Облегчённо вздыхаю, когда мы поднимаемся по лестнице на второй этаж, на котором расположено множество столиков, стоящих по кругу над основным залом. Но и это не конец. Мы подходим к охраннику, который ещё крупнее, чем сам Роко, и он пропускает нас, желая хорошего вечера. Мы поднимаемся на ещё один пролёт и оказываемся в более приличном помещении. Здесь кабинки. Они ограждены тканью и стенами, кабинку можно закрыть шторами, но они у всех открыты. Направляясь мимо столиков, где довольно спокойно и даже нет такого сильного гула, как внизу, я замечаю знакомые лица. Это политики, даже популярные спортсмены, и все здесь отдыхают.

— Нет, ты представляешь. Меня до сих пор трясёт, Рэй. Ну как так можно? — доносится до меня возмущённый голос Дрона.

— До сих пор ворчишь? — смеётся Роко.

— Я злюсь на тебя. Я просил не делать так, это опасно.

Не знаю, куда мне сесть. Роко плюхается на диван рядом с Дроном, высказывающим ему свои претензии. Раэлия сидит рядом с Дроном и сдерживает хохот. Я сажусь на самый край дивана, вроде бы всех вижу и не так близко к ним. Роко пытается погладить Дрона по волосам, но тот пихает его в грудь. Не знаю, что именно случилось в машине, кроме, видимо, высокой скорости или возмущений Роко насчёт этого. Поэтому неопределённо смотрю на них. Мой взгляд ловит Раэлия.

— Роко отсосал Дрону. Отсюда всё это, — улыбается она.

Боже. И никого не смущает, что она это сказала. Это же личное дело этих парней, да и, правда, опасно. Как так можно? Ответ тоже приходит довольно быстро — можно, ты просто не понимаешь. Ты скучный.

Хватит.

— Что ты будешь, Мигель? Водку, вино или коктейль? — отмахиваясь от Роко, спрашивает Дрон.

— Воду или сок, — спокойно отвечаю.

— Эм…

Они все переглядываются, и мне приходится пояснить свой выбор.

— Я редко употребляю алкоголь, только по праздникам, да и то не всегда. Завтра мне вставать в шесть утра и целый день работать. Алкоголь пагубно скажется на моей работе, а я работаю с детьми, там нельзя допускать ошибок, и нужна высокая концентрация.

Теперь они смотрят на меня, как на идиота.

— Ладно, я буду текилу, а нашей принцессе принесите ананасовый сок, — говорит Раэлия.

— Почему ананасовый? Я не люблю его, — хмурясь, отвечаю.

— Ну, потом ты отсосёшь себе сам, больше же некому это делать. Так что я забочусь о тебе, — хмыкает Раэлия.

Я сглатываю и прикрываю глаза, делая глубокий вдох. Как же всё осточертело. Господи, как я устал.

— Рэй!

— Это не круто, Рэй.

Удивлённо смотрю на обоих мужчин, которые заступились за меня.

— Да по хер, — фыркает Раэлия.

— Фиолетовый, — на автомате произношу.

— Ладно. Мигель, сходишь со мной передать заказ? — предлагает Роко.

— С радостью.

И я не вру. Абсолютно не вру. Мне неприятно сейчас находится в обществе Раэлии. Мне казалось, что мы нашли общий язык, но я снова ошибался. Я совсем не знаю женщин.

— Ты прости её. Просто она такая… бунтарка, — говорит Роко, когда мы подходим к стойке с компьютером. Так всегда делают заказ в клубах? Раньше нужно было спуститься к бару.

— Почему? — спрашиваю я. — Почему она отрицает всё вокруг и пытается унизить себя?

— Себя? Она же метила в тебя, — хмыкнув, Роко достаёт из кармана пластиковую карточку без каких-либо отметок и проводит ею рядом с компьютером.

— Меня она не задела. Она лишь показала, насколько вульгарна и не уверена в себе. Обычно, люди, которые произносят гадости, говорят не о других, а о себе. Так что я в полном порядке.

— Надо же, ты, и правда, странный, Мигель. В хорошем смысле. Я думал, что ты очередной задрот, вроде тех, с кем папочка пытался свести Раэлию, — усмехается Роко, ударяя карточкой по экрану.

— Скучный. Так и скажи, — не могу скрыть горечь в своём голосе.

— Скучный? Я бы хотел быть таким скучным. У тебя столько терпения, Мигель. Если бы Рэй не была моей сестрой, я бы уже убил её. Зачастую она делает всё, чтобы её возненавидели.

— Почему? Для этого должна быть причина. Зачастую это зависть, обида и детские травмы.

