Ясно, что настроение у меня отстой. Но я собираюсь на работу, так как зачастую её прогуливала. У меня были веские причины для этого. Сегодня я в строю и еду на старом фургоне в пригород, чтобы развести воду. С ухмылкой вижу в списке заказов, что родители Мигеля заказывают воду с комментарием «только мужчина», как и их сосед. Мне нравится такой исход.

К вечеру моё плечо ноет от тяжести бутылок, но чисто из принципа приседаю с одной из них, делаю выпады, пока иду к последнему дому. Мне запрещено тренироваться, только немного ногами и попрыгать. А меня это бесит. Я хочу снова драться. Мне в кайф это, и я не изменю своего решения. Если папочка больше не придёт на мой бой и не будет орать, как мудак, то я выиграю, а затем ещё раз и ещё раз. Я кончаю от чувства победы.

Растирая плечо, выхожу из своей спальни и кривлю нос.

— Вы что, блять, в одеколонах купались? — бубню, глядя на улыбающихся придурков.

Мой брат и Дрон обожают наряжаться. Нет, не так. Они кончают от огромного количества одежды и одеколонов. Лучшее свидание, по их мнению, — это шопинг. Такое клише. Хотя выглядят они охрененно горячо в обтягивающих футболках и наброшенных поверх рубашках, как и в джинсах. С такими телами любой бы выглядел охрененно даже в целлофане.

— А ты во что вырядилась? Мы сказали прилично, — хмурится брат.

— Я нормально одета. Мы идём в клуб. Танцевать, пить и трахаться, — хмыкаю, собирая волосы в хвост. Они влажные после душа и совсем не слушаются меня, а ещё путаются. Бесит. К чёрту. Пойду так.

— Рэй, прилично — значит выбрать одежду, в которой у тебя хотя бы не видно задницу, — цокает Дрон. — Мигель точно будет не рад такому виду.

— Меня должно волновать это? Мне насрать. Это ваша идея, — пожимаю плечами и первой выхожу из квартиры, подхватив сумочку.

И что им не нравится? Я же не в шортах. Я в кожаной юбке, блестящем топе с голой спиной и ботфортах из сетки со стразами. Я шикарна. И у меня не видно задницу. Только намёк на неё. А это не одно и то же.

— Встретимся в клубе? — спрашиваю, бросив в рот жвачку, и смотрю на парней.

— Ты же на машине поедешь?

— Конечно. Я не дура, чтобы портить своего жеребца.

— Хорошо. Встретимся у входа.

Забравшись в машину, я завожу её и проверяю мобильный. От Мигеля нет новостей. Если он соскочит, я просто выебу его чем-нибудь острым. Клянусь. Для довольно умного человека, коим он и является, Мигель слишком тупой в общении. Немногословный, вроде так говорят задроты. И я прекрасно понимаю, почему все его бывшие были не в восторге от него. Хотя это хреново знать, что ты был лишь временным местом, где можно перекантоваться, или хорошим кошельком, или всем тем дерьмом, которым его облили. Я решила не говорить ему этого. Кажется, Мигеля сильно обидели мои слова, а он мне ещё нужен. Будет хреново, если он сорвётся и решит уйти в запой. Обычно мужики так делают, ну или мстят. На самом деле они порой ведут себя хуже баб.

Когда я подъезжаю к клубу, выплёвываю жвачку в кого-то… насрать. Выхожу из машины и бросаю ключи охраннику, чтобы он её припарковал. Теперь снова ждать. Дрон водит, как олень. То есть медленно. Роко же безумный гонщик, вроде меня. Но Дрон не садится с ним в машину, пока Роко не пообещает ему, что не будет превышать скорость. Мигель плохая копия Дрона, как-то так. И я не удивляюсь, почему Мигель нравится Дрону.

Безынтересно смотрю на огромную очередь в клуб и подавляю зевок, замечая очень выделяющегося среди пёстрой толпы мудаков Мигеля.

— Да он, блять, издевается, — шепчу я. Этот придурок стоит в очереди и что-то читает в мобильном. И он одет так, словно… собирается сдохнуть. Он в чёртовой светло-голубой рубашке с коротким рукавом, бежевых брюках и снова лоферах. У него что, пунктик на эту дерьмовую обувь?

— Мигель! — рявкаю я.

Он поднимает голову и крутит ей в разные стороны.

— Мигель! — ещё громче ору я.

Наконец-то, он находит меня взглядом и улыбается мне. Он двинулся, что ли? Почему он так улыбается, как будто рад меня видеть?

Мигель машет мне рукой, чтобы я подошла к нему. Он же место занял.

Тупица.

