Кейт в замешательстве посмотрела на Ника.

— Что это было?

Саймон повернулся на звук встревоженных голосов, доносившихся с лестницы, и указал на окно.

— Лучше не попадаться им на глаза.

Ник кивнул Кейт и открыл окно.

— Ты что, собираешься просто уйти? — возмутилась Кейт. — Как мы объясним появление оборотня?

— Какого оборотня? — спросил Саймон.

Она указала на лорда Окема и увидела, что он уже принял человеческий облик и лежит окровавленный на ковре. Он был обнажён, если не считать лохмотьев некогда роскошного одеяния, которыми он был укрыт.

— Ой.

— Лучше, чтобы нас здесь никто не видел, — подсказал он, указывая ей на окно. — Это довольно сложно объяснить.

— Я останусь. Сомневаюсь, что меня обвинят в убийстве человека бильярдным столом.

— Спасибо за своевременную помощь. — Саймон улыбнулся, глядя на женщину по-новому. — Вы очень любопытны, мисс Анструтер.

— То же самое можно сказать и о вас, мистер Арчер.

Он поклонился и выскользнул в окно вслед за Ником.

В Лондоне стоял чудесный осенний день, но Саймону было не до веселья: он все еще переживал из-за вчерашней ссоры. Неторопливая чашка кофе в его любимом кафе "Крытые ворота" рядом с Сохо-сквер должна была помочь ему успокоиться. Впервые он пришел сюда с Беатрис много лет назад, и знакомые звуки и запахи вызвали у него неприятную тоску.

Из разговоров посетителей он узнал, какие версии ужасных событий, произошедших сегодня утром в доме виконта Джиллингема, циркулируют в городе. По общему мнению, виной всему внезапный приступ душевной болезни у аристократа, который и раньше отличался странным поведением и радикальными политическими взглядами. Кто-то произнес слово "чудовище", но либо с усмешкой, либо серьезно, так что его вряд ли услышали бы кто-то, кроме душевнобольных или тех немногих, кто действительно в курсе. Саймону предстояло столкнуться с различными слухами, которые наверняка поползут позже. Но слухи есть слухи, они мало что значат.

Он сожалел о том, что не смог предотвратить новые жертвы, но утешал себя тем, что могло быть гораздо хуже. Если бы оборотень добрался до главного зала, где проходила вечеринка, кровопролитие было бы катастрофическим. Страна могла бы лишиться премьер-министра и его любимой жены, а также многих видных членов парламента и придворных.

Затем на губах Саймона появилась странная улыбка, когда он представил, как Кейт Анструтер стоит лицом к лицу с огромным существом, вооруженная лишь флаконом с ядовитыми духами. Поразительно!

Саймон наблюдал за тем, как по улице кружатся опавшие листья, и посмотрел на часы. Пенни Картер прислала ему сообщение с просьбой зайти в ее магазин ближе к вечеру. Судя по всему, шотландский охотник на оборотней должен был забрать свое отремонтированное оружие. Саймон не смог сдержать самодовольной улыбки, предвкушая рассказ о том, как охотник расправился со своей добычей. В конце концов, это было делом чести. Оборотни в Британии редкость.

В это время дня в "Хранилище чудес Картера" было многолюдно, хотя никто из посетителей не был связан с оккультизмом. Это были обычные покупатели, которых привлекали чудеса, выставленные в витрине. Одному мужчине нужно было починить часы, а пожилая женщина искала подарок для племянницы и была очарована замысловатой музыкальной шкатулкой с двумя фигурками на шарнирах, которые танцевали и кружились под веселую мелодию. Пенни ловко управлялась за прилавком, хотя ей явно было неловко выполнять работу, которую обычно делал ее брат.

Саймон приподнял шляпу.

— Добрый день, Пенни. А где Чарльз в такой прекрасный день?

— Здравствуйте, мистер Арчер, — поприветствовала его девушка. Ее улыбка была искренней. — Он навещает родственников на востоке.

— Я успел вовремя?

Она кивнула.

— Я жду его с часу на час.

— Отлично, — улыбнулся Саймон. — Я пока присяду.

— Он не пунктуален, но мои учебники помогут скоротать время. Вы цените широкий спектр знаний. — Не успела Пенни договорить, как ее отвлек покупатель.

