По холёной физиономии Асмодея пробежала тень сомнения. Но прежде, чем он снова успел озвучить возражения, Берт с нажимом проговорил:

— Можешь даже подключиться к погоне, если что. Если, конечно, за нами погонятся.

Несколько секунд Асмодей молча смотрел на него, потом что-то в его взгляде изменилось.

— Хорошо. Ладно. Никакой погони не будет, если мы сработаем чётко. Я отвлекаю Дзариона, ты выводишь женщину. — Он смерил Берта неожиданно придирчивым взглядом и добавил: — Это хорошо, что ты оставил футболку дома. Сойдёшь за нашего.

Берт без лишних слов развернулся и толкнул тяжёлую дверь в приёмную.

В просторном зале приглушённо гудели голоса. Здесь было светлее, чем в коридоре, и Берту пришлось задержаться, чтобы дать глазам привыкнуть. Между рядами деревянных скамей шныряли курьеры, у окошек регистрации толпились посетители, но основная масса просто сидела в ожидании, глядя на табло под потолком.

Табло мигнуло, и красные кристаллы собрались в цифру 602.

Берт осмотрел ряды ожидающих посетителей, и моментально выхватил светлую, немного взлохмаченную макушку. Валерия Горшина сильно выделялась среди присутствующих, но, что странно, никто вокруг этого не замечал. Она сидела чуть ссутулившись в дальнем углу зала, на предпоследней скамье у стены. Рядом с ней развалился демон — тот самый Дзарион, судя по всему. Молодой, смазливый, с голым торсом. Типичный сотрудник отдела низменных страстей.

Не долго думая, Берт направился вдоль стены. Асмодей, который зашёл следом, уже уверенно и расслабленно шагал прямиком к Дзариону. Выглядел он так, будто прогуливался по собственным владениям. Несколько демонов на скамьях проводили его встревоженными взглядами, кое-кто даже поднялся с места. Похоже, о своей репутации Асмодей не соврал.

Обогнув крайний ряд скамей, Берт прошёл мимо группы чертей, которые нарезали бумагу на талончики, затем сделал вид, что читает объявление на стене, после чего двинулся вдоль стены прямиком к ряду, где сидела Валерия Горшина.

Она заметила его появление сразу. Как только она повернула голову в его сторону, на бескровном лице отразилось нечто, что придало пульсу Берта болезненного ускорения. А потом он увидел в синих глазах надежду. Отчаянную и беззащитную.

Берт выразительно приложил к губам указательный палец, ровно за секунду до того, как раздался голос Асмодея:

— Дзарион? Это ведь ты? Тебя-то я и ищу!

Сразу несколько рядов посетителей вздрогнули. Демон, сидящий рядом с Валерией Горшиной, вскинул голову и растерянно обернулся по сторонам.

— Господин Асмодей? — Он неуверенно поднялся на ноги и замер в напряжении. — Искали меня? Вы…?

— Именно тебя! Объясни-ка мне, будь любезен, на каком основании ты увёл у меня из-под носа заказ?

— К-какой заказ?

— Тот самый…! Я был у начальства и мне сказали, что ты забрал заказ на соблазнение актрисы!

— Я не знаю никакой актрисы…

— Ты мне зубы не заговаривай! Все её знают, она снималась в «Крыльях дьявола»!

Дзарион промычал что-то неразборчивое, но Асмодей уже бросился в атаку:

— Я просил придержать этот заказ для себя, а ты его забрал! Ты думал, это с рук тебе сойдёт⁈

— Г-господин Асмодей, я правда ничего…

Берт хотел дать Валерии Горшиной знак, но и это не понадобилось. Она сама медленно поднялась со скамьи и очень плавно направилась в его сторону. Шаг, другой, третий… В какой-то момент Дзарион едва не обернулся к ней, но Асмодей вовремя ухитрился вцепиться ему пятернёй в лицо.

— Тебя не учили, как следует вести себя со старшими коллегами⁈

Когда Валерия Горшина оказалась совсем рядом, Берт так же плавно заслонил её собой. Не сговариваясь, они двинулись к выходу.

За спиной Асмодей продолжал отчитывать Дзариона. Что-то про субординацию, про уважение к старшим, про последствия для карьеры. Голос звучал всё громче, привлекая внимание окружающих.

