Она ошибалась. Берт пах совсем не так, как другие демоны. В его запахе было что-то тёплое и пьянящее. Лера подалась вперёд, чтобы почувствовать его лучше. В этот же момент его рука проскользила по её спине вверх и легла на затылок.

Его лицо было совсем близко. Серые глаза, светлые ресницы. Губы, которые, кажется, вообще не умели улыбаться. Ещё один шаг в бездну.

Первое прикосновение вырвало у неё тихий стон предвкушения. По позвоночнику пробежал чувствительный импульс; Берт настойчиво запрокинул ей голову, и весь мир будто провернулся вокруг своей оси. А Лера осталась на месте, пойманная в плен сильных рук и неспешных касаний, каждое из которых, кажется, достигало самой её сути.

Её руки осмелели, скользнули вверх по его груди, к шее, и пальцы наткнулись на что-то твёрдое под мягкой тканью свитера. Что-то, чего там точно быть не должно.

В тот же миг Берт замер. Затем отстранился с привычным непроницаемым видом. Лера потянула ворот свитера вниз и увидела тёмную цепь из грубых звеньев, плотно охватывающую его шею. Как ошейник. Кожа под ней была покрасневшей и воспалённой.

Внутри всё оборвалось.

— Что это? — шёпотом спросила Лера. Берт не ответил, но перехватил её руки. — Это из-за меня?

— Это не важно.

— Как это не важно?

— Лера, — Берт взял её лицо в ладони, заставляя посмотреть ему в глаза, — сейчас это правда не важно. Я избавлюсь от этой штуки.

Его голос звучал уверенно, и Лера немного выдохнула. От бережных прикосновений тоже становилось спокойнее.

— Не сомневайся больше, — снова заговорил Берт. — Я не знаю, что случилось с твоим отцом. Может быть, он просто не справился со своей стихией, и она его победила. Я знаю только, что если ты примешь меня, то я справлюсь.

Сердце пропустило несколько ударов разом. Всё, что смогла сделать Лера, — это коротко кивнуть.

— Я понял, что у людей с отношениями всё очень сложно, — добавил Берт тише, — но у демонов гораздо проще. Если мы к кому-то привязываемся, то навсегда. — Он замолчал, внимательно всматриваясь в её лицо. Затем склонился ближе, и Лера прикрыла глаза в предвкушении поцелуя. — Моё навсегда уже с тобой, — закончил он шёпотом.

И его губы снова накрыли её.

Асмодей вернулся раньше времени. Хорошо, что хотя бы постучался, и Лера успела сесть обратно в кресло и даже изобразить какое-то подобие задумчивого лица. Берту ничего изображать не пришлось.

— Тебя ищет Гдолан, — сообщил ему Асмодей мрачно. — Он был у твоих апартаментов и уже разослал чертей.

Лера сразу поняла о ком шла речь — вряд ли она когда-нибудь забудет того демона с золотыми глазами, который явился к ней домой с двумя громилами. И от мысли, что Берту приходится иметь с ним дело, стало очень тревожно.

— Я зайду к нему прямо сейчас. — Берт повернулся к Асмодею и добавил: — Верни, пожалуйста, Леру обратно.

— Разумеется, верну. Я же не идиот оставлять у себя в квартире незаконного посетителя. Не волнуйся, сделаю всё в лучшем…

— Нет, верни прямо сейчас, — перебил его Берт, — при мне.

Асмодей оскорблённо сверкнул глазами. А Лера в этот момент испытала к Берту прилив безотчётной благодарности. Ей совсем не хотелось оставаться с Асмодеем наедине в аду. С ним и в стенах родного архива находиться было слегка жутковато.

— Ты серьёзно? — вскинулся он. — Не доверяешь мне? После всего, что я для вас сделал?

— Асмодей.

Одно слово, произнесённое ровным тоном, — и Асмодей сдался.

— Ладно, ладно. Как скажешь.

Он раздражённо щёлкнул пальцами в воздухе, и в его руке возникла печать перемещения. Лера поднялась с кресла, чувствуя, как внутри сгущается беспокойство.

Вот и всё, время вышло. Как-то быстро и сумбурно всё произошло, они с Бертом наконец сказали друг другу главное, но… толком ни о чём не договорились.

— Как я могу с тобой связаться? — спросила Лера шёпотом, подойдя ближе.

