Дыши, Мигель. Дыши. Не поддавайся провокации. Это её проблемы, не твои.

Но то ли это усталость, или то, что мне просто надоело, что меня видят куском жалкого дерьма, я сжимаю кулаки и делаю шаг в сторону Раэлии. Она с вызовом смотрит на меня.

— Что? Яйца появились, да? Ой, нет, они укатились, иди лови их, придурок! Всё, что от тебя требовалось, быть грёбаным задротом! Ты только для этого и создан! Ты создан только для того, чтобы тебя использовали, потому что ты наивный мудак!

— Рэй, заткнись! — рявкает Роко.

— Тобой всегда все пользуются, а ты, идиот, веришь, что кому-то нужен! Ты никому не нужен и не будешь нужен, потому что в тебе нет ничего от мужчины! Ничего! Ты жалкий кусок дерьма! Об тебя можно только ноги вытирать, что и делают нормальные женщины! Да ты грёбаный педик!

— Рэй, заткнись, твою мать! — требует на повышенных тонах Дрон. — Я тоже педик тогда, и твой брат педик! Ты оскорбляешь всех нас! Фильтруй свой базар, чёрт возьми!

— Фильтровать? — прищуривается она, а потом смеётся. — Конечно, что-то никто его раньше не фильтровал, пока у нас не появился этот святоша! Что вы ему задницу лижете? Он этого не стоит! Он, вообще, ничего не строит! Он дерьмо, и семья у него такая же! Тупые придурки! А ты, — она поворачивает голову ко мне и тычет пальцем мне в грудь, — сдохнешь так же жалко, как и твоя семья. Таких, как ты, нужно использовать, как мясо. Ты ничтожество.

Она делает вдох.

— Ты всё сказала? — интересуюсь я.

— Нет, блять, я ещё не всё сказала. Я тебя ненавижу, как и ненавидят все вокруг. Над тобой смеются. Ты посмешище. Тебе сорок грёбаных лет, и что у тебя есть? Ничего. Ты ни хрена не добился. Ты просто… просто… пустое место. Ты для всех хороший, а знаешь почему? Потому что ты трус. Ты грёбаный трус. Ты даже заступиться за себя не можешь, потому что ты баба. Ты трусливая и жалкая баба. И я верю твоим бывшим. Они верно сказали, тобой можно только пользоваться, как грязной тряпкой, и желательно с закрытыми глазами.

Наконец-то, она выдохлась.

Больно ли мне? Да. Очень. Безумно больно. Моя грудь горит от этой боли и оскорблений. И я знаю, почему так происходит, потому что это правда. Только вот я терпеть этого больше не намерен. С меня хватит. Моё терпение закончилось.

Разворачиваюсь и выхожу в коридор, слыша, как за мной несётся Раэлия, и как Роко и Дрон пытаются её остановить.

— Куда ты, мать твою, пошёл? — дёргает она меня за руку, но у меня кончилось терпение.

Грубо отталкиваю её, и девушка летит прямо в руки Дрона. Она в шоке распахивает глаза.

— Ты моя собачка! Ты, блять, моя дворняга. Только рискни выйти из этого дома, я всю твою семью прирежу. Я…

— Хорошо, — мне удаётся сказать это спокойно. — Хорошо. Но не надейся, что я не отомщу тебе. Ты наглая, больная и сломанная девчонка. Ты разрушена внутри, и мне твоё дерьмо не нужно. Я долго терпел и надеялся, что это просто твой способ выжить, но нет, ты так живёшь. И мне тебя искренне жаль. Я искренне сочувствую тебе, потому что ты всё растеряла, Раэлия. Ты растеряла свою порядочность, человечность и душу. Ты гнилая и грязная. Мне тебя жаль.

— Да ты! — орёт она и срывается с места ко мне, но Роко хватает её и толкает назад.

— Хватит, Рэй! Хватит! Ты перешла все границы! Хватит, я тебе сказал! — рявкает он. — Ты…

— Какого хрена здесь происходит? — раздаётся громкий и злой голос отца этих безумных детей. Он выходит откуда-то из темноты и останавливается, оглядывая всех нас.