— Зришь в корень, парень. Так оно и есть, но я не собираюсь выкладывать всё это дерьмо. Ты просто временный способ, чтобы отвадить папочку от Рэй. Если обидел, прости, но это факт.

Мне нравится его честность. Он, конечно, пугающий, но, кажется, любит свою сестру.

— Это так, — киваю я. — И я бы хотел заплатить за себя и за Раэлию.

— Ты двинулся? — спрашивая, он округляет глаза.

— Хм, нет, но так меня научили. Я пришёл сюда с ней, пусть это всё и фальшь. Значит, я ответственен за всё, что она закажет и захочет. Я не люблю быть должным. Вероятно, мы видимся первый и последний раз в жизни, поэтому мне так будет комфортнее.

— Эм… ладно, окей. Я разделю счёт.

— Спасибо, Роко.

— Пошли покурим, пока эти две сплетницы перемоют мне косточки, — предлагает он.

— Я не курю.

— Я тоже, только электронные, пытаюсь слезть с табака полностью. Дрон ненавидит, когда от меня им воняет. Он такой требовательный, — улыбается Роко.

Бросаю взгляд назад и точно не хочу возвращаться туда.

— Тогда хорошо.

Роко проводит меня мимо двух кабинок и открывает дверь. Мы идём по слабоосвещённому коридору, и я мог бы предположить, что меня сейчас убьют, но снова не чувствую никакой опасности. Может быть, у меня отсутствует радар опасности? Ответ приходит моментально — нет, просто ты скучный, тебя даже никто убить не захочет.

Надоело.

Мы оказываемся в небольшом кабинете, но Роко идёт дальше и открывает балконные двери. Свежий воздух, пусть и влажный немного, даёт мне передышку. Роко садится в одно из кресел, а я во другое. Что я здесь делаю? Мне вставать в шесть утра. Я снова не высплюсь. Почему я такой… скучный?

— Почему ты до сих пор один? — задаёт вопрос Роко.

Удивлённо открываю глаза и смотрю на него, затягивающегося электронной сигаретой.

— Я скучный. У меня были серьёзные отношения, но, как оказалось, я скучный, и со мной ни одна из моих бывших женщин не видела будущего.

— Они совсем идиотки? — хмурится Роко.

— Нет, они искали иное. В разладе всегда виноваты двое. Думаю, что я всё же был не так хорош, как думал.

— Да они ездили на тебе, Мигель. Они грёбаные шлюхи, вот и всё.

— Фиолетовый. Ох, прости. Привычка.

— Мне она нравится, — смеётся он.

— Не надо оскорблять женщин, пусть даже у меня с ними ничего не получилось.

— Слушай, Мигель. Ты же умный мужик, почему позволял так с собой поступать? Они пользовались тобой.

— Нет. Конечно, нет, — улыбаюсь я.

— Я видел то, что они сказали о тебе. Одна из них, вообще, ответила, что ты был удобным лагерем, бесплатной едой и кошельком. Она постоянно изменяла тебе. Вроде бы её звали то ли Карина, то ли Кристина…

— Кэрол, — поправляю я.

— Точно. Кэрол. Ты что, не видел всего этого?

Поджимаю губы и отворачиваюсь. Мне больнее, чем было раньше. Я не думал… я собирался сделать предложение Кэрол, это были самые долгие отношения в моей жизни. Господи. Почему Раэлия не сказала мне об этом? Она лишь упомянула о том, что я скучный. Она не хотела, чтобы я знал об этом? Но Раэлия из тех, кто с радостью скажет кучу гадостей и будет упиваться чужой болью. Так почему?

— Прости, если задел тебя, чувак. Просто мне непонятно, как ты такой умный и образованный, симпатичный, к слову, искренний, честный и заботливый, выбирал никчёмных женщин, которые даже не работали, а висели на твоей шее. Почему ты так низко себя ценишь? Ты же можешь обладать шикарными женщинами.

— Роко, я бы не хотел обсуждать свою личную жизнь, — отрезаю я.

Господи. Почему меня так тошнит теперь? Мне больно. Столько лет. Столько усилий. Столько фальши.

— Прости, чувак. Ты не знал, да? Про измены и остальное дерьмо?

Отрицательно мотаю головой.

— Мне жаль. Правда. Ты не заслужил этого дерьма. Но плюс в том, что это намёк тебе что-то изменить, чтобы с тобой такое больше не случилось. Мы учимся на своих ошибках. Однажды из-за них я чуть не потерял Дрона. Но я научился разговаривать с ним. Научился делать то, что чувствую, а не скрывать это и прятаться. Научился говорить всё прямо в лоб. Перестал бояться ругаться и орать на него порой. Я во многом изменился и узнал, что когда ты перестаёшь притворяться, то получаешь свободу. Это важнее, чем всё остальное.