Сиенна практически бегом распахивает дверь и прыгает на Люка, прежде чем он успевает вымолвить хоть слово. Он смеется, поднимает ее и прижимает к себе. Они целуются и шепчутся друг с другом так долго, что я издаю преувеличенный стон.

— У вас есть зрители. А я сегодня слишком много съела, и все, что угодно, может вызвать у меня рвотный рефлекс.

Моя лучшая подруга даже не оглядывается, когда отмахивается от меня через плечо. Люк подмигивает.

— Не удивляйся, если твоя соседка пропадет на несколько дней. Возможно, она будет привязана к моей кровати.

Сиенна взвизгивает и шлепает его по руке.

— Не говори ей этого!

Я вскакиваю с кровати и бросаюсь к двери, наплевав на то, что на мне только футболка и трусики, без лифчика. Люк не обращает внимания ни на кого, кроме Сиенны.

— Если ты заставишь меня блевать, я позабочусь о том, чтобы меня вырвало прямо на тебя.

Он усмехается и уже утаскивает Сиенну прочь, но тут я останавливаю их.

— Подождите! — Я планировала как бы невзначай затронуть эту тему, но теперь у меня нет другого выбора, кроме как выпалить свой вопрос до того, как она уйдет. — Ты узнаешь эту девушку?

Я показываю Сиенне фотографию Крейга и девушки в медицинской форме на моем телефоне. Если она учится на медсестру, есть шанс, что Сиенна знает, кто она такая.

Она прищуривается, разглядывая пару в темноте, но фонарь позади них излучает достаточно света, чтобы разглядеть их черты.

— О! Да, это Линдси Ротвелл. Зачем ты сфотографировала их?

— Потому что он выглядит на тысячу лет старше ее. — Ложь слетает с моего языка так легко, что Сиенна в это верит.

Она пожимает плечами.

— Думаю, ему за сорок. Некоторым людям нравится разница в возрасте.

Крейг предпочитает более существенную разницу в возрасте, чем она думает.

— А некоторым нравятся мужчины в масках. — Люк ухмыляется Сиенне, и она краснеет.

— Фу. Спасибо. Теперь вы можете идти. — Я захлопываю за ними дверь.

Я допиваю остатки кофе, прежде чем усесться в кресло за своим столом. Я ищу среди подписчиков Сиенны Линдси Ротвелл и быстро нахожу общедоступный профиль симпатичной девушки, которая публикует посты почти каждый день. Селфи, групповые фотографии с другими улыбающимися студентками-медсестрами, фотографии в зеркале, демонстрирующие ее наряды.

Мне не нужно долго прокручивать страницу, чтобы найти его. Крейг присутствует лишь на нескольких ее селфи, и по тому, как она не отмечает его на фотографиях, становится ясно, что он сказал ей не делать этого.

Юная девушка фигурирует в тонне ее постов. Она тоже не отмечена, но судя по подписям, это сестра Линдси, Амелия.

Амелия. У меня сводит живот. Ей не может быть больше тринадцати.

Очевидно, что Линдси не единственная, кем интересуется Крейг. А судя по тому, как потускнел свет в его глазах, когда Линдси сказала, что Амелия, возможно, не пойдет с ними на карнавал, Линдси его вообще не интересует.

Моя рука сжимается в кулак. Я могу убить его. Я могу, блядь, убить его.

Под фотографией Линдси, целующей волосатую щеку Крейга, несколько комментаторов называют их милой парой, и особенно выделяется один из аккаунтов под названием craigslist16. Ти такая красивая. За неправильным написанием «ты» следует ряд эмодзи с сердечками вместо глаз.

Да, это тот самый парень.

С замиранием сердца я кликаю по нему. Что, если его аккаунт приведет меня к остальным?

Его аккаунт общедоступен. Смело. На аватарке он держит рыбу, а в биографии скупо перечислены его интересы: Пиво. Грузовики. Рыбалка.

Он мало что публикует, всего несколько фотографий, пропущенных через фильтры. Банка пива, рыболовные снасти, грузовик, покрытый грязью. Есть и несколько фотографий, на которых он обнимает другую женщину, а в подписи к ним говорится, что она его жена. И одну из них он опубликовал буквально вчера.

Неудивительно, что Линдси не отмечает его на фотографиях.

