Мой голос разлетелся во все стороны, так же, как и бескрайнее море вокруг простирается.

На яхте мы весь день, на западе уже небо алеет – закат.

А я никак не могу насытиться этой красотой, воздухом, свободой.

Прижалась к поручню животом и глянула вниз.

– Искупаемся ещё, пока не стемнело? – спросила у сестры.

Яхта покачивается на волнах, лёгкий ветерок треплет волосы и запах моря сводит с ума.

– Я никогда не была такой счастливой, - призналась.

– Знаю, - сестра развернулась и тоже уставилась на синее море внизу.

Сегодня должна была прилететь Люба, может, уже прилетела. Но здесь связи нет, а если бы и была – лучше ее держать от Хаза подальше.

Нил хоть и говорит со мной так, словно в любви признается, но если он Любу увидит – ему может башню сорвать.

Пристрелит.

– Купаться будем или нет? – нетерпеливо стукнула босой пяткой по палубе.

Вера покосилась в сторону кают.

Мужчины там, внутри, музыка негромко играет. Днём, когда мы купались – просили их отвернуться и не выходить.

Потому, что Хаз не предупредил про купальники.

И если я сама додумалась захватить, то у Веры для купания только трусики.

А те двое...

Глазами ее жрут.

– Давай быстренько, - решилась сестра и начала стягивать одежду.

Я спрятала улыбку и живо сбросила под ноги брюки.

Вера хоть и смотрит на меня нежно, чуть снисходительно, как на маленькую – сама радуется не меньше.

Она тоже в восторге – по глазам вижу, по улыбкам, широким и искренним.

Бросили одежду и уже перелезли через ограждение, начали примеряться, куда прыгнем.

Как от кают рявкнул мужской недовольный голос:

– А ну живо обратно!

Обернулись на Вадима. Он, со стаканом в руке, идёт по палубе, приближается к нам.

– Уйди, не видишь мы не одеты! – Вера прикрыла грудь одной рукой.

– Как раз это и вижу, - тот усмехнулся. И на сестру мою уставился, как голодный зверь. Но голос его остался прежним - мрачным. – У вас что в голове, у обеих? Без спроса купаться нельзя. Это море, а не ванна, мы должны знать, если вы...

Его тирада потонула в громком плеске – сестра сиганула в воду.

От его откровенного взгляда.

– Эй, чокнутая, я с кем говорю! - в два шага Вадим оказался у поручней, в один прыжок перемахнул через ограждение и, как был, в одежде, рванул следом за Верой.

Плюююх.

В воздух взметнулись брызги, а в лоб мне прилетел стакан, который Вадим швырнул назад, не глядя – так торопился добраться до моей сестры.

Боль на секунду отключила меня и ноги соскользнули, пальцы разжались, я так бы и свалилась в море за ними, но сзади меня подхватили сильные мужские руки и выдернули обратно на палубу.

– Ганд*н слепошарый, - выругался на брата Хаз и осторожно повернул меня к себе, посмотрел в лицо. И снова ругнулся. – Сука. Надо лёд приложить.

Слышу, в воде борьба идёт, Вера требует, чтобы Вадим не приближался, только слова не те выбирает.

Я тут голая – не лучшая фраза, чтобы возбуждённый мужчина отстал.

– Больно засадил? – Хаз подхватил меня на руки и понес в каюту. – Ночевать будет в море, придурок.

– Он за Верой гнался, - пальцем потрогала лоб и поморщилась – кажется, уже растет шишка. – Нил, она там в одних трусиках. Надо ей одежду скинуть.

Моего мужчину слова про другую обнаженную женщину не тронули, он лишь кивнул младшему брату, что шагнул нам навстречу из каюты:

– Лев, скинь там доктору одежду.

– Боже, Нил, - увидела хищную улыбку младшего Хазова и как он ринулся на спасение моей сестры, - не оставляй их с ней.

– Ничего они ей не сделают, - Нил зашёл в каюту. Уложил меня не диван и сунул руку в ведёрко со льдом.

– Нил...

– Лежать, - рубанул. Завернул кубик льда в полотенце и сел рядом, прижал к моему лбу.

Отбросила его руку и попыталась подняться. От резкого движения голова закружилась, и я завалилась назад.

– Не пойму, - Хаз снова приложил к моему лбу лёд. – Просто нравится спорить? Кайфуешь, когда мне поперек прешь?

