– Какого хрена, Надя.

Его ладонь сжалась на моей шее. Хаз придвинул меня ближе, между нашими лицами всего несколько сантиметров, и его дыхание на губах.

– А чего ты хотел, - во мне злость проснулась на этого мужчину. Ладонями уперлась в его плечи, отталкивая. – Надо было сидеть и тебя ждать? У меня своя жизнь. Которую я наладить пытаюсь после тебя. И если бы ты…

Запал кончился. Он продолжает смотреть на меня в упор, и я не могу, все те слова, что я в голове прокручивала, с которыми засыпала – они потеряли всякий смысл.

Я тайно представляла, что Хаз вернется.

И репетировала нашу встречу.

– Всё, куколка? – не дождался он продолжения. Горячие пальцы грубо сжали мой подбородок. – Я вижу, что ты врешь.

Его приоткрытые губы коснулись моих.

И я не выдержала, сама набросилась на него.

Меня сводит с ума его запах, уже такой знакомый, его руки, что сжимают меня.

Обхватила ногами его бедра и отдалась поцелую, в этих объятиях податливой стала, как воск.

У нас была всего одна ночь.

В родительском доме, полном заложников.

Сделка, или как я для себя оправдала то, что случилось, но это самое яркое событие за всю мою жизнь.

И вот он снова рядом.

Он прижал к себе. И между ног уперлась эрекция, натягивающая его брюки. Его ладони под футболкой, гладят мою голую спину, я сижу вся в мурашках и не могу от него оторваться.

С жаром отвечаю на поцелуй и задыхаюсь, он ни в какое сравнение не идет с тем невинным, в машине с Лешей…

Этот мужчина – он воплощение порока и зла, но как же меня к нему тянет.

– Не ждала меня, значит? – выдохнул он, оторвавшись. Запустил пальцы в мои волосы и потянул, заставляя запрокинуть голову. Посмотрел в глаза.

Вокруг меня все плывет. И я, как на допросе, могу говорить лишь правду.

– Ждала, - призналась. Снова потянулась к его губам.

Хаз усмехнулся. И дал мне этот новый поцелуй, языком властно толкнулся в рот.

Он тоже думал обо мне, он пришел ко мне сейчас, когда весь город на ушах стоит, разыскивая его. Он рисковал ради меня.

Не забыл.

Я не куколка на одну ночь.

От этой мысли голову кружит, словно я на высоте где-то, а мир там, далеко, под ногами.

Обняла его за шею и вжалась в твердую мужскую грудь. С жадностью трогаю его и сама не верю, что вот это я, сижу на столе в кухне сестры, а рядом со мной бандит, и я так самозабвенно целуюсь…

– Поехали со мной, - Хаз удержал меня за подбородок.

Я в таком состоянии, что на все согласиться готова. Как под гипнозом смотрю на него.

На плите сковорода. В ней масло шипит, по воздуху плывет странный запах…

Кажется, сейчас всё сгорит.

Но мне плевать на эту карбонару, ведь я сама будто в огне.

– Надя, - Хаз отодвинулся. Он с трудом разжал мои ноги, заставляя его отпустить. Отошел к плите и выключил ужин, рассеянно глянул в кастрюльку со спагетти.

Повернулся на меня.

Верхние пуговицы его рубашки расстегнуты.

Ему безумно идет костюм.

В открытую форточку долетают крики и смех – во дворе кому-то весело.

Я не могу сосредоточиться. Налюбоваться не могу.

И тут Хаз подхватил со стола пачку. Закурил. Затянула так, что красный уголек затрещал.

И опять стряхнул пепел в кружку.

– Это моя кружка, - невольно возмутилась. – Ты пришел в чужой дом. И к чужим вещам относишься, как к барахлу.

В моем голосе зазвенела обида.

Хаз выпустил дым в потолок тонкой струйкой. Помолчал. Окинул меня пристальным взглядом.

– Это просто вещи, Надя, - сказал после паузы. – Куплю тебе новую кружку.

– Сервиз сразу, - огрызнулась.

И уголок его губ дрогнул в слабой улыбке.

Конечно. Он вернулся не кружки покупать, он приехал за мной.

– В конце недели я уеду из города, - Хаз приблизился. Рукой оперся на стол, пальцами коснулся моего бедра. – У тебя есть время подумать. Со мной ты или нет.

