— Инвентаризация запланирована на ноябрь, Алексей Львович. Состав комиссии уже утверждён, — сказала Лера. — Как только мы с завскладом проведём её, я отправлю вам все акты по почте.

По холёному лицу Асмодеева промелькнуло замешательство.

— Хорошо, — медленно произнёс он. — Но я хотел бы проконтролировать и процесс тоже. Вы же понимаете, процесс важен не меньше, чем результат. А с опытным специалистом процесс проходит гораздо, гораздо приятнее.

Лера просто не поверила своим ушам.

Когда её жизнь успела превратиться в плохую комедию? И как теперь игнорировать Танины большие глаза за спиной Асмодеева?

— Алексей Львович, — начала Лера после неловкой паузы, — наш завскладом Иван Лаврентьевич очень опытный специалист. В этом году мы отметили его юбилейный стаж работы, он уже тридцать пять лет как работает на складе. Вам не о чем беспокоиться, он знает о процессе проведения инвентаризации всё, что только можно.

Снова молчание.

— Алексей Львович, — продолжила Лера, изо всех сил стараясь не сорваться, — у меня квартальный отчёт, а ещё реестр для отдела снабжения нужно отправить до конца дня. Если вопросов ко мне нет…

Она выразительно взглянула на Асмодеева и даже стиснула зубы.

Уйди, пожалуйста, уйди.

Ещё несколько мгновений она усиленно транслировала ему эту мысль, и, кажется, добилась своего. Асмодеев отстранился.

— Как скажете, — произнёс он наконец. Голос прозвучал резко и даже обиженно, но какая сейчас разница.

Он с плавной грацией поднялся на ноги и направился к выходу, как вдруг в дверях кабинета возникла Катя.

— Алексей Львович! Вот вы где!

Это было удивительно, но Лера заметила, как за одно мгновение плечи аудитора напряглись, а идеально ухоженные руки сжались в кулаки.

— А я вас по всему зданию ищу! В финансовом отделе сказали, что вы пошли к нам! И как же так получилось, что мы с вами разминулись?

— Екатерина, — произнёс он, явно насторожившись. — Зачем вы меня искали?

— Это вам!

Катя решительно прошагала вперёд и сунула ему в руки контейнер.

— Что это?

— Обед! — объявила Катя. — Я сама его приготовила! Вы же вчера сказали, что не успели захватить перекус, и я подумала, это же ужас, человек голодает, а никому вокруг дела нет! Но теперь вы можете не беспокоиться о своих обедах! Я возьму их на себя!

Лера вдруг почувствовала, что её губы против воли начали растягиваться в улыбке и закусила щеку изнутри. Когда в углу экрана выскочило сообщение рабочего чата: «Попал мужик!», она едва не хрюкнула.

— Екатерина, я не могу это принять… — раздался твёрдый голос Асмодеева

— Почему? — Он вручил контейнер ей обратно, а Катины глаза мгновенно наполнились тревогой. — Вы вегетарианец? Ой, как же я об этом сразу не подумала! Господи, какая я дура, надо было сначала спросить…

— Нет, я не вегетарианец, просто…

— Тогда что? — пылко спросила Катя, шагнув ближе. Асмодеев отступил. — У вас аллергия на глютен? Я читала, сейчас у многих аллергия на глютен. Или на лактозу? Там есть немножко сыра, но я могу завтра сделать без сыра!

— Завтра точно не нужно, — Асмодеев поднял руку в защитном жесте. — Меня завтра в обед здесь не будет.

— Тогда, можно я дам вам свой личный номер? А вы будете писать мне по вечерам пожелания по обеду. Или не обязательно по обеду, я ведь не только готовить умею…

— Я ни капли не сомневаюсь в ваших талантах, но всё же считаю, что это лишнее…

Асмодеев шагнул в сторону, а Катя, явно почуяв, что добыча пытается ускользнуть, снова затараторила:

— Как же лишнее, когда даже в заповедях говорится, что нужно помогать ближнему! Вы ведь сюда пришли, чтобы помогать нам, а наш долг — помогать вам в ответ!

Асмодеев издал какой-то странный звук, и Лера даже пожалела, что не могла видеть в этот момент его лица. Фееричное, должно быть, зрелище.