Хлопаю себя ладонью по лбу и качаю головой. Пальцем показываю ему идти сюда. Кажется, он перед всеми извиняется и направляется ко мне под смешки окружающих.

— Я, блять, тебе яйца вырву, — рычу парням. — А потом выебу вас всех ими же. Захлопнулись.

Они поджимают губы. Но что странно Мигель, вообще, не реагирует на их смешки в кулак со словами «пидор».

— Добрый вечер, Раэлия. Я занял место…

— Мигель, нам не нужно место. Это наш клуб. Нас и так пропустят, — перебиваю его.

— Ох, я не знал. Я не хожу по клубам, — он проводит рукой по уложенным волосам.

— Ещё бы, — фыркаю я.

К нам направляются Роко и Дрон. Они снова поругались из-за скорости, зуб даю.

— Я этого мудака убью сегодня ночью, клянусь. И ты мне не помешаешь. Привет, Мигель. Я буду внутри, мне нужно остыть, — шипит Дрон, кивнув Мигелю.

— Ты издеваешься, Роко? На хрена ты его завёл снова? Дрон наш миротворец, — выговариваю, упирая руки в бока.

— Фиолетовый.

— А что он как мудак тащится? Мы пропустили сотню грёбаных старушек, пока он не проверил всё, что можно и нельзя. Мы простояли на зелёный, пока нас материли все окружающие. Грёбаный праведник. Бесит. Он ненавидит веселиться за рулём. Выебу его ночью, чтобы заткнулся, и больше с ним не поеду, — ругается брат. — Этот придурок просто…

Он замолкает, когда его взгляд останавливается на Мигеле.

— Блять. Хреновое первое впечатление, да? — хмыкает Роко.

— Фиолетовый, — как робот повторяет Мигель.

— Прости, буду фильтровать свой базар. Я Роко, надсмотрщик этой стервы и парень истерички Дрю, — брат протягивает руку Мигелю.

— Добрый вечер. Я Мигель, просто Мигель без остальных унижающих меня эпитетов, — улыбается он и пожимает руку брату.

— Милочки, мы пойдём уже пить или полижемся ещё? — фыркаю я и вхожу в клуб.

— Забей. Её просто никто хорошо не трахает, — смеётся Роко.

— Я слышу, мудак!

— Фиолетовый.

Топнув ногой, направляюсь на поиски Дрона. Теперь я тоже зла на своего брата.

Это будет долгая ночь. Я уже готова вскрыть себе вены.

Мигель

Моя жизнь стала странной, как будто мой мир разделился на свет и тьму. Когда я нахожусь на свету, то работаю, общаюсь с воспитанными людьми, смеюсь над шутками брата и слушаю волнение сестры по поводу рождения первенца. Когда я во тьме, то меня окружают маты, крупные парни, татуировки и вульгарность. Я, конечно, стараюсь быть терпеливым и понимающим, но потом мне просто хочется заснуть и стать снова маленьким, чтобы прожить иначе свою жизнь.

С того момента, когда я видел Раэлию в последний раз, моя жизнь на свету абсолютно не изменилась. Она как была спокойной, так и осталась. Но меня до сих пор терзают её слова о моих бывших. Я не могу выбросить это из головы и даже пересмотрел наши фотографии, их подарки… открытки на дни рождения и другие праздники. Мне казалось, что у нас всё было хорошо. Да, меня это явно очень сильно задело. Мне даже разговаривать с женщинами больше не хотелось. Они могут ранить и сильно. Что я сделал не так?

Клуб — это куча потных тел, вонь алкоголя, какого-то едкого дыма и множества различных парфюмов. Не знаю, как меня до сих пор не стошнило. Это ужасная вонь, я не шучу. Не понимаю, почему людям здесь нравится? Ответ пришёл моментально — потому что они не скучные.

Меня пугает тот факт, что нам придётся толкаться среди всех этих людей, когда я иду за Роком. Ему подходит это имя. Очень подходит. Он такой же высокий, широкоплечий и накаченный, как и Дрон. И это был именно он, кто приехал на нашу лужайку и угрожал убить нас. Я не испытываю к нему злости. Теперь я знаю, что он брат Раэлии, которая в тот момент испытывала сильный стресс. Она испугалась, но это зачастую не свойственно для неё. Поэтому Раэлия вызвала своего брата, чтобы он защитил её. Если бы я был на его месте, то поступил бы точно так же. Но всё же внешность Роко более суровая, более пугающая и более мужественная. У него грубые черты лица, резкий голос и острый взгляд. Видимо, ругань это у них семейное. Мне страшно представить, как разговаривают их родители.