У костра Грей и Эй Джей смеются над чем — то до упаду. Бо сидит в кресле неподалёку, разговаривая с девушкой Эй Джея — Тарой, миниатюрной блондинкой с лицом диснеевской принцессы. Эй Джей, Тара и Дэвенпорты приехали вчера утром — благодаря Уайатту, который забрал их из аэропорта, в основном потому, что нам нужен был предлог, чтобы он сначала заехал в CVS и забрал наш «План Б».

Тара сейчас сидит на краю кресла Бо, наклоняясь к нему каждый раз, когда что — то говорит. Она то и дело прикасается к его руке, и это вызывает у меня тревогу.

— Ты это видишь? — шепчет Алекс, пока мы наблюдаем, как девушка Эй Джея флиртует с Бо.

Бо, конечно, не замечает, как откровенно ведет себя Тара, потому что мужчины ничего не замечают. Он просто ведёт себя как обычно — очаровательно.

— О да. Эта девушка бесстыдница, — говорит Стелла, закатывая глаза.

Я оборачиваюсь.

— Правда?

Они с Эй Джеем начали встречаться на первом курсе в Брайаре, но она впервые приехала с ним на Тахо. Хотя он явно ее обожает. Он весь день ей угождает. Подливает напитки, приносит закуски, постоянно спрашивает, не нужно ли ей чего — нибудь.

— Бесстыдница, — подтверждает Стелла. — А Эй Джей такой подкаблучник, и она вовсю этим пользуется. Мы с Айви на днях об этом говорили. Типа, спустя два года он всё ещё не понимает, что она его использует.

— Использует для чего?

Стелла пожимает плечами.

— Для хайпа, наверное. Его отец выиграл два Кубка Стэнли.

— Твой папа тоже выигрывал кубок, — замечаю я. — Она могла бы нацелиться на Грея.

— Не — а, Тара не дура. Грей — вечный бабник, — говорит Стелла о своём брате. — Все это знают.

Я бросаю взгляд на темноволосого парня у костра. С его бронзовой кожей, пронзительным взглядом и убийственной улыбкой Грей мог бы заполучить любую девушку, какую захочет. И он это делает. Часто. Стелла права. Из всех трёх «Золотых мальчиков» только Грей, похоже, никогда не остепенится.

— Если она метит на кольцо на пальце и хочет вписаться в хоккейную королевскую семью, она знает, что её лучший вариант — это Эй Джей, — говорит Стелла, циничная до мозга костей. — Бедный глупый Коннелли. Она изменит ему при первой же возможности.

— Ну, она уже изменила, — встревает Айви с другого конца нашего пледа. Сестра Бо такая милая и скромная, что я иногда забываю, что она здесь. — Помнишь Рождество в Майами?

— Что случилось в Майами? — с любопытством спрашивает Алекс.

— О, чёрт, мы вам не рассказывали? — Стелла ухмыляется. — В общем, Айви, её брат, Эй Джей и Тара приехали к нам в Майами на праздники на несколько дней, в дом моих бабушки и дедушки. Тара сказала, что у неё там есть подруги из сестринства, и исчезла на весь день, якобы чтобы потусоваться с ними.

— Но, — встревает Айви, — мы уже знали, когда она только начала встречаться с Эй Джеем, что у неё есть бывший в Майами. Мы проштудировали её инстаграм и видели все их фотографии, прежде чем она их удалила.

— Мы все собрались идти ужинать, а эта сучка просто исчезла, а потом заявилась в ресторан с опозданием на сорок пять минут, — говорит Стелла.

— После того как Эй Джей часами пытался ей дозвониться, — добавляет Айви.

— Пахнущая одеколоном, который определенно не принадлежал Эй Джею, — заканчивает Стелла, — и думает, что никто не заметил. Пожалуйста. — Она передразнивает высоким голосом: — О боже, ребята, там были такие пробки!

Айви хихикает.

— И Стелла ответила, что «пробки не оставляют следов от укусов, милая».

Мы с Алекс смеёмся.

— Ты такая стерва, — сообщает Алекс Стелле.

— О, я больше, чем стерва. Я полная сука, — тянет Стелла, и мы все заливаемся смехом. — В общем, она рассказала эту нелепую историю о том, как собака ее подруги из сестринства слишком разволновалась, когда ее приветствовала, и поэтому у нее на шее остался след от укуса.

— А Эй Джей сидел и кивал, — говорит Айви, вздыхая.

