном свете. — Я собираюсь раздобыть еще боеприпасов. Пенни Картер работает над некоторыми специальными приспособлениями. Все это нам понадобится, прежде чем все закончится.

— Тогда встретимся в Хартли-Холле?

— Да.

— Не опаздывай, — напутствовал Саймон. — И не умри.

Саймон ухмыльнулся. Затем схватил Кейт за руку и побежал к карете Анструтеров, которую они оставили в нескольких кварталах от дома.

— Прости, — сказала она, запрыгивая на сиденье, и карета тронулась с места.

— Не за что. — Не дав ей ответить, он махнул рукой. — Я понимаю, почему ты это сделала, Кейт. Как я и сказал, нас никто не осудит, кроме нас самих.

Кейт наклонилась вперед и закрыла лицо руками. Саймон положил ей на плечо твердую руку и не убирал ее, чтобы поддержать девушку. Она подавила тревогу и крепко сжала руку Саймона.

Несмотря на ранний утренний час, по улицам скрипели тяжелые грузовые повозки, а торговцы толкали перед собой тележки, на которых громыхали горшки и столовые приборы. Малкольм добрался до реки, пробираясь сквозь толпы бродяг. На северном берегу реки было немноголюдно, а некоторые улицы и вовсе пустовали, что было редкостью для многолюдного Лондона.

Шотландец почувствовал, как по его затылку пробежали мурашки. Он обернулся к оживленному мосту. Наметанным глазом следопыта он заметил нескольких мужчин, которые то появлялись из толпы, то исчезали из виду, двигаясь в толпе более целенаправленно, чем большинство ранних прохожих. Возможно, это были рабочие, направлявшиеся на фабрику, а может, воры, высматривавшие неосторожных жертв. Как бы то ни было, Малкольм зашагал быстрее.

Он направился в ветхий район Дэвилс-Акр, надеясь оторваться от преследователей в этом лабиринте извилистых улочек. Несколько кварталов он шел обычной походкой, чтобы не дать своим преследователям ускориться. Внезапно он развернулся и бросился в переулок. Уворачиваясь от куч мусора, он перепрыгнул через стену и остановился, чтобы сориентироваться. Раздался оглушительный хор воющих голосов, предвещавших его смерть. На лбу у Малкольма выступил пот, и он снова бросился бежать. Позади него послышался скрежет когтей по камню, и он припустил еще быстрее. Его руки взметнулись к груди, и он выхватил пистолеты.

Справа от него мелькнула какая-то фигура, и он выстрелил. В свете выстрела Малкольм увидел жуткое лицо оборотня. Пуля попала существу в морду, отбросив его к стене. Малкольм продолжал бежать. Еще один оборотень перепрыгнул через своего мертвого сородича и бросился в погоню. Он буквально взбирался по стенам, перепрыгивая, с одной стороны, на другую, и, вырвавшись вперед, приземлился рядом с Малкольмом на груду ящиков. Его жестокие челюсти сомкнулись на рукаве его сюртука, разорвав его. Малкольм не споткнулся, а прицелился и выстрелил оборотню в грудь.

Узкий переулок замедлил преследование и не дал волкам рассредоточиться и окружить Малкольма, как они сделали бы в дикой природе. Малкольм резко свернул в поперечный переулок. Он вырвался вперед, а стая не могла замедлить свой бешеный натиск, и двух вожаков сбил с ног третий, бежавший за ними по пятам. Разрушающиеся здания тряслись от ударов этих тварей. Один бедняга выглянул в окно на третьем этаже, чтобы посмотреть, что происходит, и тут же пожалел об этом.

Оборотень приземлился перед Малкольмом на четвереньки, вцепившись когтями в булыжную мостовую, чтобы не скатиться вниз. Малкольм выхватил длинный нож с лезвием, покрытым серебром, и прыгнул прямо на зверя, повалив его на землю. Нож взмыл в воздух и вонзился в горло оборотня. Тот забился в конвульсиях, и огромная когтистая лапа полоснула Малкольма по спине, отбросив его к кирпичной стене. Он вскочил на ноги и выбежал на главную улицу. Он молился, чтобы стая по-прежнему предпочитала действовать скрытно и не вышла на открытое пространство, даже ночью. Он рискнул оглянуться и увидел, что в темноте что-то шевелится, и понял, что стая замешкалась.

