Он немного побледнел и тяжело дышит. Его руки крепко обхватывают руль. Чёрт.

— Да… да, — кивнув, он отстёгивается, и я тоже.

Мы выходим из машины, и я поджимаю губы.

— Чёрт, они изуродовали её, — недовольно бубнит Мигель, оглядывая повреждения. — Я не помню, страховой это случай или нет. Чёрт.

— Не переживай, я договорюсь, и её подлатают. Прости… я… боже мой, — жмурюсь, пытаясь перестать бояться за жизнь Мигеля. Но они стреляли именно в него. По его стороне. Они попали в изголовье его сиденья, а не моего. Им нужен был он, а не я.

— Ладно. Решим всё дома. Пошли, — Мигель достаёт из багажника пакеты с едой, и мы выходим на дорогу. Поймав такси, мы едем домой.

— Ты в порядке? — спрашивая, Мигель поворачивает ко мне голову, и я киваю.

Я не могу сказать ему, что им нужен он. Но почему он? Мигель никогда не делал ничего плохого. Из-за меня? Блять, неужели, это папочка решил показать мне, что ждёт со мной Мигеля? Не удивлюсь, если это он. Ублюдок.

Подъехав к дому, я уже немного успокаиваюсь, но собираюсь убить своего отца. Если это он, а других вариантов у меня нет, то папочка попал. Какого хера он творит? Он же мог реально убить Мигеля. Я могла так быстро потерять его. И мне становится реально страшно из-за того, что это лишь начало. Начало опасности для Мигеля. Он не заслужил подобного. Мне нужно валить от него и побыстрее.

— Раэлия, — Мигель останавливает меня перед входом в дом.

— Что?

— Не думай, что без тебя мне было бы проще, — говорит он.

Озадаченно смотрю на него. Как он прочитал мои мысли?

— Я знаю, что ты сейчас начнёшь винить себя, но ты не виновата. Это могло случиться и раньше без тебя. Я не понимаю пока, кто хотел причинить нам вред, но это повторится. И нужно обратиться в полицию, понимаешь?

— Они ничего не сделают. Они никогда не влезают в наши разборки, — шепчу я.

— Хорошо. Тогда кому мы можем рассказать об этом, чтобы быть готовыми? И что они хотят? У тебя есть какие-нибудь предположения?

— Это отец, — выдавливаю из себя. — Это он их послал, чтобы преподать мне урок. Мне и тебе. Это нормально в моей жизни. У нас есть враги, и ты был прав, им нужна власть. Власть у нас, и это многим не нравится. Ты можешь стать их мишенью лишь потому, что ты… мы… вместе, понимаешь? Отец любит устраивать нечто подобное, наглядное доказательство того, как мы друг другу не подходим.

— Но ты говорила, что я ему нужен. Какой смысл во всём этом, если нас могут убить? — хмурясь, спрашивает Мигель.

— Да, ты ему нужен, но я ему не нужна. Вот, в чём суть. Ты ему важен, я же нет.

— Я не верю в это. Ты его дочь. Каким бы плохим отцом он ни был, он не подверг бы тебя такой опасности.

— Так опасности особо и не было, — бормочу я. — Если бы они хотели убить нас, то сделали бы это. Ты видел, куда попала пуля?

— Нет.

— Чётко в изголовье твоего сиденья. Они хорошо обучены и метко стреляют. Да, можно сказать, что они промахнулись, но это не так. Они специально выстрелили так. Это предупреждающий выстрел. Следующий будет в голову. Так же они просто повредили машину, а могли взорвать её. Они пугали.

— Но зачем? Смысла нет. Я не верю в то, что кому-то очень не нравится то, что мы вместе. Это чушь, Раэлия. Это чушь.

— Надо спросить Роко тогда. Он точно в курсе планов отца, — отвечаю я.

— Хорошо, я позвоню ему.

Киваю Мигелю и выдавливаю улыбку. Только вот он ошибается. Если кому-то что-то не нравится, то они убивают. Мой папочка чётко сказал мне, что Мигель не для меня, и он хочет, чтобы я ушла от него. Я думаю, что это именно он. Других вариантов нет.

Мигель открывает дверь квартиры и входит первым, как пакеты падают из его рук, и его самого словно втягивает туда. Слышу глухой удар, и я с ужасом гляжу на высокую и крупную тень, а затем слышу стон Мигеля.

— Сука, блять! — влетаю в квартиру и хлопаю дверью.