— Этот дурак поверил каждому слову. — Снова Стелла. — Она несёт чушь, выдумывает про чересчур активных собак, а Эй Джей такой: ого, некоторым собакам действительно нужна дрессировка, да?

Я тоже вздыхаю. Почему мужчины так слепы, когда дело касается токсичных женщин?

— Лучшее Рождество за последние годы, — говорит Стелла, злобно усмехаясь.

Наше внимание отвлекает голос Эй Джея, зовущего свою девушку.

— Эй, детка, иди сюда!

Все, кроме него, замечают, с какой неохотой она сползает с подлокотника кресла Бо. Когда она присоединяется к Эй Джею, он обнимает её сзади обеими руками и целует в шею, и, надо отдать Таре должное, она запрокидывает голову, чтобы встретить его губы для поцелуя. Но, с другой стороны, она только что провела последний час, флиртуя с его лучшим другом, так что... её жалкие поцелуи ничего не значат в моих глазах.

Я встаю, стряхиваю веточку с шорт и иду к оставшемуся в одиночестве Бо. Когда я подхожу к нему, он тянет меня к себе на колени и обнимает за плечо. В этом нет ничего романтического, но, учитывая, что я спала с Уайаттом всего несколько дней назад, мне кажется, будто я делаю что — то не то.

Бо улыбается своей очаровательной улыбкой, от которой невозможно отвести взгляд. Он действительно один из самых красивых людей, которых я когда — либо видела, хотя, наверное, это у него в крови. Его отец — практически модель. Его мама — великолепная актриса. Его тётя могла бы остановить движение на дороге. Обе его сестры потрясающие: Айви — неземная балерина — принцесса, которой место в диснеевском фильме, а Кейт, которой всего пятнадцать и которая должна проходить свой неловкий подростковый период, уже могла бы подписать эксклюзивный контракт с модельным агентством.

— Ты не разговаривала со мной почти весь день, — жалуется Бо. — Мне стоит обижаться?

— Ну, трудно говорить, когда наши родители клянутся убить друг друга из — за бадминтона.

— Ага, это было напряжённо.

Я чувствую, как по коже бегут мурашки, словно кто — то за мной наблюдает, и, конечно же, когда я поворачиваюсь, то ловлю на себе взгляд Уайатта. Он всё ещё разговаривает с Райдером, но теперь у него в руках телефон, и он что — то печатает.

Через несколько секунд мой телефон вибрирует в заднем кармане.

Бо усмехается, чувствуя вибрацию у моей задницы.

— Не проверишь?

— Не — а. Наверное, мама пишет, что они идут спать.

Я выхватываю пластиковый стаканчик Бо из его руки и делаю глоток, пытаясь остудиться. Жаркий взгляд Уайатта заставляет меня краснеть. Но пиво нагрелось у костра и только повышает температуру моего тела.

— Слушай, — говорю я Бо. — У нас с девочками были места в первом ряду на шоу, и... тебе, возможно, не стоит быть таким дружелюбным с Тарой.

Он морщит лоб.

— Почему? Мы просто болтали.

— Вы просто болтали. Она мысленно с тобой трахалась.

Бо фыркает.

— Да ладно.

— Поверь мне. Мы все это видим.

— Она с Эй Джеем.

Я вызывающе наклоняю голову.

— По словам Стеллы, Тара изменяла и раньше.

— Если ты про историю с Майами, то они все уладили.

— Под «уладили» ты имеешь в виду, что она придумала нелепую историю, а он купился?

— В общем, да.

— В любом случае, она изменила.

— Ладно, если она пытается изменить со мной, этого не случится. — Он снова улыбается своей мальчишеской, типично американской улыбкой. — Я воспитанный мальчик.

— Просто говорю, не поощряй её. У нас у всех были нехорошие предчувствия.

— Или, может, ты ревнуешь, — парирует он, подмигивая мне. — Хочешь, чтобы я был только твой, да?

— Да. Именно так.

Его рука касается моей, когда я передаю ему обратно его напиток, и я замечаю, что его взгляд становится рассеянным. Мы сидим и болтаем некоторое время, пока Стелла не прибавляет громкость музыки, играющей из уличных колонок. Соблазнительный ритм проникает в кровь каждого, и вскоре мы все танцуем. Стелла и Алекс устраивают танцевальную дуэль, а Айви смотрит и хихикает. В тени Джиджи и Райдер покачиваются в такт, словно в своем собственном мире, и его пристальный взгляд прикован к лицу жены. Господи, этот мужчина ее обожает.