— Я ничего не ломаю, — сказала я. — Я просто пытаюсь уйти домой.

— Тогда уходи, — произнесла Эйлин так ласково, что меня передёрнуло. — И не оставляй за собой мусор.

— Какой ещё мусор?

Эйлин посмотрела мне прямо в глаза. Очень нагло. Очень уверенно.

— Чувства, — сказала она. — Они тут никому не нужны.

Я выдохнула, чувствуя, как во мне поднимается злость.

— О, — сказала я. — А вам, значит, можно? Вам чувства нужны?

Её улыбка дрогнула.

— Я… — она запнулась на секунду, потом снова стала идеальной. — Я хотя бы умею держать себя в руках. В отличие от некоторых.

И ушла.

Я стояла и смотрела ей вслед, пока Барсик не ткнул меня лапой в ногу.

— Марина, — сказал он. — Ты только что попалась на провокацию. Это называется "конфликт интересов". Не лезь. Ты ещё не умеешь сражаться с эльфийками.

— Я и не собиралась, — буркнула я, но в голосе уже было меньше уверенности.

Потому что улыбка Эйлин была слишком спокойной.

Как у человека, который уже сделал ход.

До обеда я пыталась работать. "Пыталась" — ключевое слово.

В столовой преподаватели бодро ели, обсуждая реформу учебных программ, и у меня появилось ощущение, что моя карьера кофеварки может стать самой дорогой ошибкой в истории магии.

Я сортировала свитки, ставила печати, пыталась не думать о Дейроне.

Не получалось.

Потому что каждый раз, когда я вспоминала его голос "влюблён, кажется", у меня внутри всё переворачивалось. Не романтично. А панически.

Потому что это запретно. Потому что это уволят. Потому что я должна домой. Потому что Настя. Потому что Мальдивы.

Кристалл в кармане завибрировал, словно Настя чувствовала мои мысли на расстоянии.

Я сжала камень:

"Настя, у меня тут… всё сложно. Осталось 9 дней. Я стараюсь."

Ответ прилетел сразу:

"ДЕВЯТЬ?! МАРИНА, Я УЖЕ НЕРВНО КУПИЛА ТЕБЕ ВТОРОЙ КУПАЛЬНИК. НА СЛУЧАЙ ЕСЛИ ПЕРВЫЙ НЕ ДОЛЕТИТ."

Я прикусила губу.

Настя, если бы ты знала, как я хочу, чтобы долетел хотя бы я.

Барсик, конечно, заметил мою моську.

— Что? — спросил он. — Опять ваша земная истерика?

— Подруга, — тихо сказала я.

— Подруга — это хорошо, — буркнул кот. — Это социальная опора. Но сейчас опора — я. Так что соберись.

— Ты опора? — я фыркнула. — Ты токсичная табуретка.

— Зато устойчивая, — отрезал Барсик. — И вообще, у нас контрольная точка: вечером проверяем сейф. Я хочу убедиться, что никто не трогал имущество проекта.

Я моргнула.

— Ты думаешь, кто-то будет трогать?

Барсик посмотрел на меня, как на ребёнка.

— Марина. У тебя артефакты. У тебя внимание Дейрона. У тебя война с Эйлин. Конечно, кто-то будет трогать.

— У меня не война.

— У тебя война, — отрезал кот. — Просто ты ещё не подписала приказ.

К вечеру Академия начала выдыхаться. Бодрящее зелье шло на спад, и вместо весёлого хаоса появлялась злость. Люди начинали осознавать, что они два дня не спали и переставляли мебель без причины.

Это был самый опасный момент: когда эйфория проходит, а виноватый нужен срочно.

Я шла в канцелярский коридор и чувствовала, как мне на спину давят взгляды.

Барсик трусил рядом и издавал довольные вздохи.

— Сейчас начнётся разбор полётов, — сказал он. — Я это люблю. Почти как сметану.

Мы подошли к канцелярии.

Женщина с лицом "прокляну" сидела на месте.

— Вам чего? — сухо спросила она.

Барсик поднял хвост.

— Аудит, — заявил он. — Проверка сохранности активов.

Женщина моргнула.

— Кот не имеет права—

— Кот имеет право на всё, — отрезал Барсик. — Древний закон. Открывайте сейф.

Женщина посмотрела на нас так, будто сейчас расплачется и уйдёт работать в библиотеку без людей.

Но она всё же встала, вынула ключ.

Щёлк.

Сейф открылся.

Я подалась вперёд.

И внутри у меня всё провалилось.

Там лежали… тапки. Но не мои тапки.