Можно ли передавать в ад весточки тем способом, что использовала Катя? Или так она только навредит Берту? Лера не успела озвучить свои вопросы, Асмодей неожиданно крепко ухватил её повыше локтя и оттащил в сторону.

— Я сам свяжусь, — сказал Берт. — Когда станет безопасно.

— Хорошо, я буду ждать…

Асмодей демонстративно откашлялся.

— Трогательно, но вот Гдолан ждать не будет.

Лера снова открыла рот, и в ту же секунду пальцы Асмодея больнее стиснули её руку. Она успела бросить на Берта последний взгляд — он так и остался стоять на фоне багрового окна, неподвижный, как статуя, — и мир, сложившись пополам, вытолкнул её наизнанку.

Выбросило Леру прямо в прохладный кабинет аудитора. Дыхание перехватило, но спустя пару мгновений воздух попал в лёгкие, и стало легче. Кажется, Лера уже начала привыкать к этому странному ощущению.

Кабинет, к счастью, пустовал. С последнего посещения здесь даже мебели будто стало меньше: пропал стеллаж для документов и кожаный диванчик, остались только массивный стол с креслом, стул для посетителей и громоздкий гардеробный шкаф в углу у окна. Дверцы у него были чуть приоткрыты, будто кто-то слишком торопился достать оттуда пальто и не закрыл как следует.

Асмодей отпустил Леру, и она первым делом сделала пару шагов в сторону.

— Спасибо, — пробормотала она. Хотелось потереть руку, за которую Асмодей так бесцеремонно её ухватил, но она сдержалась.

— К вашим услугам.

Его голос прозвучал подозрительно дружелюбно. Резкая смена настроения Леру насторожила.

Асмодей же двинулся по кабинету с видом хозяина, вернувшегося в своё поместье после долгой отлучки. Провёл пальцем по столешнице, затем скривился и вытер руку о штору.

— Насколько я понимаю, вы с Бертом пришли к некоторой договорённости, — заговорил он, не оборачиваясь.

Лера нехотя кивнула.

— Да.

— Что ж, мои поздравления. — Он обернулся с улыбкой, которая Лере совсем не понравилась. Слишком довольная. Слишком заинтересованная. — Я не особо удивлён — всё к этому и шло. Но мне очень любопытно, что вы будете делать дальше.

— В каком смысле?

Вместо ответа он подошёл к креслу во главе стола, уселся и откинулся на спинку. Нарочно тянул время, поняла Лера.

— Берт хочет оставить крылья и принять человеческую ипостась, — наконец заговорил Асмодей. — Но ведь для этого вам, Валерия Дмитриевна, придётся принести жертву. Мне интересно, как вы это всё организуете…

По коже пробежал холодок. Лера впервые слышала о жертве. В том разговоре у спортклуба мама так и не раскрыла подробностей о собственном переходе в человеческий мир. Она обмолвилась только, что очень долго получала разрешение, а потом ещё столько же ждала «правильного дня». Берт и вовсе говорил о своём обращении в человека, как о почти свершившемся факте.

— Вы же не думали, что всё произойдёт само собой? — не унимался Асмодей. — Что достаточно очень сильно чего-то пожелать — и оно сбудется?

— Нет, — ответила Лера, подавляя раздражение. Манера этого демона растягивать каждую фразу действовала на нервы. — Вы можете объяснить понятнее? По-нормальному, а не… этими вот намёками?

— Мне нравится, что вы такая конкретная, Валерия Дмитриевна, — хмыкнул он. — Так и быть, объясняю: чтобы выкупить душу демона у ада, нужно отдать взамен что-то равноценное.

Асмодей умолк, и в комнате воцарилась зловещая тишина. Лера просто не решалась поверить в услышанное.

Равноценное — это значит другую душу?

— Проще говоря, — продолжил он, — должен соблюдаться баланс. Вы, как бухгалтер, должны понимать: если где-то что-то убыло, то должно и прибыть. Просто так изъять ресурсы не получится, иначе в конце года у вас ничего не сойдётся.

Асмодей сверкнул улыбкой, и Лера поймала себя на мысли, что хочет снова перенестись к Берту и обсудить всё это с ним наедине. Потому что звучало всё очень логично. И очень, очень трудновыполнимо.

— На что вы готовы ради Берта? — спросил Асмодей после паузы. — Сможете дать за него что-нибудь равноценное?