Да. Не исключено, что у Ржавого есть и такие данные. А если они у него есть, то он их может продать. Это всего лишь вопрос цены.

Сейчас время – деньги, а значит, надо начинать поиски немедленно. Но это не отменяет того, что с Ржавым надо поговорить, и как можно быстрее.

И в случае, если тот владеет инфой по поводу этого корабля с рабами, ему надо предложить денег. Миллионов пятьдесят, наверное, хватит. И если ему такое предложить, то ему его же жаба отказаться от сделки не позволит ни под каким видом. И, с другой стороны, будет сэкономлен главный ресурс, который утекает безвозвратно – время.

– Расчёт закончен. Перечень районов поиска может быть передан в файле по запросу. По моим расчётам сам поиск может занять от двух до трёх недель.

– Принял, – олигарха сроки, что озвучил искин явно не радовали, – свяжись с Миэрой‑Энн, передай ей этот файл и мой приказ – немедленно приступать к поискам. Доклады по результатам – ежедневно в 9:00 утра.

– Выполняю, – сказав это, искин замолчал. Зато в некоторых кабинетах этого же здания вдруг началась бурная и кипучая деятельность.

Олигарх же продолжил обдумывать прерванную рапортом искина мысль.

– Он вообще очень пронырливый малый, этот Ржавый. Так что да, поговорить с ним действительно стоит. И очень может быть крупномасштабный поиск с использованием всех ресурсов, что есть под рукой, окажется, по итогам этого разговора, и вовсе не нужным…

Но для того, что бы получить какую‑то ясность в этом вопросе, нужно совершить практические шаги. А именно поговорить.

Он взял со стола личный коммуникатор и нажал сенсор…

– Доброго вам дня, господин Аргуссос! – из динамика раздался до тошноты бодрый голос. Олигарх не успел и рта толком раскрыть, чтобы сказать «здрасти».

– И тебе не кашлять, – сказал Кирин и подумал, что очень похоже на то, что этот пройдоха его звонка ждал. И если это действительно так, то он может оказаться гораздо умнее, чем олигарх до сих пор о нём думал.

– Я даже не могу предположить, зачем моя скромная персона опять вам нужна, – голос Ржавого звучал совершенно беззаботно, и это даже немного раздражало. Тут не знаешь, за что хвататься, а этот веселится и в ус не дует.

– Это хорошо, что у тебя возник вопрос по этому поводу, – хмыкнул Аргуссос, – но развёрнутый ответ ты сможешь получить при встрече. Как насчёт завтра?

Да, нужно было выяснить, знает ли он, где пираты спрятали десантный корабль с пленниками. А поскольку этот хитрец может на прямой вопрос прямого ответа сейчас и не дать, то лучше будет его разговорить в приватной обстановке.

– Если не слишком далеко ехать, то смогу, – ишь ты какой. Словно говорит не с одним из самых влиятельных людей анклава, а с подружкой…

– У ти какой, – ответим той же монетой. – Если опять в «Гнезде» соберёмся, не возражаешь?

Аргуссос был почти уверен, что отказа не будет. «Гнездо Смурфа» славилось не только высшей степенью защищённости, но и высочайшим качеством еды и сервиса.

– С радостью поем за ваш счёт, – да он, гад, веселится. Ну, что ж, пусть веселится. Главное, что бы нужную инфу не зажимал:

– Ну и славненько, – выдохнул олигарх. – Тогда жду тебя на обед в два пополудни в «Гнезде Смурфа». – и после паузы добавил – Не опаздывай… – тут он подпустил в голос немного металла. Как бы намекая на то, что к этой просьбе о встрече следует отнестись серьёзно, и дурака не валять.

После чего Кирин Аргуссос тронул сенсор отбоя, прервав разговор не прощаясь. И как бы намекая этим самым на своё лёгкое недовольство фривольным поведением контрагента.

Опять едем в ресторан. На горизонте уже маячит силуэт каменного гриба, на шляпке которого и свил себе гнездо некий Смурф… К стати, а кто это?

Хотя, по большому счёту, не имеет никакого значения то, кем он был или кто он есть… Раз Смурф, то пусть будет Смурф – мне без разницы.

