Резолюция: в связи с преобладанием демонической крови, объект подлежит принудительному возвращению в адскую канцелярию для определения статуса и постановки на учёт согласно статье 31, параграфа 4 Инфернального кодекса.
Гдолан закрыл папку и побарабанил по ней пальцами.
При других обстоятельствах он вряд ли стал бы связываться с неучтённой полудемоницей, но на кону стояло слишком многое. Гдолан не мог допустить, чтобы один из лучших его сотрудников ещё сильнее привязался к человеческому миру. Такими темпами Берта можно и потерять навсегда.
Нет, отпускать его нельзя. Из пепельного отдела за последние годы и так ушло много талантливых демонов. Скоро работать будет некому.
Нужно действовать. Если Берт так хочет эту женщину — будет ему женщина. Тем более, что по закону она принадлежит их миру.
Гдолан с кряхтением поднялся с шезлонга и проковылял к выходу.
Черти в приёмной встретили его появление шокированным визгом. Один и вовсе чуть не упал со стола.
— Вызовите ко мне двух сотрудников из отдела демонической безопасности, — сказал Гдолан, взмахом руки призывая секретарей к порядку. — И подготовьте разрешения на перемещение в человеческий мир.
Сигнал тревоги
В приёмной что-то очень громко стукнуло. Берт поднял взгляд от бумаг и прислушался. Стук повторился ещё дважды, затем воцарилась тишина.
Сегодня черти вели себя очень подозрительно: то и дело что-то роняли, скрипели мебелью, а печатями орудовали так, словно пытались забивать гвозди. Один раз Берту даже показалось, будто его секретари поспорили друг с другом. Но это само по себе было нонсенсом, поэтому он списал всё на разыгравшееся воображение. Он ещё немного просидел, пытаясь уловить какие-нибудь звуки из-за двери, затем опустил глаза в свои записи.
Пожалуй, ещё никогда Берт не трудился с такой самоотдачей. За какие-то четыре часа он сумел разобраться с десятком жалоб на превышение полномочий и распутать конфликт тех двух демонов, столкнувшихся из-за ларька с шаурмой. И что самое примечательное — всё это он сделал с удовольствием. То, что раньше вызывало только тяжкий вздох, теперь казалось сущим пустяком. Берт был настроен рассмотреть ещё как минимум два дела из стопки красных папок до конца дня. В идеале, постараться сделать все три, ведь только так он мог разгрузить ближайшую субботу для встречи с Лерой.
Да, его снова пригласили. И на этот раз — сама Лера.
На самом деле, она просто спросила про его планы на выходные, но Берту этого было достаточно. Он даже не стал рассказывать Лере о том, что выходные в аду бывают не каждую неделю, просто решил во что бы то ни стало освободить себе пару часов в субботу. Странная всё-таки штука — мотивация.
Берт сделал пометку в записях и перевернул страницу. В тот же миг из приёмной донёсся скрипучий голос:
— Без печати недействительно…! Мы опять не поставил печати! Всё переделывать!
— Нет! Мы всё правильно сделал!
Затем снова что-то громко стукнуло. Берт изумлённо уставился на дверь.
Похоже, ему не показалось — у его помощников действительно случился разлад.
— Треугольную печать под каждый штамп! — продолжал спорить голос. — Так господин Гдолан приказывали!
— Господин Аштарот разрешили ставить только штамп! Печати разрешили не ставить!
— Но господин Гдолан…
— Мы сделал эти документы для господина заместителя!
— Господин Гдолан — начальник заместителя! — пронзительно взвизгнул дрожащий от негодования голос. — Мы должен слушать господина Гдолана, он старший!
Поднявшись на ноги, Берт направился к выходу. Ссора определённо требовала его вмешательства. Правда, он совсем не представлял, как будет мирить чертей.
— Господин заместитель — наш начальник!
— Господин Гдолан главнее!!
— А господин заместитель прислали нам цветы!
Берт как раз схватился за ручку двери, но последняя фраза заставила его замереть.
Неловко вышло. Цветы он, конечно же, никому не присылал. Просто перенёс в приёмную брошенный Лериным мужем букет. Утром Берт обнаружил, что букет заботливо разобран, а розы развешаны по стенам и сушатся.