– В море моя сестра, - перехватила полотенце и поморщилась. – Пойди ты. Дай ей одежду. Сделай что-нибудь.

– Надя, - он обхватил мою шею и заставил лечь головой на подлокотник. Посмотрел мне в глаза и четко, холодно проговорил. – Ты считаешь моих братьев насильниками? Или убийцами? Вера жизнь спасла Льву. Думаешь, ее кто-то из них когда-нибудь пальцем посмеет тронуть?

– Нет?

– Если сама не захочет. Интонации отличать учись. И панику не разводи на пустом месте.

Прислушалась к голосам, что доносятся снаружи – два мужских и женский. Слов не разобрать, но...

Нил прав, паники не слышно, страха. Есть раздражение, есть желание, игривость охотников, упрямство добычи.

К щекам прилил жар.

Господи, о чем я думаю, чему он меня учит?

Посмотрела на Хаза.

– Значит, не вмешиваться? – только и спросила.

– Они взрослые люди, куколка. Без тебя разберутся. Ты же им возможности не даёшь наедине остаться, - он спрятал улыбку.

– Так я не хочу, чтобы они наедине оставались, - повозила полотенцем по лбу, чувствуя, как ныть перестает, немеет от льда. – Нил, ладно бы кто-то один. Пусть сами сначала разберутся, кто будет ухаживать за Верой и...

Он засмеялся.

А я обижаться не посмела, что этот бандит ржет надо мной – такой заразительный смех у него, так он красив сейчас.

– Не учи папу любить маму, - сказал он.

Захотелось возмутиться, но ответа не нашлось.

Да...

Вера права, я ещё маленькая, рано мне тягаться с этим мужчиной.

Но как же тянет что-то ляпнуть ему.

Хаз обернулся, услышав, что кто-то забирается обратно на яхту. Резко встал и двинулся на палубу.

Не смогла усидеть, отбросив лёд, от которого уже лоб ледяным стал, поплелась следом.

И увидела как Нил толкает обратно в воду поднявшегося было Вадима.

– Шары разуй в следующий раз, куда и что швыряешь, - рявкнул он, нависнув над перилами. – Ты ей в лоб стаканом зарядил.

Заметила сестру, что поднялась из воды – на ней футболка Льва, мокрая, плотно ее облегает.

Двинулась навстречу.

Лев тоже забрался наверх, а Вадим так и плещется в море и голову подставляет проклятиям, что обрушивает на него Хаз.

– Нил, - позвала. – Он же не специально.

– Ещё бы он специально.

– Мне уже не больно, лёд помог, - заверила и шагнула к сестре. С волнением заглянула в ее мокрое лицо, пытаясь понять, прав ли Хаз, что я лезть не должна. – Все нормально?

– А у тебя? – Вера сдвинула меня в сторону, к лучам заходящего солнца. – От этого идиота стаканом прилетело? Покажи.

– Тебе кто-то из них нравится?–- спросила прямо, не выдержав.

Внимательный взгляд сестры метнулся к моим глазам.

– С чего ты взяла?

– Просто интересно.

– Исключено.

– Почему? Они оба красивые.

– Дело не в красоте, Надюша, - она улыбнулась. – У нас с Хазовыми… ну, мы разные.

– Они мужчины, ты женщина.

– Они носят оружие, а я белый халат, - мягко поправила она. – Забудь. Закроем тему, ладно?

Кивнула и ойкнула – в голове отдалось.

– Так. Пойдем за аптечкой, - Вера потянула меня в каюту.

Она порхала надо мной, пока Нил разбирался с братом. Потом к нам заглянул Вадим.

– Куколка, - позвал он виновато.–- Клянусь, не знаю, как вышло.

Зато я знаю.

Уставился на грудь моей сестры и башку свою адвокатскую потерял.

Вздохнула.

Ничего им не светит, ни ему, ни Льву, Вера – она кремень.

Мы ещё до ночи сидели на палубе, все вместе, звездным небом любовались, я грелась в объятиях Нила.

– Не хочу отсюда уезжать, - шепнула ему.

– Это не самое лучшее место, что я могу тебе показать, - он усмехнулся.

– А ты везде бывал? По всему миру?

Он кивнул.

– А ты правда...

Слова так и остались на языке, стоило его взгляд встретить.

Конечно, правда.

Он – машина для убийства. И вовсе не красоты природы разглядывал в разных уголках мира.