И, выбросив жучка в космос, мы направились в то место, где нам пришлось прервать свои изыскания из‑за того, что первому жучку‑маячку вздумалось именно в тот момент подать голос…

И снова на обзорных экранах возникла туша того мрачного камня, что мы пытались в прошлый раз осмотреть.

Я снизил скорость и сделал несколько витков над этим астероидом. Первое, что привлекло моё внимание, так это объект, который болтался примерно в паре сотен километров от этой большой каменюки. Визуально этот объект выглядел несколько странно. Хотя бы потому, что на его поверхности было видно несколько плоских участков, отражавших багровый свет звезды…

Посмотрев на экспресс‑анализатор, я понял, что это вовсе не камень. Прибор показывал, что эта штука состоит из металла.

И, скорее всего, это остатки какого‑то космического корабля, потерявшего форму в результате мощного взрыва…

Когда‑то в этих глухих местах было жарко, да…

Почти сразу вслед за этим меня снова отвлёк тихий писк анализатора. На этот раз он учуял металл и на поверхности астероида.

Приглядевшись к танцу теней, что воспроизводил монитор, я разглядел под одной из скал что‑то, похожее на железный блин…

Покрутив верньер зума, я понял, что раньше и у этого объекта было другая, гораздо более сложная форма…

Судя по тому, что торчало из лужи сначала растёкшегося, но потом застывшего металла, когда‑то это вот было пусковой установкой лёгких ракет…

Начало обнадёживало, так сказать. Когда‑то, давным давно, этот астероид был обитаем…

И теперь меня накрыло какое‑то болезненное любопытство. Мне просто до невозможности захотелось осмотреть тут всё. И я не стал сопротивляться этому желанию. Другое дело, что осматривать эту каменку надо будет предельно осторожно. Ведь только Ушедшим, наверное, ведомо, взорвалось ли тут всё, что могло взрываться, или судьба что‑то приберегла и для таких любознательных парней, как, например, я…

Садились мы на этот астероид с большой опаской. Внутри шевелилось странное предчувствие… Даже не знаю, как его и передать‑то…

Наверное, нечто подобное ощущает археолог, спускаясь по выщербленным ступеням во тьму только что найденного древнего склепа. Он осторожно ступает по плитам, покрытым вековым слоем мелкого мусора и до боли в глазах вглядывается в темноту, разорвать которую свет его фонарика не в силах.

Он не знает, с чем ему придётся столкнуться сразу за следующим поворотом. С ловушками, монстрами, тайнами, загадками?

Или ему суждено просто нанюхаться древней пыли и собрать горсть старых, грязных и никому не нужных черепков?

Предчувствие опасности, страх, азарт, предвкушение…

Вот такой вот коктейль плескался в крови.

Но, так или иначе, а фрегат опустился на поверхность астероида и пришло время начать исследовать это мрачное место.

Первым из корабля вышел я, и тут же включил генератор искусственной гравитации. Сила тяжести тут была, всё‑таки, не особенно заметной.

За мной аккуратно вышел Чиж, а осторожный Тихий шёл позади, взяв под контроль, так сказать, нашу заднюю полусферу.

На борту за старшего остался искин, на которого я возложил обязанность отслеживать всё происходящее в непосредственной близости от астероида.

Гостей мы никаких, конечно, не ждали. Но к тому, что кто‑нибудь может появиться в самый неподходящий момент, следовало быть готовым. Потому искин и получил указание немедля докладывать о любых изменениях обстановки.

Фрегат наш стоял примерно в середине пустыря, на котором громоздились кучи камней, какие‑то оплавленные железяки, стальные балки и прочий мусор. Местами камень был даже не оплавлен, а просто расплавлен. Расплавлен так, что разлился потоками горячей лавы, а потом застыл уродливыми наплывами.

Было видно – когда‑то тут бушевали плазменные смерчи, всё взрывалось и ходило ходуном. Тут когда‑то шло сражение не на жизнь, а на смерть.

Мы направились к гряде скал, что высилась слева от нас. Там, в отвесной стене, уходящей метров на пятьсот в высоту, виднелось отверстие. Вход в пещеру. Вход в неизвестность.

