Я замерла.

Барсик шумно вдохнул и тут же выдал:

— Марина, отвечай чётко. Без этих ваших "ну я не знаю". Это решение уровня "жизнь".

Дейрон смотрел на меня так, будто я сейчас держу в руках не тапки, а его судьбу.

Я открыла рот… и не смогла сказать "да".

Потому что, блин, я хотела уйти. Правда.

Но теперь "уйти" означало оставить здесь человека, который ради меня снял перстень и пошёл туда, куда нельзя.

И ещё это означало признать, что поцелуй и "влюблён" были просто… эпизодом.

А я не хотела, чтобы это было эпизодом.

Дыхание перехватило.

— Я… — начала я.

И тут арка портала вдруг вспыхнула слабым светом.

Словно услышала мой голос.

Словно сказала: "О, наконец-то, заявка поступила".

Барсик резко встал.

— Так, — сказал он. — Внимание. Портал реагирует. Марина, говори сейчас. Одну фразу. Конкретно.

Дейрон шагнул ближе. Очень близко. И тихо сказал:

— Что бы ты ни сказала… я приму.

От этого "приму" у меня внутри всё дрогнуло.

Я посмотрела на арку.

На тапки.

На огурец.

На носок.

И подумала: восемь дней. Настя. Мальдивы.

А потом — совсем тихо, почти беззвучно —: Дейрон.

Я глубоко вдохнула.

— Я хочу… — сказала я вслух.

И замолчала.

Потому что вдруг поняла: если я сейчас скажу "хочу домой", портал может открыть путь — но закроет всё остальное.

А если скажу что-то другое… я могу потерять шанс на Мальдивы. И подругу. И всё, ради чего держалась.

Барсик прошипел:

— Марина! Не зависай!

Я открыла рот, чтобы произнести желание — и в этот момент арка вспыхнула ярче, а по камню пошли трещины света, будто портал торопил меня.

И где-то в глубине арки раздался странный звук… словно кто-то с той стороны постучал.

Глава 24

Портал светился так, будто ему срочно надо было закрыть квартал, а я — единственный бухгалтер на всю вселенную.

По каменной арке ползли трещины света, внутри переливалась дымка, и в глубине действительно слышалось… тук-тук.

Словно кто-то с той стороны стучал по стеклу: "Алло, обслуживание? Мы тут ждём доставку Марины!"

Я стояла на коленях перед аркой, и у меня в руках дрожали три артефакта: тапки, огурец и носок.

Рядом — Дейрон.

Сзади — Барсик, который уже закипал от моей паузы, как начальник от слова "сейчас доделаю".

И, как назло, это звучало в голове не "успею", а "выбирай, кого предать".

— Марина, — Дейрон сказал тихо, но в этом "тихо" было столько напряжения, что я физически почувствовала, как у него внутри всё держится на одном винте. — Ты уходишь?

Я подняла глаза.

Он смотрел прямо. Без своей обычной маски "камень".

И это было ещё страшнее, чем пауки.

Потому что пауков можно отпугнуть тапком.

А вот этот взгляд… его не отбросишь бумерангом.

Барсик шагнул ближе и зло прошептал:

— Без лирики. У нас окно. Портал активен. Ты сейчас скажешь "хочу домой" — и всё. Скажешь неправильно — и получишь коз. Выбирай.

— Спасибо, Барсик, — прошипела я. — Очень мягко.

— Я не для мягкости, — отрезал кот. — Я для результата. И где результат?

Горло сжалось, и я посмотрела на артефакты.

Тапки будто тянули меня вперёд: "пошли! пошли! поработаем!"

Огурец светился так уверенно, словно он главный в этом ритуале.

Носок… просто лежал. Скромно. И, как выяснилось, именно он решает судьбы миров.

Блин, это как в офисе: думаешь, что главное — директор, а на самом деле всё держится на секретарше, которая знает пароль от банковского клиента.

Я закрыла глаза.

Чего я хочу?

Домой.

Настю.

Мальдивы.

Нормальный кофе.

И… Дейрона, который сказал "влюблён, кажется" на Совете, словно это нормальная фраза, а не акт самоубийства.

Если я сейчас уйду — я спасусь.