Малкольм остановился, чтобы перезарядить пистолеты. Подняв глаза, он заметил темные фигуры, карабкающиеся на крыши. Он снова выругался, на этот раз на гэльском. Малкольм насчитал всего двух преследователей. Два таких существа, смертельная угроза, но у его пистолетов было по четыре ствола и серебряные пули. Он хотел убить их, а не привести к Пенни. "Ланкастеры" требовали близкого расстояния, так что ему нужно было заманить их к себе.

Он замедлил шаг, споткнулся и нарочито прихрамывая свернул в темный переулок. Через несколько секунд он услышал тяжелое дыхание, такое же, как у него самого. Оборотень спрыгнул с крыши и, перепрыгивая со стены на стену, добрался до земли, подняв облако пыли. Его слюнявая пасть отрылась, обнажив зубы. Он принюхивался, выискивая Малкольма. Тот вышел из тени и выстрелил. Пуля попала зверю в плечо, и он рухнул на землю. Малкольм бросился на него с серебряным кинжалом, словно собираясь снять с него скальп. Глубокий удар в сердце нанес твари смертельную рану.

В конце переулка появилась темная фигура и двинулась в его сторону. Прежде чем зверь успел набрать скорость, Малкольм встал и прицелился с предельным спокойствием, словно встретившись с противником на поле чести. Оборотень уже прыгнул, когда серебряный шар попал ему в вздымающуюся грудь, и он замер в воздухе. Пистолет вращался, но не зафиксировался в исходном положении. Малкольм не успел увернуться от падающего на него мертвого тела, и оно с силой ударило его о землю, так что затрещали кости.

Малкольм с трудом вытащил свой взведенный пистолет из-под свинцовой туши. Все тело болело от напряжения. На Малкольма упала тень. Над ним нависла еще одна тварь с изуродованным лицом. Слюна и кровь стекали по ее морде. Существо запрокинуло голову и завыло, то ли в знак траура, то ли призывая сородичей.

Малкольм с хриплым криком вырвал пистолет из кобуры. Ствол зашипел и встал на место. Раздался выстрел, и вой оборвался. Оборотень схватился за кровоточащее горло и упал навзничь. Малкольм не видел, куда он упал, но слышал предсмертные хрипы.

Шотландец выбрался из-под мертвого чудовища. Он был весь в крови, но, по крайней мере, большая ее часть была не его. Он с трудом поднялся на ноги и методично проверил патроны. Осталось всего два серебряных. Он добрел до конца переулка и вышел на широкий бульвар. Несколько человек проводили его взглядом, но не стали останавливать, увидев кровь на его одежде и тяжелый пистолет в руке.

Теперь Малкольм действительно хромал, направляясь через Сент-Джеймс-парк в сторону магазина Пенни. Он молился, чтобы она встала пораньше. К счастью, за ним больше никто не гнался. Он достал флягу и вылил ее содержимое себе за спину. Запах был ужасный, и Малкольм прикрыл нижнюю часть лица рукавом, чтобы не вдыхать его. Он обрызгал себя со всех сторон. Оставалось надеяться, что вонючий раствор притупит обоняние оборотней. Малкольм не считал их опытными следопытами, но рисковать не хотел. Он намеренно ступал по жидкой нечистоте из канализации, которая текла по улице, словно кровь. Он швырнул бутылку изо всех сил.

Малкольм едва не пропустил поворот на Бонд-стрит. Еще один усталый взгляд по сторонам подтвердил, что погони нет. Он пробежал последние несколько кварталов до магазина Пенни. На витрине висела табличка "Закрыто". Он постучал в дверь, но никто не ответил. Выбора не было, и он взломал замок.

Он едва не упал, оказавшись в полутемном магазине, но передышка была ему не нужна. Он начал рыться на полках в поисках патронов калибра Ланкастера. Мимо витрины прошла какая-то большая темная фигура, и Малкольм нырнул за прилавок, выхватив пистолет. Он выглянул из-за угла, чувствуя, как сердце колотится в груди, и услышал, как кто-то принюхивается прямо за дверью. В дверном проеме показалась огромная фигура. Малкольм прицелился. Дверь распахнулась, и на пороге появился огромный серый оборотень, оскаливший зубы.