— Екатерина, — строго проговорил аудитор. — Я очень… тронут. Но мне нужно идти. Работа. Очень много работы.

Он прошагал к двери плавной, но немного торопливой походкой, а как только скрылся из вида, Катя приземлилась на стул рядом с Лериным столом и счастливо вздохнула:

— Какой он… Классный и скромный.

— Скромный? — изумилась Лера.

— Ну да! Вы видели, как он смущается, бедненький?

Не видела, но очень сомневалась, что это было именно смущение.

— Мне показалось, — осторожно проговорила Лера, — что он твоего напора… будто немного испугался.

— Да какой же это напор! Он просто не привык, что о нём заботятся. А мужчинам это нужно, знаете. Они без заботы как цветы без воды.

На это Лере нечего было сказать. Она уже хотела вернуться к своему реестру закупок, но Катя снова заговорила:

— Он ведь совсем недавно к нам в город переехал. Мне в отделе кадров сказали. Судя по записям в трудовой книжке, он вообще очень издалека приехал… И ему наверно сейчас очень тяжело. Я прямо интуицией чувствую, что он нуждается во мне.

Катя ударилась в рассказ о своей феноменальной интуиции, которая однажды помогла ей спасти от стирки оставленную в старых джинсах тысячную купюру, а Лера усиленно соображала.

И зачем она вообще переубеждает эту девушку? Чем сильнее Катя будет добиваться Асмодеева, тем реже он будет заходить к ней самой. С какой стороны не посмотри — все в плюсе.

— Катя, мне кажется, ты права, — вклинилась Лера в её сумбурный рассказ. Пришлось перетерпеть ощутимый укол совести, но она продолжила: — Я тоже заметила, как Алексей Львович реагирует на тебя.

— Как?

— По-особенному.

В конце коридора мелькнуло розовое пятно. Асмодей среагировал мгновенно — толкнул ближайшую дверь и нырнул внутрь, не глядя. Затаив дыхание, он прижался спиной к двери и прислушался.

Стук каблуков удалялся. Пронесло.

Он выдохнул и осмотрелся. Укрытием в этот раз ему послужила подсобка. Совершенно недостойное место для демона, чьё имя когда-то заставляло трепетать целые города, но выбирать не приходилось. Розовая кофта означала Екатерину, а Екатерина означала проблемы.

Эта девица преследовала Асмодея всю неделю. Поначалу просто пыталась его накормить, но в последние пару дней уже открыто намекала на большее. Она находила его везде: в столовой, в коридоре, в переговорной. Однажды даже подкараулила у туалета, куда он ходил просто чтобы не вызывать подозрений. И при других обстоятельствах Асмодей бы без колебаний и с удовольствием взял то, что ему предлагают, но конкретно в случае с Екатериной сделать этого не мог. Ведь он очень хорошо понимал женскую психологию. Как только эта неугомонная особа получит своё, она растрещит об этом на всю бухгалтерию, а это в свою очередь поставит крест на задании Асмодея.

Хотя его задание и так было под угрозой.

Асмодей осторожно приоткрыл дверь подсобки, убедился, что коридор пуст, и вышел наружу. Теперь нужно добраться до кабинета.

В это было трудно поверить, но элементарный заказ на соблазнение матери-одиночки обернулся для Асмодея настоящим кошмаром. В первую очередь потому, что его жертва, Валерия Горшина, вообще не чувствовала демонического воздействия. Сколько бы раз он не применял к ней свою силу, она не реагировала. Но это ещё не всё. Мало того, что она не отзывалась на его импульсы соблазнения, даже элементарный флирт с ней заканчивался — как бы это точнее описать — унижением. По какой-то причине Валерия с первой встречи смотрела на Асмодея как на предмет мебели. Нет, даже хуже, как на очень надоедливый предмет мебели, который всё время оказывается на пути. На него, красивейшего и желаннейшего демона адской канцелярии!

Асмодей добрался до своего кабинета, закрыл дверь на ключ и рухнул в рабочее кресло. В голове роились вопросы, на которые у него не было ответов.

Всенижний, что не так с Валерией Горшиной? Асмодей уже десяток раз перебрал все возможные варианты.

Фригидность? Не исключено, но за долгую карьеру ему уже попадались фригидные женщины, и он очень успешно их от этого недуга излечивал.