— Потом, — ворчит отец. Затем смотрит на меня каким-то лукавым взглядом и подмигивает. — С женой поотмокаешь.

Блядь. Ну вот зачем он так? Воображение тут же рисует картинку, только… нужно хоть немного вводных данных.

— Блондинка или брюнетка? Или рыженькая? — уточняю, прежде чем уйти. Будто от этого зависит вся моя жизнь.

— Блондинка. Кареглазая. Со сногсшибательной фигурой, — смеётся отец и отходит в сторону, пропуская нас к лифту.

Обалдеть. Ну что за счастье! Всё-таки куколку мне какую-то присмотрел. Кажется, жизнь с каждой секундой начинает мне нравится всё больше и больше. Прямо то, что прописал доктор после долгого воздержания и нечеловеческих условий существования. Вот только, почему-то, этот лукавый взгляд отца мне совсем не нравится. Что-то тут явно не чисто.

Лис с Белым переглядываются. Кажется, тоже не прочь уже жениться.

Лифт плавно трогается, унося нас на этаж, где, видимо, и ждёт меня шикарная брачная ночь с блондинкой со сногсшибательной фигурой.

— Надеюсь, у твоей невесты есть красивые подружки. Я сдохну, если сегодня никого не трахну, — вздыхает Белый.

Учитывая нашу бурную активную студенческую жизнь, такой сухпаёк всем обошёлся дорого. Но теперь всё изменится. Наконец. Я на таком расслабоне, что даже с отцом не стал ругаться. А может, и не буду. Такой контраст жизненный. Мне бы просто... жену уже в номер и чтобы нас не трогали несколько дней.

— Ну что, как думаешь, кто первый сегодня дойдёт до кондиции «в говно»? — ухмыляется Лис, глядя на меня оценивающе. — Тень, ты же у нас теперь человек женатый, наверняка будешь держать себя в руках. Не станешь налегать на шампанское, да?

Алкоголь. Полгода в завязке. Да нас всех разнесёт от первого же бокала. И, главное, ведь принудительно курить бросил. Потому что этот чёртов Дрессировщик не позволял нам расслабляться ни на секунду.

— Ага, как же, — фыркает Белый. — Зная Тень, он не притронется к бухлу, а просто отнесёт невесту в номер и продолжит банкет там. С ней.

— Конечно, блядь, я не буду пить, — огрызаюсь я, хотя в голове уже рисуются картины, как я опустошаю бутылку за бутылкой. Чёрт. Хочется всего и сразу, наверстать, так сказать, упущенное. — Я, между прочим, тоже человек. И полгода без нормального секса — это, знаете ли, не шутки. Мне ещё силы понадобятся.

— Да ладно тебе, — хохочет Лис. — Мы же шутим. Просто представляем, как ты сейчас будешь стараться казаться примерным семьянином, это же что-то из разряда фантастики.

— И что самое смешное, — подхватывает Белый. — Все эти разговоры про любовь до гроба и верность в браке... Разобьются, стоит только кому-то нажраться. Уверен, что через пару часов мы будем вытаскивать тебя из-под стола в отключке.

— Да пошли вы, — отмахиваюсь я, чувствуя, как на лице расползается улыбка. — Просто завидуете, что у вас сегодня ничего не обломится. Я сегодня буду идеальным мужем. Как минимум, до брачной ночи.

А потом нажрусь. Возьму шампанское в номер. Идеальный план.

— Ну почему же? — задумчиво тянет Белый. — Может, на свадьбе и нам что-то перепадёт. Глядишь, и я найду свою любовь. А лучше кого-то на одну ночь.

Двери лифта открываются, прерывая наш разговор. Разбредаемся по номерам, и я впервые за долгое время кайфую по настоящему. Номер, оказывается, реально хорош. После бараков вообще кажется чем-то королевским. Кровать — мягкая. Мать твою, тут всё кругом шикарное. А душ… Быстро моюсь под тёплыми струями и стону в голос от удовольствия.

Душ, грёбанный душ, меня до оргазма чуть не доводит. Возникает мыслишка спустить пар по-быстрому, но решаю, что лучше уж с девушкой, тем более подождать недолго нужно. Может, уломаю её в номерок подняться на пару часиков во время банкета…

Натягиваю костюм, который едва по швам трещит. Батя и не подумал, что за эти полгода я стал шире в плечах. Мускулами оброс так, что родственники не узнают. Но костюм сидит, как влитой, подчеркивая рельеф мышц. Пусть завидуют.

Выдвигаюсь в зал. Народу уйма. Лис с Белым ещё, видимо, не пришли. Многих узнаю. Ко мне подходят, здороваются. Я киваю, а сам ищу взглядом девушку в белоснежном платье. Ну где там моя красотка блондинка?

