Глаза Мигеля вспыхивают удовольствием.

— Идеально, Раэлия.

— Или какой-нибудь тупой фильм, вроде пародии на «Сумерки»?

— Ты реальная? — смеётся он и дотрагивается до моей руки. — Надо же, оказывается, ты женщина моей мечты. Что насчёт острых рёбрышек до слёз в глазах и игровых автоматов?

— Ты шутишь, — облизав губы от восторга, шепчу я.

— Ни капли, — Мигель отрицательно качает головой.

— Я готова идти прямо сейчас, — улыбаюсь, хватая сумочку.

В это время нам приносят счёт, и Мигель достаёт свою карточку, как и я. Он бросает на меня злой взгляд и расплачивается. Зачем? Я в состоянии оплатить за себя.

Схватив пакет с едой, Мигель берёт меня за руку и едва ли не тащит за собой из ресторана.

— Больше никогда так не делай, — рявкает он на меня, когда мы оказываемся на улице.

— Как?

— Я пригласил тебя, я плачу.

— Кто платит, тот и музыку заказывает, слышал о таком? — прищуриваюсь я.

— И что это значит теперь? — тоже прищуривается он.

— Это значит, что я плачу за себя и за тех, кто типа со мной. И я выбираю врезать им или же убить их. Сейчас по моей логике ты делаешь это, я не хочу быть тебе обязанной. Я…

— Боже, Раэлия, закрой уже свой чёртов рот, — шипит он и дёргает меня за собой. — У тебя искажено столько понятий, что порой я не знаю, злиться мне или начать кидать в тебя дротики. Я не собираюсь требовать от тебя чего-то, раз оплатил ужин. Запомни это. Я мужчина и обеспечиваю свою девушку. А её деньги — это её деньги, она может делать с ними всё, что захочет.

— Значит, так, да? — фыркаю я.

— Так.

— Ну, тогда. — Торможу, отчего Мигель шатается и толкает меня. Я издаю пронзительный свист благодаря пальцам, чтобы привлечь внимание такси, и оно останавливается.

— Что ты делаешь? — в ужасе спрашивает он.

— То, что ты сказал. Тащи свой зад в эту машину, Мигель, — я пихаю его к такси.

— Нет, здесь я распоряжаюсь. Мы идём играть…

— Сначала мы заедем за тампонами, окей? — выгибаю бровь.

Мигель прочищает горло и просто кивает. Его так легко надуть.

Он покорно садится в машину, а я за ним. Назвав нужный адрес, я довольно смотрю в окно. Ну, держись. Значит, так, да? Мигель ещё не понял, с кем он связался.

Мигель

Я думал, что хорош в свиданиях. Я романтичен. Мама с детства учила меня ухаживать за женщинами. Но или со мной что-то не так или с женщиной, которую я пригласил на свидание. Я предпочитаю второе, потому что свидание не получилось. То есть оно вроде бы и прошло нормально, но в то же время ужасно. Всё, что мог я испортить, то испортил своим языком, своими проблемами и своим «красноречием». Наверное, всё же проблема во мне. Или в Раэлии? Пока я этого не выяснил.

— Что мы здесь делаем? — хмурясь, спрашиваю, направляясь за ней в детский игровой центр. Закрытый центр. — Насколько я помню, тебе нужны были тампоны.

— Ага, для ушей или для чего-то ещё. Чёрт, Мигель, не нуди, — фыркает Раэлия и тащит меня дальше за собой.

— Ты же не собираешься украсть ребёнка, да? — шёпотом спрашиваю её.

— Если только ты не вышел из детского возраста, — смеётся она.

— Кто здесь? Мы закрыты! — рявкает охранник, и на нас попадает луч света.

— Привет, старик, этот всего лишь я, — улыбается Раэлия.

Мужчина убирает фонарик и, прищурившись, рассматривает меня. Ну, он выглядит как пожилой охранник. Ничего необычного.

— Кого ты притащила? — спрашивает он.

— Это мой новый друг. Мы ищем тампоны. Вот плата за тампоны, — она протягивает руку, в которой лежат деньги, но я не вижу сколько их. Раэлия просто издевается надо мной.

— Проходи. Но недолго.

— Знаю. Пару часов, окей?

— Окей. И передай Роко, чтобы он вернул мою чёртову кастрюлю!

Раэлия смеётся и толкает дверь в детский центр.

— Подожди. Остановись, — дёргаю её на себя, и у неё нет выбора.

— Ну что? — оборачивается она и надувает губы.