— Сэр, прошу меня простить за этот скандал, который начала ваша дочь. И примите совет, начните её воспитывать. Да, именно вы должны её воспитывать, а не бедные парни, которым она угрожает убийством их семьи. К примеру, точно не я. И я никогда не позволю себе быть с этой высокомерной и грязной изнутри девчонкой. Это был фарс, сэр. Она угрожала моей семье смертью. Невинным людям, которые, как и я, ничего плохого не сделали. Она нуждается в воспитании, а ещё больше в лечении. Надеюсь, что я больше никогда в жизни вас не увижу. Никого из вас. С меня хватит. И прекратите уже делать вид, что ваша семья нормальная. Нет, она не нормальная. Ваша дочь — девица лёгкого поведения, уж простите, как есть. Она грубая и нападает на людей просто так, потому что у неё плохое настроение. Она алкоголичка и психопатка. Лечите её, как и себя. Всего доброго, сэр, мне этот ужин не понравился. И прошу, оставьте уже в покое бедных мужчин. Ни один нормальный и воспитанный мужчина не захочет связываться с этим подобием женщины. Это мерзко, но я отмоюсь, мне повезло, у меня есть мыло и воспитание. Даже ей не удалось меня сильно испачкать. Прощайте.

Впервые в моей жизни меня трясёт от ярости настолько сильно. Меня больше не волнуют последствия. Мне всё надоело. И я не собираюсь больше терпеть эту хамку и следовать её требованиям. Я был слишком добр к ней, но всё, она показала мне, что доброту не все заслуживают. Уж точно не она.

— И да, если собираетесь убить мою семью, невинных людей, которые просто попались на глаза вашей безумной дочери, то сделайте это, сэр. Видимо, у вас совести не больше, чем у неё. Всё, что вы делаете, она моментально копирует. Вы научили её всему этому. И вам же разгребать это дерьмо. Мне жаль, сэр, что вы дали слишком много власти своей дочери и не научили её управлять своими эмоциями. Мне жаль, что вы так сильно избаловали её, раз она не боится наказания. Мне жаль, что безнаказанность для вас норма. Рыба гниёт с головы, это всем вам для размышления за бокалом очередного коктейля.

Выхожу из дома и не знаю, останусь ли я жив сегодня. Не знаю, но я не стыжусь того, что сказал. Любой на моём бы месте уже вспыхнул, а я ещё себя контролирую. Но я не уверен, что смогу делать это долго. Так просто я не дам навредить моей семье.

Рэй

Что может помочь от страха? От страха, которого ты совсем не ожидаешь? Когда у тебя леденеют даже кончики пальцев, а кожа покрывается мурашками. Все внутренности сжимаются, и тебя мутит. Голова кружится и звенит изнутри. Пульс становится слишком громким, и ты понимаешь, что вот-вот отключишься из-за страха. И это не паническая атака. Это намного хуже. Это страх, который открывает тебе глаза и тычет твоё лицо в дерьмо, которое ты старалась не замечать.

Смотрю на то, как Мигель исчезает в темноте. Не закрывать глаза. Смотреть. Не быть слабой. Никогда не показывать свою слабость. Запрещено.

Звук от закрывающейся за Мигелем двери, кажется грохотом. Оглушающим грохотом.

Перевожу взгляд на покрасневшее от гнева лицо отца. Он, действительно, взбешён. Я усмехаюсь и складываю руки на груди.

— Чего уставился, старый мудак? — хмыкаю я.

Мигель выдал меня. Прямо так всё и выложил отцу. Конечно, меня по головке не погладят, но я привыкла. Лучшая тактика — нападение, чтобы никто не увидел, как мне сейчас страшно.

— Этот ублюдок сейчас отчитал меня? — рычит отец.

— Ага, папочка. И он был прав. Ты хреновый папочка, — довольно тяну.

— Рэй, заткнись, — шипит Роко.

— Да насрать, если честно. Вы такие чувствительные идиоты, — равнодушно передёргиваю плечами. — Я собираюсь выпить и повеселиться, чего и вам желаю.

Только разворачиваюсь для того, чтобы уйти, но мне сразу же перекрывают путь. А я надеялась свалить по-быстрому. Не получилось.

— А ну-ка, сучьи отродья, говорите. Этот мудак сказал правду? Он обвинил меня в вашей вседозволенности? В том, что ты, Раэлия, угрожала его семье расправой и насильно заставила его быть здесь? — цедит сквозь зубы отец.

Поворачиваюсь и пожимаю плечами. Жизнь научила меня не отвечать ни да, ни нет, а дать другим помучиться в догадках.

— Я ещё раз задам вопрос, если вы, блять, стали внезапно тупыми и глухими, — отец делает шаг ко мне и Роко с Дроном. — Мигель сказал правду? Он назвал мою дочь грёбаной шлюхой, терроризирующей его семью? Ты, Раэлия, наняла его, чтобы обмануть меня посредством шантажа?