— Что произошло с вами вчера? — снова раздался голос сбоку.

Лера непроизвольно стиснула компьютерную мышь, и ячейка, которую она выделила, разъехалась и сбила формулу. За пару кликов Лера вернула формулу на место и продолжила заполнять цифры.

— Это Берт что-то натворил?

Ещё одна вспышка злости захлестнула мысли.

Какой абсурд! Демон, из-за которого начались все её проблемы, ищет виноватого!

Не долго думая, Лера потянулась к сумке и достала наушники. Вступать в беседы с Асмодеевым она точно не собиралась, но работать как-то нужно. Как только она вставила один из наушников в ухо, Асмодеев вдруг наклонился вбок и отчётливо произнёс:

— Валерия Дмитриевна, я знаю, кто вас заказал.

Она обернулась в ту же секунду.

— Давайте поговорим? — предложил демон с улыбкой. Он отложил папку и развернулся к ней лицом, крутанувшись на кресле. — Нам ведь больше нечего делить. Кроме того, я помогал вам вернуться из ада. Можем мы отбросить взаимные претензии и спокойно обсудить произошедшее? Мне интересно, что именно случилось вчера, раз мой заказ вдруг оказался исполненным. Взамен я расскажу вам всё, что известно мне.

Лера слушала этот странный задушевный поток и не верила своим ушам.

Заказ… исполнен? Это значит демоны от неё теперь отстанут?

Тогда тем более непонятно, какого чёрта Асмодей явился сюда.

— А вам-то зачем это? И с чего бы мне верить демону?

— А документу вы поверите? — Он многозначительно расширил чёрные глаза и полез во внутренний карман пиджака.

Лера недоверчиво следила за каждым ленивым движением демона: он достал явно потрёпанную бумагу, раскрыл её, затем аккуратно положил листок на стол и придвинул его к краю. Лицевой стороной вниз, разумеется.

— Это, — указал взглядом Асмодей, — тот самый заказ. В нём все ответы на ваши вопросы.

Лера долго смотрела на бумагу, сквозь которую отчетливо проступала большая красная надпись. Внутри вдруг разверзлась такая бездна усталости, что ей захотелось распластаться на кресле и пролежать так вечность.

Что делать? Рассказывать демону о том, что произошло вчера? О своей личной катастрофе?

Ему мало тех страданий, что он уже причинил?

— Я не понимаю, — вздохнула она. — Зачем вам это? Зачем вы лезете в мои дела?

— Я очень любопытный. А вы — весьма занятная.

Лера покачала головой и снова уставилась на бумагу, что лежала так близко.

Если подумать, хуже уже не будет.

— Вчера муж пришёл и забрал мою дочь, — сказала она бесцветным тоном.

Асмодеев удивлённо вскинул брови — на долю секунды, не больше. Потом откинулся на спинку кресла с разочарованным видом.

— Всенижний… Какая банальщина. Я надеялся на что-то интересное.

Лера стиснула зубы.

— Ну простите, что не смогла удивить!

— Я должен был сам догадаться, — продолжал Асмодей, будто полностью проигнорировав выпад. — Ладно, теперь хотя бы не буду чувствовать себя таким ущербным. Меня обставил человеческий мужчина, но… использовать детей жертвы — это, знаете ли, грязный приём. Нам, демонам, такое не позволяется.

— Да ну?

— Статья семнадцатая Инфернального кодекса. Дети жертвы — вне игры. Всегда. За этим следят, — Асмодей указал пальцем вверх, — очень внимательно и строго.

Лера невольно проследила за его жестом и взглянула в потолок.

Он сейчас на ангелов намекал? Потому что этажом выше сидели только снабженцы и лаборанты из отдела контроля качества. Вряд ли демон имел в виду их.

— Там что, тоже кто-то есть? — настороженно переспросила она.

— О, да. Вы же не думаете, что нам никто не противостоит?

Вместо ответа Лера устало потёрла ладонью лоб.

Психически здоровой женщине эти сведения были явно ни к чему. А Лера твёрдо собиралась придерживаться амплуа нормальной женщины. От этого зависело возвращение Лизы.

— Можете взять это, — кивнул Асмодей на лежащую на краю бумагу.