— Я просил тебя больше так не делать. Твои деньги…

— Ты сказал, что свои деньги я могу тратить так, как захочу. Я захотела. Так что, прости, Мигель, но в следующий раз будь осторожнее со своими желаниями. И раз первая часть свидания была твоей задумкой, то я собираюсь выиграть.

— Но мы не соревнуемся. Это свидание. На них люди общаются и наслаждаются…

Яркий свет резко включается, как и музыка. Всё начинает вокруг меня мигать огоньками, и я приоткрываю рот.

— Вот, наконец-то, ты уловил мой ритм, Мигель. Мы пришли наслаждаться, — улыбается Раэлия и показывает на огромный зал. — На пару часов это всё наше. Давай пошли.

Смеясь, она сбрасывает босоножки и рывком разрывает подол платья так, отчего оно становится мини.

— Ну же, Мигель, батуты! Пошли прыгать! — визжит она.

Раэлия несётся мимо аттракционов, словно ребёнок, а я качаю головой и спокойно иду следом. Где-то в глубине центра раздаётся её смех, а затем снова визг. Через некоторое время я нахожу её в зоне батутов. Это огромная площадь, разделённая на квадраты, в которых располагаются индивидуальные батуты.

— Ну, Мигель, не будь занудой, это круто! — Раэлия отталкивается ногами, и её платье открывает белоснежные трусики.

Ей всё равно, а мне вот нет. Я становлюсь нервозным, отчего принимаюсь кусать нижнюю губу. Тонкая ткань снова скользит вверх, открывая плоский живот с выраженными кубиками пресса, как и крепкие округлые ягодицы. У Раэлии шикарное тело. Такому телу даже мужчина бы позавидовал, а я бы набил ему морду. Хотя я не бью людей. Иногда… бывает… боже, да не важно.

— Мигель, — Раэлия, перескакивая через ограничения, допрыгивает до меня и упирает руки в бока. — Живо тащи сюда свой зад. Я серьёзно.

— Я посмотрю, — натягиваю улыбку и прочищаю горло.

— Нет, ты не будешь смотреть. Ты будешь развлекаться. Это мой грёбаный приказ!

— Фиолетовый.

— Насрать.

— Фиолетовый.

— Мигель! — Она топает ногой и злобно смотрит на меня. — Дуй сюда! Ты такой зажатый, скованный и… уж прости, скучный. Ты хотя бы помнишь, когда был свободным?

Цокаю, обиженно отворачиваясь.

— Мигель, я серьёзно, — Раэлия спрыгивает и подходит ко мне. Она дёргает меня за руку, и мне приходится на неё посмотреть. Я готов психануть.

— Слушай, я понимаю, что ты там типа взрослый и стараешься подражать зомби или мумиям, не важно. Но это, — она показывает рукой на батуты, — классно. Моя жизнь — это сплошное напряжение, прятки, тайны и много-много крови, жестокости, насилия и плохих поступков. Поверь, меня сложно смутить трупом или зомби. Я их не боюсь. Но это всё накапливается. И здесь я сбрасываю напряжение, потому что мне запрещено драться. Здесь свобода, Мигель. Никто тебя не увидит. Никто не узнает, что на несколько минут ты позволил себе быть счастливым. Реально счастливым и беззаботным. А потом снова можешь напялить свои скучные футболки и дрочить в душе, подавляя свои желания. Давай. Клади вещи на пол, разувайся и пошли. Мигель, это всего лишь то, чего у меня не было. Это детство.

Моё сердце сжимается от боли из-за её слов. Мне паршиво слышать это признание. Паршиво, что Раэлия восполняет своё детство сейчас и, вероятно, одна, потому что она вряд ли показала бы это место Роко или Дрону. Для них она сильная, взрослая и грубая. Со мной же она путается, но иногда в ней проглядывается нечто незаметно нежное, а потом она этого снова шугается и прячется за руганью.

— Хорошо, — киваю я.

— Круто! — улыбнувшись, Раэлия убегает снова к батутам и забирается туда.

Разуваюсь и аккуратно ставлю свою обувь. Рядом кладу букет роз и пакет с едой. Это так странно, и меня, признаюсь, коробит то, что я поднимаюсь на батуты. Я взрослый, и мне не по возрасту прыгать так, как делает это Раэлия.

— Давай! Ну же, Мигель, иди сюда! — Она прыгает на мой отсек, и меня немного шатает, но я успеваю восстановить равновесие. Раэлия берёт меня за руку и заставляет прыгнуть.