Она ушла.

Я стояла и смотрела ей вслед, чувствуя, как внутри поднимается злость — не красивая, эльфийская, а простая, бухгалтерская.

Такая, что хочется составить акт, инвентаризацию и списать Эйлин на убытки.

Барсик ткнул меня лапой в голень.

— Отчитайся, — потребовал он. — Она угрожала?

— Угрожала, — сказала я. — Моим тапкам.

— Тапки — это актив, — кивнул кот. — Единственный твой актив. Береги. И не стой столбом: ужин через час, а ты вся в эмоциях. Эмоции в дедлайны не укладываются.

— Барсик, — я прищурилась. — Ты когда-нибудь говорил кому-нибудь "молодец"?

— Я не занимаюсь инфляцией мотивации, — отрезал он. — Пошли. И да: за победу на турнире мне положена премия.

— Какая?

— Мясо, — сообщил кот. — Два куска. Без аванса не работаю.

Вот она, магическая справедливость. Ты дерёшься тапками — кот получает мясо.

В столовой было шумно, как в бухгалтерии в последний день месяца.

Все обсуждали турнир. Мой тапок. Ринальда. Его достоинство, которое пострадало морально.

Лиза махала мне издалека.

— Марина! Сюда!

Я подошла и села рядом.

Барсик тут же запрыгнул на лавку и занял треть моего места, потому что "пространство — это ресурс".

— Ты живая! — Лиза округлила глаза. — И победила! Это же… это же легенда!

— Это случайность, — простонала я.

— Нет, — вмешался Барсик, — это халатность судьбы. Но результат засчитан.

Лиза прыснула.

— Ты сегодня ночью спать будешь?

— Если меня не убьют, — сказала я и потянулась к каше.

Барсик перехватил мою ложку лапой.

— Стоп. Сначала отчёт.

Я уставилась на него.

— Какой ещё отчёт?

— По рискам, — сообщил кот. — Эйлин угрожала. Дейрон позвал на башню. Толпа тебя любит. Это опасная комбинация. Что ты планируешь делать?

— Есть, — сказала я. — А потом идти на башню. Потому что это приказ преподавателя, а я не хочу, чтобы меня испарили.

Барсик вздохнул так, будто я снова сорвала квартальный план.

— Ладно. Тогда правила встречи. Пункт первый: не падай. Пункт второй: не смотри на него так, будто он последняя отпускная ведомость в твоей жизни. Пункт третий: не говори слово "любовь". Вообще.

— Я и не собиралась, — буркнула я.

Кристалл в кармане завибрировал.

Настя.

Я сжала его и мысленно ответила: "Жива. 26 дней. Победила в турнире тапком. Не спрашивай."

Ответ пришёл мгновенно:

"ТЫ ЧТО, БОЕВИК? МАРИНА, Я ПОКА ТУТ ОДНА ПАНИКУЮ, ТЫ ТАМ ТАПКАМИ ВОЮЕШЬ?!"

Я закрыла глаза.

Настя, если я вернусь, я тебе всё расскажу. И ты либо посмеёшься, либо вызовешь мне психотерапевта. Скорее второе.

Барсик увидел моё лицо и довольно усмехнулся.

— Пишет? — спросил он. — Напомни ей, что у тебя дедлайн. И да, кстати: 26 дней — это мало. С твоими темпами тебе бы 300 дать.

— Барсик, — я выдохнула. — Ты можешь хотя бы сегодня… не быть собой?

— Нет, — спокойно сказал кот и стащил у меня хлеб. — Я на этой позиции утверждён древним законом.

И вот тут мне стало обидно.

Почему в этом мире древний закон защищает кота-тирана, а не женщину с кредитом и мечтой о Мальдивах?

Вечером я поднялась на башню — точно шла на собеседование к самому строгому директору.

Шаг — вдох. Ещё шаг — "не упади, не упади".

Дверь была приоткрыта.

Я постучала.

— Войдите, — раздался голос Дейрона.

Я вошла.

В башне было тепло. Без пафоса: стол, кресло, полки со свитками, лампа, которая светилась мягко и никого не раздражала.

И Дейрон — у окна.

— Вы звали, сэр Дейрон, — сказала я и тут же мысленно ударила себя. Почему "сэр"? Почему "звали"? Я как будто в приёмной у гендиректора.

Он кивнул и посмотрел на мои руки.

— Артефакт, — произнёс он. — Тапки.

— Да, — я достала один тапок и подняла его, как улику. — Вот.