И по мере того, как мы приближались к нему, нашим глазам становились доступны всё новые и новые детали здешней обстановки. Отверстие, которое из‑за расстояния казалось нам сравнительно небольшим, на деле оказалось огромным.

Когда‑то этот вход в каменное нутро скалы был закрыт воротами из толстых керамо‑композитных плит. Сейчас же от них остались лишь оплавленные фрагменты, торчащие по краям прохода. Похоже, в эти ворота влепили не одну и не две плазменные ракеты, а гораздо, гораздо больше.

Лучи наших фонарей терялись во тьме сводчатого зала, который находился прямо за воротами, вернее за тем, что от этих ворот осталось.

– Похоже, это был какой‑то ангар, – голос Чижа был и удивлённым, и обескураженным. Всё таки впечатлительный он у нас.

– Ты прав, – это Тихий с ним согласился. Его прожектор вырвал из тьмы огромную конструкцию, тоже заметно оплывшую от воздействия высоких температур и знатно искорёженную.

Это были остатки лёгкого карго. Он был уничтожен прямо тут, на собственной стоянке. Плазменные ракеты, пущенные практически в упор, привели его в полную негодность, а пожар, который продолжил бушевать уже после того, как отгремели взрывы, довершил начатое – от корабля остался только обгорелый и оплавленный остов…

– Да, крутой замес тут случился, – говоря это Чиж, как мне показалось, даже поёжился внутри своего скафандра. Проняло, беднягу. А ведь это мы только вошли. Как это говорится, то ли ещё будет…

– Так, ребята, не торопимся, – это я решил немного покомандовать, – надо этот зал как следует осмотреть. Чиж идёт по правой стене, Тихий – по левой. Ну я по центру пройдусь. Главное – фиксируем все выходы на интерактивной карте. Надеюсь, все себе это дело на планшетах открыли?

– Угу, – подтвердил Тихий.

– Чиж, а ты? – спросил я, не услышав ответа Артёма.

– Да открыл, открыл, – ответил тот. Голос у него был немного растерянный. Похоже, что обстановка его изрядно напрягала.

Ну, она и мне на нервы действовала. Меньше всего мне хотелось напороться на не взорванную гранату или мину с кинетическими поражающими элементами. А такого добра тут, я я так думаю, в достатке имеется. Наверняка осталось что‑то и до сих пор поджидает свою жертву…

– И да, парни, напомню – никуда не торопимся, все тщательно осматриваем и исследуем. И идём вперёд только когда есть железная уверенность в том, что впереди чисто. Все всё поняли?

На этот раз и Чиж и Тихий промычали что‑то утвердительное вполне синхронно.

– Ну, пошли, что ли…

И мы медленно двинулись вперёд.

Я шёл не спеша. Крутил головой из стороны в сторону, стараясь охватить взглядом максимально широкий сектор. Луч нашлемного фонаря то и дело выхватывал из темноты какие‑то странные конструкции. Из‑под потолка, кстати, тоже свисали какие‑то тросы, крюки и огромные манипуляторы… Разруха и полное запустение.

Похоже, тут был ангар, где корабли не просто стояли, но ещё и ремонтировались. Другое дело, что загнать сюда что‑то, по размерам больше эсминца, было бы сложновато.

С другой стороны – нет у нас сейчас никаких эсминцев. Да и появятся ли они вообще – мы пока не знаем.

Ангар этот, в конце‑то концов, можно и расширить… Только надо чётко понимать зачем. Пока я такой надобности не ощущаю. Да и вообще, сначала надо понять, куда мы попали и подойдёт ли нам всё это…

По дороге я заметил только две крышки, которые закрывали люки, ведущие куда‑то вниз, в подвальные уровни комплекса. Отметил их на карте и двинулся дальше. Придёт черёд и этих подвалов, конечно, но позже.

Зал этот, как выяснилось, при ширине около ста пятидесяти метров был в длину метров, эдак, пятьсот. И высота потолков тут была тоже очень не маленькая. Я на глазок прикинул – метров семьдесят будет, а то и поболее.