— Цветы к работе не относятся! Нас приставили, чтобы делать всё как надо и присматривать! Чтобы наводить порядок, ставить правильные печати и считать, сколько раз господин заместитель отлучаются!!
Берт не сразу поверил в услышанное. В груди начало оседать что-то тяжёлое и очень неприятное. Дурное предчувствие.
Как только он распахнул дверь, черти умолкли. Чёрного едва было видно за высокой стопкой папок на столе, его рыжий напарник у шкафа застыл с прижатыми к голове ушками. Красные глазки смотрели на Берта со смесью ужаса и вины.
— Господин з-заместитель, — пролепетал рыжий секретарь, — небольшое рабочее разногласие. Уже урегулировано.
— Что значит — приставили, чтобы присматривать? — уточнил Берт.
Оба чёрта вдруг тихонько завыли, чем только подтвердили самые нехорошие предположения. По спине пробежал холодок.
— Мы просто работал… Мы ничего плохого не делал…
— Мы докладывал господину Гдолану! — выпалил рыжий. — Господин Гдолан спрашивали — мы доложил!
Берт с трудом сдержался, чтобы не выругаться. Такого подвоха от чертей он никак не ожидал.
— О чём доложили? — угрожающе процедил он.
— О том, сколько раз господин з-заместитель посещали человеческий мир…
— Мы ничего плохого не делал! Мы усердно работал! — запричитал чёрный секретарь на столе.
— Мы преда-атель!
Поднялся такой вой, что Берт чуть не оглох. Он не раздумывая пересёк приёмную и двинулся прямиком в офис Гдолана. Шаги гулко разносились по коридору, пульс тревожно частил.
Значит, Гдолан в курсе его визитов в человеческий мир. Само по себе это не было проблемой — демоны иногда уходили в самоволку за покупками или просто отдохнуть. За такое полагался небольшой штраф и выговор. Но Гдолан ведь не просто так организовал слежку через секретарей. Штрафами здесь явно не пахло. Дело было в чём-то другом.
Берт свернул к лестнице и быстро поднялся по ступеням на уровень выше.
Если Гдолан выяснил, куда именно перемещался Берт — это уже серьёзно. Любое близкое взаимодействие с людьми вне официальных заказов было под запретом. Подобные нарушения карались гораздо жёстче, в некоторых случаях с опасными свидетелями из человеческого мира даже работали демоны-безопасники. Если подумать, Лера была именно таким свидетелем. Она знала слишком много.
Неужели своими визитами Берт навлёк на неё опасность?
Впереди замаячила вывеска приёмной Гдолана. Берт ускорился, перебирая в уме, как лучше начать разговор с шефом.
— У себя? — бросил он копошащимся на столе чертям.
— Господин начальник не принимает… — пропищал один из секретарей.
Этот ответ Берта совсем не устроил, он прошёл к двери, толкнул её и неожиданно обнаружил пустой шезлонг и приставленный к нему низкий столик.
— Господин Гдолан отсутствуют! — раздалось сзади.
— С утра на полевых работах…
— … с демонами из отдела безопасности!
— Будьте добры покинуть кабинет!
Внутри будто что-то оборвалось. Берт застыл посреди кабинета, ощущая как липкий холод заползает под кожу. Голоса чертей слились в один бессвязный скрип.
Дело плохо. Гдолан вызвал безопасников — это не может быть совпадением. Берт ещё раз осмотрел кабинет, затем призвал печать перемещения.
Нужно что-то делать. Он не мог оставить Леру один на один с демонами. И в то же время он прекрасно понимал, что его появление может усугубить её положение. Если Берт перенесётся в человеческий мир и предстанет перед Гдоланом и его помощниками лично, то просто подпишет Лере приговор. Демоническое воздействие ей не страшно, но безопасникам разрешалось применять и физическое…
Берт тряхнул головой, отгоняя пугающие мысли. В этот же момент ему на глаза попалась красная папка — она лежала прямо на шезлонге, будто брошенная второпях. За несколько шагов Берт приблизился к шезлонгу и подхватил её. На первой странице обнаружилось хорошо знакомое имя:
