На ужин был тушёный заяц с овощами, но от мыслей, которые роились в моей голове, ела я плохо. Я с нетерпением ждала ночи, и от этого по всему телу было дрожь.

Люция шла впереди и освещала мне путь свечой. Замок спал. Это мы не спали, а крались к моему мужу. Я даже в страшном сне не могла себе представить, что буду к своему мужу пробираться тайно. Она остановилась у его двери, прислушалась и кивнула мне, чтобы я заходила. Я, не спеша, открыла её, юркнула в тёмную комнату и тут же осторожно прикрыла за собой створку.

От холодного пота тонкая рубаха прилипла к спине, несмотря на холод в спальне. В комнате было темно, так как печь потухла и только маленькие огоньки мигали на углях. Очертания мебели я могла разглядеть. Балдахин завешен, чтобы спать было теплее. Прислушалась и услышала дыхание за покрывалом. Я медленно подошла к кровати. Внутри всё дрожало от страха, ведь я не знала, что меня ждёт. Вдруг он решит меня убить и разрубит мечом, даже не спросив моего имени. Я неторопливо отодвинула покрывало и увидела лежащего мужчину в белой рубахе. Разглядеть любимые черты было тяжело. Я опустилась на край и провела по его руке, дошла до ладони, и он сжал мои пальцы, я даже вздрогнула от неожиданности. Его рука поднялась и притянула мою к своим губам. — Ты пришла, моя птичка? — услышала я шёпот. Сердце моё готово было выпрыгнуть от счастья. Ну почему он днём меня не признаёт, а только ночью? Заныло внутри от отчаянья. — Любимый, я соскучилась по тебе. Я взобралась на кровать и провела ладонью по его щеке. Он начал целовать каждый мой пальчик. Внутри меня разливалась нежность. Он потянул меня к себе, и мы слились в поцелуе. Я уже и забыла, как сладко было целоваться с ним. Моя голова кружилась, а тело дрожало. Я не помню дальше ничего. Мою голову наполнил туман. Его руки скользили по моему телу и покрывали поцелуями мою шею, грудь. Он рванул платье, и оно затрещало, оголяя меня всё больше. Голова моя кружилась от всего этого.

Мужчина подмял меня под себя, навис надо мной и начал покрывать меня поцелуями. Мои руки скользили по его обнажённому телу. Я чувствовала каждый кусочек любимого тела. Я обняла его за спину, когда он раздвинул мои ноги и потёрся у входа. От нетерпения я вся дрожала. Он вонзился в меня, сжал моё плечо и начал медленно вколачиваться на всю катушку. Мне казалось, что я схожу с ума от счастья. Я почувствовала, как он пульсирует внутри и изливается в меня. Любимый обмяк, лёг рядом и сжал меня в объятьях. Его губы покрывали поцелуями моё плечо, и мне казалось, что я схожу с ума от счастья. Мои пальцы запутались в его волосах. Мне казалось, что тут в постели они короче, чем я видела у него. Может, он срезал их? Он шептал мне слова любви, а я таяла от его шёпота и сладких слов. Мне казалось, что я научилась летать. Очень сильно хотелось увидеть его глаза, лицо, но я боялась, что как только он поймёт, что я не его Эмилия, то сказка закончится и он ещё больше меня будет ненавидеть.

Мужчина засопел, и я аккуратно выползла из его объятий. Накинула на голое плечо разорванную ночнушку и тихонько вышла из комнаты. Люция спала в углу. Я пошевелила её за плечо. Она протянула мне меховую накидку, и мы быстрым шагом направились в другое крыло. На следующую ночь я опять упросила Люцию привести меня к Александру. Наша ночь любви была для меня как глотком родниковой воды, в этом мире, где днём я для него не существую. Я выгибалась в спине и впивалась ногтями в его спину. Я стонала под ним и наслаждалась тем, что мне сегодня досталось. Мужчина покрывал моё тело поцелуями, и я отдавалась этому безумию. Как же мне было сладко в этих руках. Я прижала к себе его ягодицы, обхватила их ногами, и мое тело сотрясло то, что я давно не получала. Сладкая нега разлилась по моему организму, заполняя каждый уголочек.

Ну почему так? Он шепчет мне ночью слова любви, а днём не хочет видеть. Я как воровка возвращалась к себе в комнату и засыпала у себя в кровати. Утром я всё-таки решила, что нужно поговорить с моим мужем. Он же чувствует меня ночью, получает со мной удовольствие, не может он ничего не чувствовать ко мне. Я узнала у Люции, что он завтракает. Вышла к входу в его крыло и стала ждать, с надеждой увидеться с ним и поговорить. Я стояла у окна, когда услышала шаги. Из-за поворота ко мне вышел Ричард и, увидев меня, замер на месте. Его взгляд вспыхнул при виде меня, и я увидела мимолётную улыбку. — Доброе утро, моя прекрасная Эния. Рыцарь шагнул ко мне, склонился к моей ладони и припал поцелуем. Я хотела убрать руку, но он сжал мою ладонь и прижал ее к своей груди: — Мне нужно с вами поговорить, моя госпожа. Я покачал головой: — Я жду своего мужа. — Что ж, прекрасная картина: Мой лучший друг и моя жена. Вы любовники? Я вздрогнула от неожиданности и посмотрела на мужа. От его слов по моей спине прошёлся холод. Как так? Он спит со мной по ночам и думает, что я ему изменяю? — Как вы смеете? Я же только вас люблю. Он шагнул ко мне ближе, приблизился к лицу, и его губы исказились злостью: — Вот и хорошо. Очень хочу, чтобы ты сдохла, как и моя Эмилия. Если узнаю, что ты мне изменяешь, то казню и тебя, и твоего любовника. Он кинул взгляд на Ричарда и скрылся у себя в коридоре. Слёзы подступили к моим глазам, я кинулась бежать к себе. Забежал в комнату, рухнула на кровать и разревелась. Я не понимала, как он может быть таким? Что случилось? Ведь я и есть его Эмилия, но он не хочет этого разглядеть! Тупой осёл! Горе моё наполняло сердце, а жить хотелось всё меньше. Я проклинала тот злосчастный клевер и моё желание.

— Госпожа, вам нужно выпить отвар, — услышала я у себя над ухом. Я повернула голову и увидела Люцию, которая протянула мне кружку с успокоительным отваром. — Лучше бы ты мне яду принесла, — сказала я ей и поднесла кружку к губам. Она с ужасом посмотрела на меня и замахала руками: — Что вы? Вам ещё наследника рожать. — Какого наследника? Он никогда не поверит, что этот ребёнок от него. Он убьёт меня и собственного сына. Я больше не хочу его видеть, пусть там умрёт от своей тоски, если он слепой и глухой! — в сердцах кинула я и разревелась по новой.

Я стояла на башне ворот и смотрела на рынок, который развернулся в том месте, что я выделила. За эти два месяца мы сделали такую работу, что можно было сойти с ума. Я отказалась от мысли приходить к моему мужу по ночам и не видела его уже довольно давно. Он окончательно замкнулся на своей половине. Хорошо, хоть спорные дела своих подопечных выходил раз в неделю решать. Ну как сказать выходил, просто присутствовал. Все дела давно выслушивал и решал Ричард. Алекс просто утвердительно кивал, и на этом разбирательство заканчивалось. Казначей, по-моему, поседел немного за этот период. Как только началась весна, я заставила отправить объявление, что за торговлю на рынке у нас, налог не берём. Казначей позеленел от моих слов и с трудом, но принял мои правила игры. — Нам нужны эти деньги! Госпожа, вы потратили практически все запасы. — Не мели чушь! — хлопнула я по своему столу в кабинете, — Я сказала: Нет!

— Но господин, он если узнает, что вы не берёте налог с торговцев, казнит меня и вас. Я поднялась со своего места и приблизилась к нему. Наши глаза была практически напротив друг друга, не считая того, что мужчина был выше меня: — Не казнит! Пусть сначала поднимет свою задницу с кровати! Если он бросил замок на произвол судьбы, то пусть пожинает плоды. Казначей начал ходить из угла в угол: — Вы нас практически разорили своими гобеленами. Их никто не купит! Теперь еще и эти рынки, с которых мы ничего не имеем. — Прекрати ныть! — я сложила руки на груди, — В конце концов, до весны вы дотянули благодаря мне и дальше будете процветать, так что прекрати здесь паниковать, а делай, как я сказала. Через два месяца наш рынок будет греметь далеко по округе, и мы тогда введём минимальный налог. Это будут монеты. По одной с торгового места. Занял два — плати две монеты. За два месяца они привыкнут, и те, кто сначала испугается, вернутся опять, а летом мы увеличим на две монеты, потому что торговать летом легче и до осени больше повышать не будем. Предложим торговцам открыть свои лавки, поможем с постройкой этих лавок, чтобы они закрывались, и за лавки будем брать больше. — Горе мне! Горе! Отрубит господин мне голову! И вот я смотрела на второй рынок. Первый был маленький, но всё равно я считала, что всё шло, как надо. В этот раз торговцев приехало в два раза больше. Правда, дорогу они всю разъездили и там было сплошное месиво. Придётся ещё и про неё думать, чтобы к нам ехали и не думали, что застрянут в грязи. Придётся отсыпать дорожный тракт к замку. А пока подъезд к замку мы накрыли брёвнами и скрепили. Получился небольшой, но чистый заезд. А сам рынок мы устелили досками, чтобы приятно ходить. Хоть это было и дорого, но нужно привлекать людей. Те участки, что мы поделили перед замком, были полностью разобраны и многие с началом весны начали их разрабатывать. Также для укрепления стены начали подвозить камни, которые крестьяне разбивали на своих участках.