– Ты выбор мне оставишь? – не поверила.

– Ты же не барахло, Надя, - сказал он серьезно. - Да. Выбор есть.

– А если я откажусь?

Он не ответил, затянулся горьким дымом.

И мне самой додумывать пришлось. Что со мной будет, когда он уедет. Последнее время я гадала, где он. И себе не признавалась, но все-таки верила, что где-то недалеко.

А теперь знаю точно – его не будет. Но…

У меня тут учеба. Семья. Родители с ума сойдут, если я исчезну. А Хаз…

Его разыскивают.

– Я не смогу уехать, - во рту пересохло и голос сел. Ладони вспотели, вытерла их о джинсы.

– До конца недели у тебя есть время, куколка, - повторил Хаз. – Не торопись.

Он отошел к другому столу, отвернулся.

Посмотрела в его спину, обтянутую белой рубашкой, на пистолет, что лежит на подоконнике.

Я же такая трусиха. Домашняя девочка. Никогда я не смогу убежать, меня даже на учебу в соседний город не отпустили, я и не спорила особо.

А тут взять и всё бросить, сбежать с ним, человеком, чье имя каждый день в новостях гремит. Он город держит в страхе, люди встретить его боятся, словно смерть.

А я только что с ним целовалась. И продолжала бы, если бы он сам не остановился.

– Кто-то ужин мне обещал, - сказал Хаз, не поворачиваясь.

И я соскочила на пол.

Встряхнулась и полезла в шкафчик, загремела тарелками.

Руки трясутся. В мыслях настоящий вулкан. Мне чем-то занять себя надо, ведь чертова фантазия уже рисует картинки.

Я и он на берегу моря.

И вокруг никого.

Мы любовью занимаемся под палящим солнцем.

А потом еще в воде.

Машинально перемешала в сковороде ужин. Положила полную тарелку и брякнула по столу перед ним.

– Вилку? – Хаз устроился на стуле и поднял глаза.

Вот опять.

Мы с ним как настоящая пара. Я готовлю – он ест.

Проклятье…

Отвернулась обратно к шкафчикам и загремела приборами.

Мне нельзя к такому привыкать. Ведь всё, что я об этом мужчине знаю – это всякие ужасы. В любой статье в интернете про него написано такое, что волосы дыбом становятся.

Хаз – не тот человек, которому можно безоговорочно доверить себя.

И все-таки…

Он выбор мне дал, он не заставляет.

И если я не поеду с ним – вряд ли он будет один. Есть девушки, которым плевать, сколько он крови пролил.

Да даже мои одногруппницы выспрашивали, почему я тайком не нафоткала «этого самца».

У «этого самца» затрезвонил сотовый.

И когда я обернулась с вилкой в руках – Хаз уже поднялся из-за стола, уткнувшись в экран телефона.

– Мне пора, - бросил он.

– А…карбонара?

– В другой раз, - он забрал пистолет с подоконника и двинулся к выходу.

А я так опешила, что даже за ним не пошла, глупо уставилась на его нетронутую тарелку.

И лишь перед тем, как хлопнула входная дверь, напоследок услышала его хрипловатый голос:

– До конца недели, куколка.

– Я тебя уверяю, будет круто, - Лиза прижала меня к себе, обняв за шею.

С трудом вывернулась из хватки подруги и едва не поскользнулась на льду.

Сегодня очень скользко. И холодно.

Пятница.

И я сама не своя.

Нил уедет из города в воскресенье. Должен, ведь будет конец недели. Надеюсь, что он не рабочую неделю имел ввиду.

Я все эти дни как вареная. С чугунной головой. В универ ходила машинально, ела и спала тоже.

– Загородный коттедж, ты прикинь, - продолжает расписывать Лиза. – Там бассейн в доме. Ну и вообще всего полно. Ребята еще днем туда уехали. На лимузине.

Кивнула.

Видела в окно аудитории. Как к воротам подъехал длиннющий розовый лимузин. Вокруг него скакала наша звезда Яна, она с пар сбежала кататься и пить шампанское.

– Ты ведь тоже складывалась на подарок, - Лиза подпрыгнула на месте и поднесла к лицу руки в перчатках, дунула в них. – Ух, холодрыга. Ну поехали. Чего дома сидеть? Выпьешь свою законную бутылку вина.

– Уж сразу бутылку, - поежилась и переступила на месте.