— Здравствуй, дедушка, — чмокнула моложавого лиара в щеку. — И я рада тебя видеть.

— Эллит, — панибратски обратился к владыке лиар Верер. — Что происходит?

— Ох, Верер, только не начинай! — отмахнулся владыка, тоже поднимаясь. — Никто твою внучку не обижает. Сама пришла, бумаги вон принесла, производство новое открывает. Можете быть свободны, лиария Туаро. За бумагами зайдите через седмицу, уверен, Страдеус как раз все подготовит. Раз уж для вас это не составит труда, — не удержался и поддел лиар.

— Благодарю вас, лиар Сохар, — широко улыбнулась я. — Рада была с вами повидаться!

— Кхм, — владыка, да и другие лиары вдруг раскашлялись. — Ступайте, лиария, сыну моему наилучшие пожелания и терпения побольше.

— Пошли, Иль, — дед потянул к выходу. — Бабушка о тебе в последнее время часто вспоминает, скучает. Так что на обед к нам, однозначно.

— А Хелиса уже уехала? — из кабинета мы уже вышли, и теперь шли в сторону главного выхода из дворца.

— Дней пять назад, а почему ты спрашиваешь?

— Бриана ее ждет, переживает. Думала, могу ее с собой взять, у меня коридоры прекрасно выходят.

— Вся в мать, — тихо пробормотал Верер.

Как-то раз мимо Тиллиорки проезжал торговец живым товаром. Нет, не пугайтесь, рабства в Рашиисе нет, я говорю о декоративных зверятах. В деревне никто таким не увлекается, других дел и забот полно, а вот горожане, бывает, заводят себе ручного зверька. Чаще всего это орфы, ляльвы или жорбы. Ляльвы — дальние родственники агрий, очень на них похожи, только намного мельче. Тоже хищники, их заводят экстремалы, потому что ляльвы плохо поддаются дрессировке, могут навредить хозяину, если что не по ним. Жорбы — грызуны. Они тоже хищники, в домашних условиях должны жить за ограждением, в клетке, например. Жорбы способны издавать забавные звуки, имитирующие речь, за это их и ценят. Заводят для развлечения. Но жорбы тоже малоразумны и могут навредить хозяину. Другое дело орфы — некрупные создания, напоминающие небольших земных бегемотиков. Когда я впервые увидела орфа, обомлела просто, до чего он прелестный. Серо-голубой расцветки, кукольная мордочка невероятно милая; длинная мягкая шерстка, восхитительные глазки в обрамлении шоколадных ресничек. Взяла малыша на руки и тут же получила мокрым языком в нос.

— Осторожно, лиария, — предупредил торговец. — Не смотрите ему в глаза. Если с орфом установится контакт, вы должны будете его купить, он признает в вас хозяйку.

— Орфы признают только одного хозяина? — опустила малыша обратно в корзину.

— Эта порода да. Они очень верные, дружелюбные, вы не пожалеете, если приобретете этого орфа.

— Как его зовут?

— Ну что вы, лиария! Я не даю имен своим питомцам. Имя дает хозяин и только он. Это первый этап привязки.

— Сколько же стоит этот орф?

— Сто серебряных, — не колеблясь, выдал торговец.

— Сто? — ахнула я. — Лиар, вы уверены, что не ошиблись с ценой? Да это же стоимость пары домов в деревне!

— Мои орфы не похожи на других, отрезал торговец. — Я везу их в Луидор, здесь не собирался ими торговать. Просто этот малыш скулил всю дорогу, устал сидеть в корзине, только поэтому я его достал. Я вижу, как вам понравился этот звереныш, поэтому готов уступить и продать его за восемьдесят монет. Только вам, никому другому я такого предложения не стал бы делать!

— Пятьдесят, — предложила свою цену, прикидывая, сколько у меня останется.

— Лиария, почему бы вам его просто не украсть? — возмутился торговец. — Пятьдесят… — он цокнул. — Да это просто смешно! Мои орфы самые лучшие во всем Рашиисе, а этот еще и редкого окраса. Семьдесят, — сделал он новое предложение. — И я дам вам специальный корм для тварюшки на первое время.

— Пятьдесят пять, и еще корзина, в которой он сидит.

— Лиария! Шестьдесят пять — моя последняя цена. А корзину я вам бы и просто так подарил.

— Шестьдесят, — я вошла во вкус. — И я открою вам портал в Луидор.