Наконец-то замечаю её рядом с… преподом по уголовному праву. Валентин Игоревич. Меня простреливает мысль, что это… его дочь? Она держится за его руку и смотрит на него с какой-то мольбой. Ну не любовница же, ёптыть. Хотя, в нашем мире возможно всё.

Иду навстречу. И тут она поворачивает голову ко мне. Я готов кончить прямо здесь при всех. Она не просто симпатичная. Она нереальная красотка. Идеальная фигура «песочные часы», невинные карие глазки в обрамлении длинных ресниц, сочные пухлые губки и нежный румянец. Кожа светится здоровьем и молодостью.

Топ-модель, блядь. Моя!

Ничего себе... Вот уж неожиданный сюрприз!

Подгребаю к ней и тяну на себя. Валентин Игоревич что-то говорит невнятное, но я не слышу. Я только чувствую под своими ладонями податливое женское тело.

И как же обалденно она пахнет! Она вся — сгусток сексуальности.

— Привет, невеста, — усмехаюсь я, стараясь скрыть нарастающее возбуждение.

Она смущённо взмахивает ресницами, и меня кроет. Наклоняюсь и впиваюсь в её губы, сразу же тараня её рот языком. Плевать на приличия. Хочу показать всем, что она — моя. Да что там… просто хочу и всё.

Алексей Тенин

Чувствую, как она вздрагивает от моей напористости, но не отталкивает. Сладкий вкус её губ дурманит похлеще любого пойла. Хочется большего. Хочется ощутить её тело под своими руками, сорвать к чертям это платье и утонуть в ней. Трахать. Жёстко, быстро, так, чтобы с её пухлых губ срывались хриплые стоны. Один за другим…

Отличный признак. Я хочу свою будущую жену. И всё-таки этот день нравится мне с каждой секундой всё больше и больше.

Отрываюсь от неё, тяжело дыша. Она смотрит на меня испуганными глазами. Дыхание такое же прерывистое, как и у меня. Кажется, мой порыв её немного напугал. Ну ничего, привыкнет.

— Репетиция, мать её, прошла успешно, куколка, — шепчу ей на ухо, касаясь губами нежной кожи. Чувствую лёгкий трепет. — Остальное продолжим позже. Сегодня ты будешь моей. Полностью.

Уголки её губ дрожат. Она молчит, будто боится издать хоть какой-то звук. Наверное, в шоке от моей дерзости. Да, переборщил. Не надо было так сразу накидываться. Но что поделать, не удержался.

Поворачиваюсь к Резникову, который выглядит сейчас так, будто я осквернил какую-то святыню. Надеюсь, что всё-таки это просто его дочь. Протягиваю руку и скалюсь в самой обаятельной улыбке, на которую только способен.

— Надеюсь, вы меня ещё не забыли, Валентин Игоревич? — говорю я, глядя ему прямо в глаза.

— Тебя сложно забыть, Тенин, — пожимает он мою руку, но его хватка слабая, неуверенная. — Надеюсь, твой брак с моей дочерью будет… спокойным.

С дочерью. Значит, реально моя жёнушка — скромница-профессорская дочка? Хотя, может быть, и не такая уж и скромная, как кажется на первый взгляд? Нам это качество сейчас точно будет лишним. Особенно, когда поднимемся наверх и избавимся от этих дурацких тряпок.

— О, поверьте, я сделаю всё возможное, — усмехаюсь я и притягиваю невесту ближе к себе. Она безропотно даётся мне в руки, но чувствую, как напрягается всем телом. — Она не пожалеет, что связала свою жизнь со мной.

Поворачиваюсь и смотрю в её колдовские тёмные глаза. Настоящие омуты, в которых утонуть можно. Она на миг замирает, столкнувшись со мной взглядом, а потом резко отводит взгляд в сторону, прячась за длинными ресницами. И всё-таки слишком скромная. Слишком молчаливая. Но это поправимо. Я раскрепощу её, никуда не денется. Это будет даже весело.

— Только… не переусердствуй, Тенин. Моя дочь и ты…

— Да не переживайте, батя, — широко улыбаюсь, перебивая его сбивчивую речь. — Мы уж как-нибудь сами разберёмся. Взрослые люди, в конце концов.

Снова переношу внимание на свою блондиночку. Она усиленно делает вид, что мы вообще не вместе. Забыла, наверное, кто её только что целовал. Кладу руку ей на подбородок и поворачиваю её лицо к себе. Заставляю снова поднять свои очаровательные глазищи на меня. Нахожу удовольствие в её замешательстве.