— Тогда правильный подход — это поддерживать всех недовольных одновременно, но очень малыми порциями. Не давать никому из них перевесить. Бай Чунси может получить несколько десятков тысяч винтовок через посредников в Гонконге, но не больше. Лун Юню — радиостанции и шифровальные блокноты, чтобы он мог самостоятельно отслеживать приказы из Нанкина и передавать нам информацию. Чэнь Чэну — сведения о том, что Бай уже ведёт переговоры с британскими торговцами. Хэ Инциню — намёк, что Гофу после возвращения из Америки собирается его сместить. Пусть каждый подозревает другого, пусть пишут доносы, пусть требуют личных аудиенций у Гофу. Пока они заняты внутренней борьбой, центр будет слабеть сам собой.

Сергей кивнул.

— Именно. Но есть ещё один важный уровень — американцы. Если Рузвельт увидит, что его новый партнёр не контролирует страну, он начнёт искать варианты страхования. А вариантов у него немного: или продолжать вкладываться в Чэнь Гофу, или начать работать напрямую с кем-то из провинциальных лидеров. Если мы аккуратно подкинем американцам информацию о том, что Бай Чунси уже готов принять их советников в Гуанси, или что Лун Юнь тайно встречался с их консулом в Куньмине, — Рузвельт может разделить поток помощи. Часть пойдёт в Нанкин, часть — в Гуанси, часть — в Юньнань. И каждый получит ровно столько, чтобы удержаться, но не настолько много, чтобы победить.

Молотов добавил:

— Это рискованно. Если американцы начнут играть на нескольких досках одновременно, они могут случайно собрать коалицию, которая укрепит их позиции в Китае ещё сильнее.

— Поэтому мы будем дозировать информацию очень осторожно, — ответил Сергей. — Не рассказывать всю правду, а ровно столько, чтобы посеять сомнения. Пусть в Госдепартаменте думают, что Чэнь Гофу не справляется с управлением. Пусть они начинают страховать свои риски. Но пусть при этом не получают от нас ничего, что можно использовать против нас. Никаких прямых предложений провинциальным генералам. Только косвенная работа через третьи руки — через французские торговые фирмы, через британских посредников в Гонконге, через наших людей в Харбине, которые уже имеют контакты с контрабандистами.

Судоплатов записал несколько строк в блокноте.

— Понял задачу. Мы можем усилить существующий канал через Ма Чжаньшаня и остатки его людей в северных провинциях. Они до сих пор сохраняют связи. Через них можно передавать небольшие партии медикаментов и обмундирования в Сычуань и Юньнань. Неофициально, так, чтобы это выглядело как частная коммерция.

Сергей посмотрел на карту, где синим были отмечены зоны контроля Нанкина, зелёным — автономные провинции, красным — основные порты и железные дороги.

— Ещё один аспект. Если братья Чэнь начнут слабеть, американцы почувствуют это и ускорят свои усилия по укреплению позиций. Нам выгодно, чтобы они тратили ресурсы впустую — вкладывались в Нанкин, но не получали стабильного результата. Поэтому мы должны дать центру ровно столько, чтобы он не рухнул, но и не смог консолидировать власть.

Молотов закрыл свою папку.

— Итоговая линия: поддерживать слабость центра, разжигать противоречия между военными группировками, дозированно подпитывать американские сомнения, сохранять полную дистанцию. Ни один документ, ни одно имя не должно указывать на Москву.

Сергей кивнул.

— Именно так. Пусть Чэнь Гофу едет в Вашингтон. Пусть привозит кредиты и обещания. Пусть думает, что укрепляет свою власть. А мы в это время будем работать с теми, кто им недоволен. Медленно, тихо, без громких жестов. Через два-три месяца мы увидим, кто из них решится на первый открытый шаг. Тогда и будем решать, кого слегка усилить, а кого вовремя притормозить.

Судоплатов встал.

— Разрешите приступать. Первое — усилим прослушку телеграмм между Гуанси и Гонконгом. Второе — подготовим канал для передачи информации американцам через нашего человека в Шанхае. Третье — отправим шифровку резиденту в Куньмине: пусть Лун Юнь получит подтверждение, что его голос слышен и он в игре.

Сергей кивнул обоим.

— Работайте. Докладывать каждые пять дней. Даже если ничего серьёзного не происходит — всё равно докладывать. Я хочу знать всё, что происходит в Нанкине.

Они вышли. Сергей остался один. Он взял со стола фотографию Чэнь Гофу — официальный портрет из свежей газеты, сделанный сразу после похорон. Посмотрел несколько секунд, потом убрал снимок в папку «Особая».

За окном начинался мелкий дождь. Сергей подумал о том, что игра будет сложной, но у него есть все шансы победить.