Обычные. Серые. Без ушей. Без магии. Без ощущения "сейчас тебя увезёт в другую реальность".

Огурец — тоже был. Но обычный. Свежий. И очень… просто огурец.

Носок и помада — были. Мои.

Я смотрела и не верила.

— Это… что? — прошептала я.

Барсик молча прыгнул на край сейфа, понюхал тапки и огурец.

Потом очень медленно поднял на меня глаза.

— Поздравляю, Марина, — произнёс он ледяным голосом. — У тебя украли два ключевых артефакта. И оставили замену уровня "подарок на 8 марта от коллег".

— Как… украли? — я задохнулась. — Тут же сейф! Ключ!

Женщина канцелярии побледнела.

— Я… я никого… — начала она.

Барсик махнул лапой.

— Ближе к делу. Кто имел доступ?

Женщина дрожащим голосом:

— Магистр Келлан. И… леди Эйлин… Она приходила с печатью Совета. Сказала, что нужно "перепроверить угрозы".

Я закрыла глаза.

Конечно, Эйлин. Конечно. Всё по плану.

— Она украла, — сказала я глухо.

Барсик кивнул.

— Она украла. А ты — потеряла. Потому что активы проекта нельзя отдавать в чужие руки без контроля. Это база.

— Барсик, я не могла—

— Могла, — отрезал кот. — Но не сделала. Следствие: ты не летишь на Мальдивы. И Настя тебя убьёт.

У меня в горле встал ком.

— Я не могу вернуться без них, да? — спросила я тихо, хотя уже знала ответ.

Барсик смотрел строго.

— Не можешь. Тапки и огурец — два артефакта из трёх. Без них контракт тебя не отпустит.

Я резко повернулась к двери.

— Где Эйлин?

Барсик спрыгнул на пол.

— О, пошла горячая стадия. Марина идёт устраивать разбор полётов. Запишем как "инициатива". Но предупреждаю: если ты сорвёшься — будет плохо.

— Мне уже плохо, — процедила я.

Мы почти бегом дошли до коридора жилых комнат для "уважаемых" студентов и гостей. Там было чище, светлее и пахло дорогими духами. То есть пахло местом, где живёт Эйлин.

Она стояла у окна. Как всегда. Красиво. Спокойно.

Словно только что не украла мою надежду на отпуск.

— Леди Эйлин, — сказала я, стараясь не орать. — Нам нужно поговорить.

Она повернулась.

— Марина, — мягко произнесла она. — Ты выглядишь взволнованной.

— У меня украли тапки и огурец, — сказала я. — Случайно не знаешь, где они?

Эйлин моргнула. И улыбнулась.

— Тапки? Огурец? — переспросила она, словно я спросила "не видели ли вы мою галактику".

— Да.

— Не знаю, — сказала она спокойно. — Возможно, твои… предметы… не выдержали ответственности и исчезли.

Барсик тихо хмыкнул.

— Марина, — прошептал он. — Не верь. Это ложь уровня "я не видела письмо в почте".

Я сделала шаг вперёд.

— Эйлин, — сказала я. — Я уйду. Я правда уйду. Но не так. Не потому что ты украла мои вещи.

Эйлин чуть прищурилась.

— Ты всё равно уйдёшь, — сказала она. — Этот мир не для тебя.

— А кто ты, чтобы решать? — сорвалось у меня.

Эйлин приблизилась, и голос её стал тише.

— Я — та, кто умеет защищать то, что любит, — сказала она. — А ты… ты просто приходящая проблема.

Я почувствовала, как у меня дрожат руки.

— Где они? — повторила я.

Эйлин смотрела на меня несколько секунд. Потом наклонилась ближе и прошептала:

— Если очень хочешь — ищи.

И добавила, уже громче:

— Но ты не найдёшь.

Я застыла.

Потому что это был ответ. Не прямой, но достаточный.

Барсик подошёл к ней вплотную и поднял хвост, как начальник, который пришёл подписывать увольнение.

— Леди Эйлин, — сказал он сладко. — Ты сейчас срываешь проект. Я тебе этого не забуду.

Эйлин посмотрела на кота с усталой холодностью.

— Барсик, ты кот. Ты не понимаешь.

— Я кот, — согласился Барсик. — Поэтому я понимаю лучше. Я вижу, где пахнет страхом.

Эйлин на секунду дрогнула, но тут же взяла себя в руки.

— Удачи вам, — сказала она. — И Марина… — она улыбнулась мне мягко, — не думай, что Дейрон спасёт тебя.