Ублюдок в маске хватает Мигеля за волосы и бьёт его о стену. Я с криком запрыгиваю на него, с силой сжимая его горло. Мужчина пятится назад, ударяя меня спиной о стену, затем ещё раз и ещё раз. Всё моё тело вспыхивает от боли, и я не могу больше держаться. Я скатываюсь по стене, отпустив его. Голова кипит. Так тихо… вот, о чём я думаю. Так тихо, и так быстро всё это происходит. У меня нет оружия. Мой нож… господи, Мигель!

— Раэлия, ты в порядке?

— Сука…

Распахиваю глаза, наблюдая за тем, как мужчина вытаскивает нож и пытается зацепить Мигеля. Тот бьёт его коленом в локоть и хватает за шею. Звуки борьбы, тяжёлого дыхания и паники окружают меня. Нож падает на пол, и я хватаю его. Мигель отлетает к стене, скатываясь по ней. Я подскакиваю на ноги и лечу в ту же сторону. Ублюдок начинает душить Мигеля, когда я нападаю. Сорвав маску, я с остервенением ударяю его ножом в шею, а затем провожу ножом прямо по горлу. Кровь фонтанирует прямо на Мигеля и стену. Мужчина заваливается на пол вместе со мной. Тяжело дыша, я выползаю из-под трупа и стираю с лица кровь.

Твою ж мать. Кто-то явно пытается убить Мигеля. Я с ужасом и страхом смотрю на окровавленного Мигеля, находящегося в шоке. Он кашляет, потирая шею. Чёрт… чёрт, кажется, моё время вышло.

Это уже не смешно. Этот ублюдок реально собирался порезать Мигеля, и он ждал здесь, в его квартире. Это всё было спланировано. Одни нас напугали, а второй должен был добить. Я была права. На Мигеля объявили охоту.

Мигель

Когда-то я хотел пойти в армию. Меня так вдохновляли офицеры в этой красивой форме. Я мечтал стать одним из них или тайным агентом. Вроде бы мне было семь или восемь лет, я уже не особо помню. Но помню, что очень хотел драться, как в фильмах, быть таким же крутым и наслаждаться тем, что меня боятся и видят чертовски сексуальным одновременно. С годами мои фантазии позабылись, мечты сменились другими, и я даже не вспоминал об этом. Не вспоминал до той секунды, пока меня едва не убили. Мне нужно обратиться к специалисту, потому что страха так и не появилось, ни с того момента, как я понял, что по нам стреляют, и мою машину превратили в груду металлолома. Ни в тот момент, когда горячая кровь хлынула из разорванного горла и окатила всё моё лицо, тело, мои стены и пол.

Поднимаюсь на ноги и щёлкаю выключателем. Коридор озаряется ярким светом, и теперь я вижу огромного мужчину, лежащего на полу и телосложением похожего на Дрона или Роко. Из его горла продолжает выливаться кровь, лужа всё увеличивается. Я перевожу взгляд на испуганное лицо Раэлии. Её глаза сверкают от ужаса. Затем смотрю на пакеты с едой, раздавленной нашими ногами, и цокаю.

— Ты издеваешься? — спрашиваю, вытирая снова кровь с лица, и кривлюсь.

— Что? Что?! — Раэлия недоумённо моргает.

— Мой пол, Раэлия. Мои стены и наша еда. Всё испорчено, — возмущаясь, указываю на каждый предмет и упираю руки в бока. — Ты хоть понимаешь, что эта чёртова кровь теперь не отмоется, и нам придётся красить стены, менять полы и готовить еду? Ты не могла убить его аккуратнее?

— Что?! — взвизгивает Раэлия.

— Чего стоишь? Неси полотенца, нужно поскорее подложить их под него, чтобы он не извазюкал своей кровью всю мою квартиру.

— Хм, ты что реально сейчас отчитываешь меня за то, что его кровь испачкала стены и пол?

— Именно. А ещё этот засранец раздавил бургеры папы. Я никогда ему этого не прощу. Живо неси полотенца. Живо, — рявкаю я, опускаясь на колени перед мёртвым телом. Чёрт, мои брюки. Всё в крови. Всё в этой чёртовой крови. Раэлия делает шаг, переступая через тело, и я хватаю её за ногу. Моя рука скользит, вся измазанная кровью, когда я поднимаю взгляд на Раэлию. — Обувь сними, испачкаешь остальное, я тебя точно отлуплю. И да, тебе мыть всё это.

— Что? Ты совсем охуел, Мигель?!

— Фиолетовый! Зачем ты набросилась на него? У меня было всё под контролем! Я собирался его отключить, надавив на сонную артерию.