— Лиария портальщица? — выдохнул торговец. — Если вы откроете мне портал в Луидор, орфа я вам подарю. Несколько животных так тяжело переживают тяготы дороги, что, скорее всего, не доживут и я потеряю гораздо больше.

— По рукам! Собирайтесь. Я закончу свои дела и буду ждать вас у леса. Прямо здесь неудобно и не хочется привлекать лишнего внимания.

— Мне потребуется около часа, чтобы собраться, — засуетился торговец.

— Не торопитесь, мне тоже нужно какое-то время, я пойду с вами. Дела в Луидоре.

Нашла у другого торговца яркую голубую ленту, повязала на шею орфику и поторопилась домой. Первым делом села сочинять записку. Да-да, орфа я решила купить не для себя. В ушах словно наяву стояли слова тетушки Лестиции, как ей отказали в возможности иметь четвероногого друга. Теперь она живет сама, но никого так и не завела. Я не собираюсь дарить ей животное лично, собираюсь подкинуть на порог с запиской. Вот как раз над текстом я сейчас и размышляла.

В итоге решила не заморачиваться. Просто написала, что орф безымянный, примет хозяина после зрительного контакта, корм на первое время прилагается. Все. Без подписи.

Орф, с повязанным на шею бантом выглядел еще большим милашкой. Без труда сделала над корзиной защитный контур, чтобы малыш не сбежал раньше времени и не удержалась, чмокнула орфика в нос, старательно отводя глаза.

Торговец с нетерпением приплясывал на условленном месте. Вокруг стояло множество корзин, ящиков, свертков, трое арисов-помощников и маленькая девочка.

— Готовы? Куда вам нужно? Конкретное место.

— На центральный рынок или к восточным воротам, — быстро ответил торговец.

На центральном рынке я была, там всегда жуткая толчея, а сейчас как раз время такое, что многие горожане отовариваются, поэтому выбрала пунктом выхода восточные ворота. Там я тоже была, прекрасно представляю это место. Сосредоточилась, зачерпнула циани, протянула через себя, формируя коридор. Уроки Дрихнара не прошли даром, открывать коридор у меня выходит уже почти без усилий.

Движение рукой, будто выстилаю путь перед собой, и перед нами засеребрился большой коридор.

— Прошу вас, — сделала приглашающий жест.

— Вы ведь пойдете с нами? — нервно сглотнул торговец.

— Могу даже первой, — кивнула, понимая его опасения. — Но тогда не факт, что все успеют зайти в портал до того, как он захлопнется.

— Дисам, Десин, Ротби, переносите все в портал, — скомандовал торговец помощникам. Сам взял восторженно глядящую девочку за руку, чтобы она не шагнула в переход раньше времени.

— Ваша дочь? — проявила любопытство.

— Внучка. Сын с невесткой остались в Шейрице, у них родился малыш. А Эрика очень захотела попутешествовать с дедом. Как я мог ей отказать?

— Она прелестна.

— Эрика умница, моя гордость! С животными ладит так, будто слушают ее.

— Так может и правда слушают?

— Ну что вы, лиария. Такой дар крайне редок, у нас в роду ни у кого не было.

— Вы все же присмотритесь к внучке, — улыбнулась я. — Ей нужно учиться.

За разговорами арисы споро перенесли все корзины, баулы и свертки на ту сторону, двое остались сторожить, один вернулся отчитаться о проделанной работе. Теперь торговец без страха шагнул в портал, крепко сжимая ладошку внучки. Я замыкала процессию, неся корзину со спящим орфиком.

— Лиария, спасибо вам за помощь! — искренне поблагодарил торговец. — Я ваш должник.

— Нет, лиар, у нас был договор, сделка. Вы выполнили свою часть, я свою. Никто никому ничего не должен. Удачи вам!

— И вам, милая лиария. Позволено ли мне будет узнать ваше имя?

— ИльРиса Туаро, — произнесла, прежде чем открыть еще один портал, к дому Лестиции.

Вышла и воровато огляделась по сторонам. Вдали прогромыхала повозка, вниз по улице пробежали мальчишки, задорно о чем-то споря. Расстегнула ворот на пальто и стянула перчатки с рук. В Луидоре намного теплее, нежели в Тиллиорке. Ни о каком снеге тут и речи нет, тогда как у нас поля засыпаны. Дороги лиары чистят периодически. Для водников и огневиков это дело нескольких часов — очистить всю Тиллиорку от выпавшего снега.