Немного поколебавшись, Лера взяла бумагу и развернула её лицом. От волнения перед глазами всё расплылось, она дважды с усилием моргнула и уставилась в таблицу, чем-то напоминающую акт выполненных услуг. Только вот содержание было написано на незнакомым языке.

Внутри мгновенно вспыхнуло раздражение. Демон надул её⁈

Но затем Лера увидела внизу приписку, нацарапанную на русском: «вернуть Леру в семью, к Игорю», и разум заполонили нехорошие предположения.

Почерк был ей знаком.

— Это… — начала она и не закончила.

— Здесь написано Людмила, если что, — подсказал Асмодей, подавшись вперёд. — Людмила — это кто?

— Людмила Петровна. Это мать моего бывшего мужа, — произнесла Лера на автомате. — Бред какой-то…

— А, бывшая свекровь? Как скучно… — разочарованно протянул демон. — Я думал это какая-нибудь соперница, которая пытается бороться за мужчину.

Дальнейшие бормотания Асмодея Лера даже не разбирала. Сделав несколько глубоких вдохов, она снова уставилась на короткую надпись внизу.

— Почему тут написано — «вернуть Леру в семью». И причём тут вообще доведение до отчаяния⁈ Я не понимаю!

В горле резко пересохло. Лера потянулась к чашке с остывшим кофе и сделала глоток. Вкуса она совсем не почувствовала.

— Ну как же не понимаете, — отозвался Асмодей. — Там ведь не указано, каким способом нужно возвращать. Нам передают пожелания, а мы уж как можем, так и исполняем. Ниже мелким шрифтом, кстати, об этом предупреждается.

Лера опустила глаза и действительно увидела строчку, написанную мелким, едва различимым шрифтом.

Это просто не укладывалось в голове.

Людмила Петровна хотела вернуть её к сыну? А кто-то другой решил, что лучший способ это сделать — сломать её окончательно? Лера медленно опустила бланк, затем сложила его и вернула на стол.

Кажется, ей снова нужен пустырник.

— Валерия Дмитриевна, — заговорил Асмодеев, — раз уж мы с вами нашли общий язык… Вы не расскажете мне подробнее о своих родителях? Очень любопытно, кем они…

Лера поспешно встала и пошагала к шкафу, где хранилась аптечка. Пульс отстукивал тревожный ритм.

Что теперь делать? Как разговаривать со свекровью? Оставлять всё на самотёк точно нельзя, вдруг она снова обратится к демонам.

Не дойдя до шкафа, Лера затормозила, затем вернулась к своему рабочему месту. Асмодей продолжал задавать какие-то вопросы, на столе позади разрывался телефон. Лера взяла мобильный, разблокировала экран и начала набирать сообщение:

«Игорь, напиши в какой больнице твоя мать.»

Утро того же дня

Берт не собирался следить за Валерией Горшиной.

Ему вообще не следовало появляться в человеческом мире после всего того, что случилось — гораздо логичнее было бы залечь на дно и не отсвечивать, — но… в половине восьмого утра он стоял у подъезда и ждал, когда Лера выйдет из дома на работу.

Объяснение у него имелось. Вполне рациональное. Её вчерашнее отчаяние очень его беспокоило. Оно было таким концентрированным и плотным, что даже он, демон, который всю жизнь питался этим чувством, испугался. Даже для него это было слишком.

Теперь Берт хотел убедиться, что Валерия Горшина в порядке. В конце концов, вчера она побывала в аду во всех смыслах, и не было ничего странного в том, чтобы проявить разумную предосторожность. Это нормально. Демон обязан отслеживать состояние своей — он мысленно споткнулся — бывшей цели. На случай… на всякий случай.

В какой-то момент собственные размышления показали Берту будто немного подозрительными, но подозрения рассеялись, как только дверь подъезда открылась, и на крыльце появилась Валерия Горшина.

Выглядела она как обычно, разве что лицо чуть бледнее. Не накрасилась, быстро сообразил Берт. Это немного насторожило его, поэтому он призвал печать для считывания ауры, раскрошил её и присмотрелся к тёмному покрову, что окутывал фигуру Леры.

Как и ожидалось, он стал плотнее. Беспросветно чёрный панцирь укрывал её с ног до головы и выглядел демонически пугающе. При других обстоятельствах Берт бы даже восхитился, но сейчас это чувство казалось ему неуместным.