А вот зачем Аргуссос опять захотел меня видеть – вот это действительно интересный вопрос.

Оставив на стоянке свой броневичок, я, в сопровождении гвардов, проследовал внутрь. Метрдотель уже смотрел на меня, как на старого знакомого. Мы с ним обменялись парой приветственных слов, и он проводил меня до дверей кабинета, где меня и поджидал господин Аргуссос.

Рядом за столиком я увидел гротескную четырёхрукую фигуру охранника олигарха. Жутью от него прёт какой‑то нездешней. Ну и ладно, я всё равно в кабинет иду, а вот моему гварду придётся терпеть соседство этой машины убийства в течение пары часов. Но, с другой стороны, у него работа такая. Я ему за это денежки плачу. И, скажу вам, не маленькие денежки…

Метрдотель распахнул дверь в кабинет и отошёл в сторону, приглашающим жестом предлагая мне пройти внутрь.

Я переступил порог и тут же услышал:

– Я тебя категорически приветствую, – потом последовал короткий смешок и Аргуссос продолжил, – ну, заходи, садись, поедим, о делах наших скорбных покалякаем…

Я встретился глазами с Аргуссосом. Хоть на его лице и сияла радушная улыбка, в глубине зрачков ворочалось беспокойство, словно есть какое‑то дело, которое надо было сделать ещё вчера, а оно до сих пор с места не сдвинулось.

Стол был роскошен, иначе и сказать нельзя. Но, с другой стороны, каким он ещё мог быть в этом приюте гурманов?

– Доброго дня! – я ещё раз осмотрел стол и машинально потёр руки – сегодня специально ограничил утренний приём пищи только очень лёгким завтраком, чтобы сейчас отдать должное здешним блюдам в полной мере. – Я рад, как всегда вас видеть, но, право слово, ваш звонок стал для меня своего рода сюрпризом. – я снова посмотрел на олигарха, – мы же всё вроде уже обговорили?

– Да, все наши договора выполняются в штатном режиме, – сказал олигарх, и в этот момент его улыбка стала немного кислой, – но жизнь, знаешь ли, постоянно вносит коррективы… А потому проблемы множатся… Я только и успеваю их разгребать. Ты, кстати, как? Голодный наверно?

– Я всегда голодный! – и тут я не погрешил против истины. Ибо есть мне не хочется только в течение пятнадцати минут после очередного приёма пищи, а потом я опять голоден.

– Тогда прошу к столу, – Аргуссос сделал рукой широкий жест, словно предлагая мне все стоящие на столах блюда. Все сразу. – с тобой натощак действительно бесполезно говорить. Ибо ты ни о чём кроме еды думать не можешь, пока не наешься. Это я за тобой уже заметил…

Возражать я не стал, и мы приступили к еде. Подробности описывать не буду, дабы вас не травмировать. Скажу лишь, что было очень вкусно. В этом ресторане всегда всё вкусно. Но каждый раз по разному, да…

Наконец Аргуссос сыто отвалился на спинку стула и тронул сенсор вызова. И минуты через три в кабинет впорхнула девуля, задрапированная в какие‑то, почти прозрачные тряпочки, которые тут по какому‑то недоразумению называли униформой.

– Милочка, – вальяжно произнёс олигарх, – тащи кофе, десерт, ну, ты же знаешь, что принести? – ухмыльнулся и взглядом ценителя прошёлся не спеша по её прелестям. Но это так, скорее он показывал, что оценил, и в целом одобряет, как художник, нежели конкретно проявлял какой‑то интерес.

Девчонка, надо сказать, не особо и расстроилась, ибо тут олигархи и прочие богатеи кишмя кишат постоянно. И не один, так другой внимание всё же обратит. Когда‑нибудь.

– Как прикажете, – пропела она, присела в книксене, и вот её тут уже и нету. Да, дрессируют тут официанток сурово. Девчонки аж летают.

А ещё минут через пятнадцать за последней официанткой закрылась дверь, и можно было перейти к тем разговорам, которые лишних ушей не терпят.

Я подвинул к себе вазочку с мороженым, которое было обильно полито вареньем, осмотрел её со всех сторон и поднял глаза на Кирина, который как раз наливал себе кофе из блестящего металлом кофейника: