Уходили мы, как и раньше, верхом. Теперь под нами были не престарелые клячи, а рослые и сильные скакуны, да ещё парочка шла в качестве запасных, за которыми тянулся целый караван из трёх вьючных лошадок. Последняя лошадь была нагружена, помимо тюков, завёрнутым в шкуры трупом колдуна. Зачем он Кудею, было непонятно. Наверное, хотел показать трофей князьям. Как он собирался доставить тело в целости через летнюю степь, я тоже не знала, наверное, использует магию. Да и хрен с ним, с Вадимом этим, главное, чтобы тюки до Старгорода доехали.

В тюках, в основном, были книги, с которыми Кудей решил не расставаться: фолианты в кожаных переплётах, свитки, тетради с пометками на полях. Он бережно укладывал их, иногда задерживаясь, чтобы пробежать глазами страницу, и хмурился, будто видел что‑то тревожное.

Но нашлось место и для моих трофеев. Конечно, покойная Йоко была не моей комплекции, но барахла эта сучка накопила изрядно, разных фасонов и эпох. Я не стала зарываться в тряпки, памятуя о предстоящем пути, но всё же отложила несколько комплектов, показавшихся мне наиболее достойными: лёгкий дорожный костюм, шёлковое платье с вышивкой, плащ с капюшоном, подбитый мехом.

В качестве компенсации за не взятые наряды, вывалила в сумку содержимое прикроватного столика. Там, помимо шкатулки с драгоценностями, обнаружился весьма угрожающий набор ножей, щипцов и других пыточных хреновин. Кто в своём уме будет держать рядом с косметикой пыточный набор⁈ Они тут все долбанутые были, что Вадим, что его жёнушка…

Я закрыла жуткую полку и принялась перебирать сверкающую добычу. Кольца, брошки, серьги, и прочая ювелирка… всё переливалось в утреннем свете, ловило блики на гранях камней. Думаю, несколько золотых побрякушек помогут мне позабыть о загубленной причёске. И, кстати, предстояла учёба в Китеже, а жизнь в столице всегда дорогая.

За завтраком Кудей выставил на стол внушительный мешок. Я заглянула в него и вытащила пригоршню золотых монет. Они приятно оттягивали ладонь и блестели в свете утреннего солнца, пробивающегося сквозь узкие окна. Вопросительно взглянула на мага.

— Свою долю я возьму отдельно, — правильно понял он мой взгляд. — Здесь двадцать тысяч, этого должно хватить на мелкие расходы. И вот ещё, думаю, это уж точно не моё.

Он выставил передо мной знакомую шкатулку. Я откинула крышку, внутри переливалась сияющая россыпь.

— Кажется, изумрудов здесь не было? И сапфиров тоже.

— Нашёл их в сейфе Вадима, — пояснил маг. — Ему они не понадобятся, мне тоже ни к чему.

— И вы ничего не возьмёте себе? — не поверила я в альтруизм помолодевшего старика.

— Ну почему же? Я возьму себе… это… — он обвёл взглядом комнату, в которой мы завтракали, имея в виду не только её, но и весь особняк.

К слову, завтрак происходил не в той зале, где мы вчера устроили резню, а в небольшой комнатке рядом с кухней. Здесь пахло выпечкой и кофе, на столе стояли глиняные чашки, а на подоконнике цвели герани в расписных горшках. Словно никакого ужаса никогда и не было.

Я прикинула возможный куш, доставшийся напарнику. Если мне он щедрой рукой отсыпал миллионное состояние, то себе‑то оставил наверняка не меньше. Святой Лука говорил, что наставник до знаний жаден. Пожалуй, они стоят побольше, чем кило алмазов и изумрудов. Да и золота в особняке осталось на пару центнеров, а уж если оценить книги… М-да…

Впрочем, возражать не стану. Истинной ценности всего наследства колдуна я всё равно не понимаю, а спорить с Кудеем после всего, что я видела? Как‑то не хочется.

Утром я прошлась по дому, даже спустилась в подвал, где меня держали. Признаться, искала ублюдка Щера, да и с Цинем и Жаном не отказалась бы побеседовать. Прихватила для храбрости саблю, которой вчера кромсала арабского поэта‑песенника. Ремень, на котором висела сабля, оказался мне велик, и я перекинула его через плечо, как перевязь. Заодно взяла и трабуко Кудея, с десятком зарядов к нему. Я не снайпер, конечно, но с трёх шагов не промахнулась бы. К тому же магия бурлила внутри, и я чувствовала себя способной выдать не два воздушных кулака, а не меньше десятка.

И… никого не встретила. Ну то есть вообще никого! Потом сообразила, что «гости» колдуна тоже прибыли наверняка не в одну харю, с ними тоже должны были приехать слуги, но… Никого?

Нельзя сказать, что я вообще ничего не нашла. Тут и там встречались подсохшие лужи, на стенах попадались кровавые отпечатки ладоней, на полу дважды нашла следы волочения. Но трупов не было. Получается, что пока Вадим со своей сучкой спорил о цене моей задницы, Кудей вырезал всех, находящихся на территории, огороженной отравленным кустарником. Всех: включая хриплого урода, толстого китайца и безмолвного вертухая. А так же неизвестное количество сопровождающих Исмаила и Зулу, поваров, прачек и уборщиков, которые содержали поместье в рабочем состоянии. Их было чёрт знает сколько, и они все исчезли без следа.

Я видела лишь умирающего арабского воина, сабля которого оттягивает мне плечо. И после этого спорить с Кудеем о размере причитающейся доли? Мы тут не в суде, а я не жена, требующая алиментов после развода с папиком. Да и папик из Кудея… Жутковатый. И слишком молодой.

Когда наш караван подступил к границе, колючий кустарник зашевелился, давая достаточно места, чтобы прошли лошади. Те и прошли, опасливо всхрапывая и косясь на длинные иглы, но не пытаясь сдать назад или ускорить ход. Видать, учёные, не в первый раз ходят.

Преодолев периметр, я оглянулась и в изумлении натянула поводья.

— Кудей! А где…

Стены кустарника сзади не было. Я видела лишь нагромождение острых камней и ядовитого вида ползучие растения, обвивающие серые глыбы.

— Иллюзия, — пояснил маг. — Местечко здесь интересное, центр силы. Колдунишка на него сел да и принялся переделывать всё тут по своему усмотрению. Отсюда и кусты, и мёртвая земля вокруг. Да‑а… Я думал, такие места уже все известны, а вот ты посмотри только. Совсем рядом с границей, надо же… Наверняка они тут постепенно с ума сходили от такого количества Силы.

Он покачал головой и толкнул пятками бока своего коня. Тот тронулся с места, остальные послушно последовали за ним. Я пристроилась рядом и принялась допрашивать… Ммм… парня? Пожалуй. На старика он теперь точно не похож.

— Так мы победили или нет?

— Да уж не проиграли, точно, — засмеялся помолодевший маг и кивнул на мою перемётную суму. — Ещё и в прибыли немалой остались. Впереди у тебя Китежградская Школа Магии ожидается, а там и вся жизнь. Без опаски Призыва или Обряда Обмена, прошу заметить.

— А ты… Вы… Тьфу ты, чтоб… Как мне к тебе теперь обращаться‑то? Ты же выглядишь, как мой ровесник!

— Да как хочешь, но лучше на «ты», — хмыкнул Кудей. — Я ведь не только года сбросил, но и умения тоже. Так что, скорее всего, вместе учиться будем.

— Ты теперь… не маг? — ужаснулась я.

— Не маг восьмого уровня, — поправил парень. — Знаний‑то у меня и на девятый хватит, а вот умения многие утрачены. Магия, она же на тело во многом завязана, а раз тело помолодело, то и умения надо по‑новой осваивать. Ничего, справлюсь.

— А почему ты помолодел? — задала я давно мучивший меня вопрос. — Ты же не проводил ритуал Обмена, а просто убил колдуна. Или это тайна?

— Нет никакой тайны, — пожал он плечами. — Кинжал, которым я колдуна зарезал, он же и создал. Ты не смотри, что на вид ему и сорока не было, на самом деле этому «Вадиму» лет сто, если не больше. Давно‑о он в этих краях обитает, раз успел место силы найти и от охотников царских его защитить. Так вот. Кинжалы ценны не только тем, что молодость убийце дают, но и тем, что со своим создателем и хозяином связаны.

Кудей поднял палец, показывая, что скажет сейчас что‑то особо важное.

— Чаще всего создатель артефакта эту связь прерывает и перекидывает её на хозяина кинжала. Как бы делегирует ему свои полномочия, понимаешь? — я неуверенно кивнула, и маг продолжил пояснения. — Все эти ритуалы, руны, свечи — это всё костыли. Настоящая магия не нуждается в них. Будь Вадим рангом повыше… Хотя, он и был таким, наверное…