Дейрон подошёл ближе. Взял тапок осторожно, двумя пальцами.

— Он возвращается к тебе, — сказал он. — Сам.

— Да, — я кивнула. — Как штрафы. Всегда возвращаются.

Он не понял, но принял к сведению.

— Я хочу понять принцип, — сказал Дейрон. — Твой тапок обошёл мой защитный вихрь.

— Я тоже хочу понять принцип, — честно сказала я. — Потому что пока принцип такой: "жизнь — хаос".

Он посмотрел на меня внимательно.

— В твоём мире так принято разговаривать?

— В моём мире так принято выживать, — я пожала плечами. — Особенно в бухгалтерии.

— Бу… гал… — он произнёс слово медленно. — Это опять ругательство?

— Почти, — не удержалась я. — Это профессия. Там ты тоже всё время на грани взрыва, только без огурцов.

На секунду мне показалось, что он снова улыбнётся.

Но он сдержался.

— Сядь, — сказал он и указал на кресло.

Я села.

Он положил тапок на стол и развернул свиток.

— Заклинания работают через рифму, — сказал Дейрон. — Возможно, артефакт реагирует на звуковой ключ.

— Вы хотите… зачитать тапку стих? — уточнила я.

— Я хочу проверить гипотезу, — сухо сказал он. — Это научный подход.

Научный подход. Отлично. Сейчас мы будем проводить научный эксперимент над тапком.

Дейрон поднял свиток, прочистил горло и произнёс серьёзно:

— "Тапок-лапок, будь как сокол, бей без промаха и в бок…"

Я зависла.

— Простите… — я моргнула. — Это вы сейчас сочинили?

Он посмотрел на меня холодно.

— Да.

— Это… очень смело, — сказала я, стараясь не рассмеяться. — Но рифма… спорная.

— Рифма достаточная, — отрезал он. — Продолжу.

Он поднял руку:

— "Враг стоит — ему капут, тапки в бой — и все бегут!"

На последнем слове тапок на столе дрогнул.

Потом подпрыгнул.

Потом… шлёпнул Дейрона по пальцам.

Не сильно. Но унизительно.

Дейрон застыл.

Я тоже застыла.

А потом у меня вырвался смешок.

— Он вас… наказал, — сказала я.

Дейрон медленно убрал руку.

— Он не наказал, — произнёс он ледяным тоном. — Он отреагировал.

— Конечно, — я кивнула. — Просто обратная связь. Как в корпоративной почте.

Он посмотрел на тапок так, будто собирался вызвать его на дуэль.

— Твой артефакт дерзит, — сказал Дейрон.

— Это мой тапок, — пожала я плечами. — Он всю жизнь дерзит. Я им даже мух гоняла.

— Мух? — Дейрон нахмурился. — Это… враги?

— Мелкие, — вздохнула я. — Как интриги. Не убивают, но раздражают.

Он взял тапок снова. На этот раз увереннее.

— Тогда объясни, — сказал Дейрон. — Что это такое. "Тапки". И почему они из… "Икея", как ты сказала.

Я моргнула.

— Вы помните про Икею?

— Да, — коротко сказал он. — Ты говорила. Это место силы?

Я закрыла рот, чтобы не заржать.

— Это магазин, — сказала я. — Там продают мебель. Которую нужно собирать самому.

Дейрон побледнел.

— Зачем… самому?

— Потому что так дешевле, — объяснила я, как ребёнку. — И потому что человек должен страдать, видимо.

Он помолчал.

— В твоём мире странные испытания.

— Вы даже не представляете, — я вздохнула. — Икея — это боевое крещение отношений. Если пара собрала шкаф и не развелась — значит, любовь.

Я осеклась.

Марина. Слово "любовь". Барсик же говорил…

Дейрон поднял взгляд.

— Любовь? — повторил он тихо.

— Не в смысле… — я махнула рукой. — Я в бытовом. В шутку.

Он молчал пару секунд.

Потом протянул тапок мне.

— Попробуй ты, — сказал он. — Скажи рифму. Но хорошую. Без… "лапок".

— Я не поэт, — честно сказала я. — Я максимум могу рифмовать "отчёт" с "пролёт".

— Попробуй, — повторил он.

Я взяла тапок. Он был тёплый, словно живой.

Так. Рифма. Заклинание. Тапок. Соколова, включай Excel-логику. Подбери пары. Тапок — шлёпок. Удар — жар…

Я вдохнула.

— "Тапок-шлёпок, бей в плечо, чтоб врагу стало горячо!"