Но оставлю тут человека, который уже один раз пошёл ради меня туда, куда нельзя.

Если я останусь — я… предам Настю. И себя. И мечту об отпуске, за которую держалась, как за спасательный круг.

И тут до меня дошло.

С холодной, бухгалтерской ясностью.

Меня снова ставят перед ложным выбором.

"Или/или".

"Выбирай, кого потерять".

А я вообще-то человек, который всю жизнь делает так, чтобы сходились обе стороны.

Дебет и кредит.

Расход и доход.

Москва и отпуск.

Почему я вдруг решила, что тут нельзя так же?

Я открыла глаза и посмотрела на арку.

— Хорошо, — сказала я вслух.

Барсик удовлетворённо кивнул.

— Наконец-то. Говори.

Дейрон шагнул ближе.

— Марина…

Я подняла ладонь, останавливая его.

— Не перебивайте, — сказала я. — Это важнее моего стыда.

Он замер.

Я вдохнула и произнесла громко, чётко, как заявление в бухгалтерию:

— Я хочу, чтобы портал работал всегда.

Тишина.

Тишина была такая, что даже ветер перестал делать вид, что он тут по своим делам.

Барсик медленно моргнул.

— …Что?

Дейрон тоже моргнул, и это было почти смешно, потому что его лицо на секунду потеряло всё величие и превратилось в "человек пытается понять смысл".

— Ты… что сказала? — спросил он тихо.

— Я сказала, — я почувствовала, как у меня дрожит голос, но не остановилась, — что хочу, чтобы портал работал всегда. Чтобы можно было ходить туда-сюда. Чтобы… — я сглотнула, — чтобы я успела на Мальдивы и… не исчезала отсюда навсегда.

Барсик издал звук, похожий на подавленный крик.

— ТАК МОЖНО БЫЛО?! — выпалил он наконец.

И это было настолько по-барсиковски, что я чуть не рассмеялась от нервов.

— Видимо, да, — сказала я. — Контракт же любит конкретику. Вот я и конкретизировала.

Портал в этот момент вспыхнул так ярко, что мы все инстинктивно закрыли глаза.

Воздух вокруг нас взвился, как бумага в офисе, когда включают кондиционер на максимум.

Арка загудела.

Световые трещины побежали по камню, расширяясь, словно портал перепрошивали прямо на месте.

Барсик отскочил назад.

— Марина! — заорал он. — Ты что творишь?!

— Улучшаю инфраструктуру! — выкрикнула я в ответ. — Оптимизация процессов!

— Это не инфраструктура! Это межмировой переход!

— Тем более! — я уже сама не знала, ору я или смеюсь. — Нормальный бизнес без логистики не работает!

Дейрон схватил меня за плечи, удерживая, потому что порыв ветра почти сносил меня в арку.

— Ты понимаешь, что делаешь? — спросил он резко.

Я подняла на него глаза.

— Да, — сказала я. — Я не хочу выбирать. Я хочу… всё.

Сказала и сразу подумала: Марина, ты сейчас звучишь как клиент, который хочет скидку, доставку и ещё подарок.

Но, честно, почему нет?

Дейрон смотрел на меня странно.

Словно впервые видел не "служанку, которая падает", а женщину, которая принимает решение.

— Это… смело, — сказал он.

— Это бухгалтерия, — буркнула я. — Смелость тут вынужденная.

Барсик вцепился лапами в землю.

— Я сейчас уволюсь, — сказал он трагически. — Я кот. Я не подписывался на вечный портал. У меня стресс. Где мой аванс?!

— Потом! — крикнула я. — Сейчас не мешай моей магической реформе!

Арка вдруг издала резкий щелчок — как дверь, которая наконец встала на новый замок.

Свет внутри стабилизировался: не рваный, не хаотичный — ровный, тёплый. Как экран телефона, который ожил после суток на зарядке.

И в этой дымке вдруг проступила картинка.

Не лес. Не коза. Не другой зал.

Моя кухня.

Моя московская кухня.

Я увидела стол, кружку, свою старую кофеварку. И — самое страшное — Настю.

Настя стояла посреди кухни в моём халате (как всегда, потому что у неё нет границ) и держала телефон.