Вряд ли кто из посетителей зала ожидания смотрел в тот момент на них — демона отчаяния, оказавшегося не в своём отделе, и простую женщину, случайно попавшую в чужой мир. И уж точно никто не видел того, как Берт открыл дверь, пропустил Валерию Горшину вперёд и вышел следом.

Снова оказавшись на крыше под пылающим адским небом, Лера неожиданно испытала совершенно неуместное чувство.

Облегчение.

Правда, длилось оно всего три секунды, ровно до того момента, как Берт подхватил её на руки и без предупреждения полетел с крыши вниз. В окно уже знакомой комнаты он вписался очень аккуратно, но Лера всё равно чуть не умерла от страха, когда Берт спикировал на карниз.

Она сползла по подоконнику, чуть дыша. Сердце грохотало в груди, в мыслях царила полная неразбериха. Лера даже не заметила, как именно пепельные крылья за спиной Берта рассеялись.

— Спасибо, — прошептала она сипло. — Никогда… никогда больше не хочу летать. Это ещё хуже, чем сидеть в очереди…

Кое-как добравшись до кресла, Лера села и обхватила себя руками в надежде унять неконтролируемую дрожь. Но почему-то трясло её с каждой секундой только сильнее. Похоже, организм отыгрывался за пережитое экстремальное приключение.

— Извини.

Она подняла голову и увидела застывшего у окна Берта. Лицо его никак не вязалось с извинениями, которые он только что озвучил, — с таким видом положено зачитывать смертный приговор, а не просить прощения. К суровому лицу добавлялся ещё ужасно неуместный голый торс (к которому волей судьбы Лере пришлось даже прижиматься несколько мгновений назад). У демонов это униформа такая что ли? Очень сложно было игнорировать эту смущающую деталь.

Берт, похоже, заметил куда устремлено её внимание. Он молча шагнул к кровати и подхватил футболку. Пока он одевался, Леру посетила ещё одна идиотская мысль: а где демоны берут одежду? Неужели у них тут и фабрики есть? Тоже с чертями?

Развивать эту тему дальше она себе запретила. Совсем не об этом ей следовало думать прямо сейчас.

— Ты перенесёшь меня обратно? — попросила она, как только Берт вернулся к окну.

— Перенесу, но… час ещё не прошёл.

— Не может быть. Мне кажется, прошла вечность…

Лера хотела уточнить, сколько времени ещё придётся ждать, но умолкла, потому что Берт плавным жестом поднял ладонь, над которой всколыхнулся тёмный дым. Дым сгустился, принял форму и обернулся тонкой карточкой.

По спине пробежал мороз. Какая-то часть Лериного рассудка — та, что отвечала за рациональное и логичное, — зашаталась и опасно накренилась набок от такой демонстрации.

— Я могу активировать печать через двадцать три минуты, — сказал Берт, взглянув на карточку.

Надо же, какие строгие порядки. Чего-чего, а порядка от ада никак не ожидаешь.

— А я…? — Лера облизнула пересохшие губы. — Я не могу её э-э… активировать?

Повисло неловкое молчание. Лера пыталась прочитать что-нибудь по выражению лица Берта, но оно будто было создано для того, чтобы успешно играть в покер.

— Люди не могу использовать демонические печати, — медленно проговорил Берт. Потом он умолк и после паузы добавил: — Если хочешь, ты можешь попробовать.

Он закончил эту фразу совсем уж странным тоном, Лера даже успела пожалеть о своём предложении. Но когда Берт шагнул к ней и протянул чёрную карточку, она всё же взяла её в руки. Поверхность была тёплой и шершавой, чем-то похожей на деревянную. По краям карточки были нанесены серебристые символы.

— Её надо сломать. Раскрошить.

Лера неуверенно взглянула на Берта и снова уставилась на так называемую печать. Эта штука совсем не выглядела как то, что можно легко сломать. И вообще, стоит ли сейчас рисковать? Может, лучше дождаться когда истекут положенные двадцать минут?

Но вдруг сюда явится ещё какая-нибудь проверка? Второй раз Леру могут и не вызволить из адской очереди!

Поддавшись импульсу, она перехватила карточку покрепче и попыталась сломать её пополам. Печать даже не погнулась. Плотная поверхность немного нагрелась, но ощущения подсказывали Лере, что справиться с ней не получится.