В витрине магазина был уютный альков, заполненный книгами, в основном по инженерному делу и теории паровых двигателей. Саймон закурил, наблюдая за тем, как постепенно редеет толпа, пока в магазине не остался один.

Прошло больше часа, прежде чем звякнул дверной колокольчик и вошел смуглый шотландец. Это был высокий, суровый мужчина в черном двубортном пальто из шерстяной ткани. Его длинные волосы были стянуты на затылке и перевязаны бечевкой. В ярком свете ламп его лицо казалось суровым и худым, хотя на вид ему было не больше тридцати.

Саймон, отложив в сторону механического воробья, поднял бровь.

— Мы снова встретились.

Шотландец уставился на Саймона, словно пытаясь вспомнить, где его видел. Затем его лицо озарилось узнаванием.

— Ах, это ты. — Он прислонился к прилавку, положив на него огромный пистолет с четырьмя стволами. Под пальто у него была кожаная портупея с двумя кобурами и как минимум одним кинжалом.

Из-за прилавка выглянула Пенни и помахала рукой.

— Я сейчас подойду, Малкольм.

— Называй меня по имени, — отметил Саймон. Значит, шотландец часто сюда захаживал, и не ради причудливых игрушек.

— Рад, что у тебя все хорошо, — сказал Саймон. — У меня есть новости о нашем друге, с которым мы виделись вчера вечером.

— Да неужели? — резко ответил тот.

— Да. Если вы потеряли след, не отчаивайтесь.

Шотландец едва не зарычал от злости.

— Что вы имеете в виду, сэр?

— Он больше не причинит нам беспокойства. С прошлой ночи его больше нет в живых.

Мужчина впился взглядом в Саймона.

— Сомневаюсь. Я всю ночь видел его следы вдоль реки.

— Тогда я должен усомниться в ваших навыках следопыта. — Саймон слегка улыбнулся.

Шотландец не разделял его веселья.

— Может, вам просто кажется, что вы убили это чудовище. А на самом деле вы просто пристрелили бродячую собаку в темноте.

Саймон усмехнулся, оценив остроту, но покачал головой.

— У бродячих собак не такие длинные клыки, как у меня, и их не нужно забивать до смерти бильярдным столом.

Малкольм нахмурился, собираясь возразить, но тут из задней комнаты вышла Пенни. Она взяла в руки четырехствольный ланкастерский пистолет, который тут же развалился на несколько частей. Она покраснела от гнева.

— Черт возьми! Вы хоть представляете, сколько времени я потратила на эту красоту? Это высокоточное огнестрельное оружие, а не дубина! Если вы не будете обращаться с ним должным образом, оно не спасет вам жизнь, когда понадобится!

— Я не охочусь на фазанов, — возразил Малкольм. — Здесь довольно опасно. Если мой второй пистолет будет готов, я заберу его, а тот, что вы мне дали, оставлю себе еще на какое-то время.

Пенни что-то проворчала, но затем хищно ухмыльнулась Малкольму и Саймону.

— Мои два лучших клиента. Вас уже представили друг другу?

Саймон протянул руку шотландцу.

— Саймон Арчер из Уорденского аббатства.

Малкольм пожал протянутую руку Саймона.

— Малкольм Макфарлейн из Роуарденнана.

Однако при упоминании этого имени глаза Саймона внезапно потемнели. Малкольм тут же отдернул руку.

— Роуардэннан? — медленно переспросил Саймон. — Вы знали Джона Макфарлейна, который был родом из тех мест? Он был старше вас лет на двадцать.

— Знал, — Малкольм напрягся. — Моего отца звали Джон Макфарлейн. Какое вам до этого дело?

Малкольм не успел договорить. Саймон с силой швырнул его к стене.

— Моего отца, — прорычал Саймон, — звали Эдвард Кавендиш. Ваш отец убил его.

Кулак Малкольма врезался в щеку Саймона, заставив его отшатнуться. Саймон ответил ударом в висок. Грудь Саймона пронзила боль, когда Малкольм ударил его локтем в грудь, и воздух так резко вырвался из его легких, что перед глазами замелькали пятна. Саймон упал на четвереньки, чувствуя сильное головокружение и дезориентацию. Он заметил рядом с собой ногу. Он схватил ее и дернул, повалив Малкольма на пол.