Неужели жена не знает? Хотя, может, она не следит за тем, на кого ее муж подписан в социальных сетях, и не беспокоится о том, куда он ходит после наступления темноты. А может, она знает и ей просто насрать, чтобы что-то предпринять по этому поводу. Легче остаться с изменщиком, чем уйти.

Но Линдси, очевидно, знает. Крейг гораздо хуже - буквально преступник, - но они оба говнюки.

Я прокручиваю страницу до конца, и, слава богу, не нахожу никаких признаков наличия детей.

Облегчение расслабляет мои напряженные плечи и выпускает поток воздуха из легких.

Никаких следов других мужчин с той ночи. Мне следовало понять это, чем надеяться, что все будет так просто.

Но я знаю, где Крейг будет в пятницу вечером. Он расскажет мне все, что мне нужно знать.

Теперь мне просто нужно выяснить, где будет проходить этот «Карнавал Ужасов».

Но когда я открываю свой ноутбук, раздается громкий стон.

Мой позвоночник напрягается. Что за хрень? Это похоже на порно. Я не смотрю его на своем ноутбуке - я смотрю его на своем телефоне, как нормальный человек.

На моем экране отображается запись с камеры из спальни Трея Ламонта. Он... Срань господня. Он, блядь, голый.

Растянувшись на кровати, закинув руку за голову, Трей стонет, проводя кулаком по своему длинному, твердому члену. Даже через камеру его длина и обхват заставляют мой рот пересохнуть.

У него что-то обернуто вокруг члена. Тонкая черная ткань…

Трусики. Трусики, которые выглядят чертовски знакомыми.

Я вскакиваю. Нет, он никак не мог их достать. Я роюсь в верхнем ящике комода в поисках пары трусиков, которые были на мне в «Парке Ужасов», прежде чем покопаться в корзине для белья.

Их здесь нет.

Он забрал мое гребаное нижнее белье. Каким-то образом он вломился в мою спальню и украл их, а теперь дрочит ими.

Мои руки сжимаются в кулаки, и я поворачиваюсь к своему ноутбуку, как будто он может увидеть, как я киплю от злости через камеру. Он проник в мое общежитие и украл мои трусики до или после того, как я вломилась в дом «Дьяволов»? Это моя любимая пара, и теперь он их испортил. Даже если он каким-то образом вернет их, я никогда не смогу смотреть на них как раньше.

От его низкого стона у меня по спине пробегает дрожь.

— Вот так, Джульет. Оседлай мой член, как плохая девочка.

У меня отвисает челюсть. Он буквально дрочит моими трусиками при мысли обо мне. Уверена, это не первый случай, когда мужчина дрочит, фантазируя обо мне, но, по крайней мере, мне не обязательно знать об этом, не говоря уже о том, чтобы быть свидетельницей этого акта.

Сердце в груди заколотилось сильнее, и между бедер разлилось тепло. Со мной что-то не так. Мне не должно нравиться видеть, как Трей Ламонт дрочит моими трусиками, не должно нравиться слышать, как он стонет мое имя, но непроизвольная реакция моего тела говорит мне, что я наслаждаюсь каждой секундой этого.

Жаль, что он психопат. С этого ракурса лицо Трея выглядит идеально для катания на нем.

Если бы я была там, он бы дрочил моим трусиками, обернутыми вокруг его члена, пока я трусь киской о его лицо, а его язык дико вылизывал бы меня, наслаждаясь моим вкусом, заливающим его рот.

Мой клитор запульсировал. Я хочу провести ладонями по твердым выступам его пресса, по рельефным грудным мышцам, по V-образной впадине над пахом...

Нет. Я не хочу Трея Ламонта. Я хочу своего мужчину в маске в лесу, и я проецирую свои фантазии на Трея из-за его великолепного, обнаженного, извивающегося тела.

И все же, сколько бы я ни уговаривала себя остановиться, моя рука скользит вниз по трусикам. У меня перехватывает дыхание, когда мой палец проводит по моему клитору.

Трей перемещается на своей кровати, и я прикусываю губу, беспокоясь, что он вот-вот остановится. Но вместо этого он опирается на одну руку и толкается в другую, все еще сжимая свой член и мои трусики.

— Блядь, — шипит он. — Раздвинь ножки. Хорошая девочка. Прими его, блядь.