– А у других нет сестры, которая медицинский заканчивала. Так что я скоро пойду. Надо подумать и дать ответ, сроки горят. А хорошо бы и бардак разгрести, мне прислали разные экземпляры, для наглядности. Не дом, а свалка. Да что я о себе всё, Надь? У тебя как дела?

Отвечаю что-то, теряю нить разговора.

У дяди Валеры дома свалка. Свалка из лекарств. Там можно что-то найти для Льва, сестра разберется и придумает, как мужчину спасти. Я оглядываюсь назад, ищу взглядом Хаза.

Тот возле каминной полки стоит, о чём-то разговаривает с Наташей. Улыбается скупо, цедит коньяк. Мне кажется, если сейчас я снова сбежать попытаюсь – он даже не заметит.

Настолько другой увлечен.

Я сжимаю зубы, отворачиваюсь от неприятной картинки. Не понимаю, почему-то что-то царапает внутри. Я направляюсь к столу, в горле сухо, мне нужно что-то помимо алкоголя.

Но замираю на месте.

Меня оглушает, в ушах звенит.

Бокал падает на пол, разбивается и осыпает осколками.

Кто-то кричит.

– Это… - Наташа дрожит, хватается за руки Хаза. – Это выстрел был?

Выстрел.

Со второго этаже.

Где Вадим с сестрами остался.

Если что-то случилось с Верой или Любой - не прощу себе, это из-за моего бездействия, я не выпроводила гостей и теперь произошло что-то плохое.

- Я посмотрю! - побежала к выходу из гостиной.

- Стой, где стояла, - Хаз рядом оказался в один миг, резко ухватил меня за руку.

Подняла на него испуганный взгляд.

- Там мои сестры.

- Я знаю.

- Что у вас там творится? - нас нагнал мрачный дядя Коля. Посмотрел на Хаза, как-то затравленно, словно впервые задумался, может ли такой взрослый мрачноватый мужчина быть моим женихом. - Валера, - он махнул рукой папиному другу, призывая его в поддержку. - Пошли посмотрим. Не нравится мне это.

С напряжением вслушиваюсь, но если сверху и долетают какие-то звуки - они тонут в панике, что началась в гостиной. Соседи перетрусили, всей толпой выстроились в проеме, высунулись в холл.

- Что, что там?Я проверю, Вера с Любой...- не знаю, что и думать, в панике уставилась в спины мужчин, что уже двинулись к лестнице. Подняла голову на Хаза.

- Скажешь хоть одно лишнее слово - и все пострадают, - пообещал он, наклонившись к моим губам. - Поняла, куколка?

Кивнула, и Нил отпустил мою руку.

Потирая локоть, на котором точно синяки останутся от его хватки, побежала за папиным другом.

Оглянулась - Хаз остался холле, спокойный, недвижимый, как изваяние, цепким взглядом сверлит горстку горстей.

Он тут всех перестреляет.

- Сестры могут быть голыми, - ляпнула, нагнав мужчин на площадке второго этажа и протиснулась между ними. - Постойте, я спрошу, что случилось.

- Оденутся, - отрезал папин друг и замедлил шаг в коридоре, словно опасаясь новых выстрелов. Первым двинулся вдоль комнат. Лишь дверь родительской спальни приоткрыта - из-под нее пробивается свет. Внутри тихо. Сосед остановился, посмотрел на меня. И негромко, отрывисто сказал. - Надя, я должен знать, к чему готовиться. Кто еще есть в доме? Кроме гостей и твоих сестер.

Он смотрит пытливо. Он догадывается.

А я мелко дрожу, вспоминая угрозу Хаза.

И не знаю, как правильно, правду сказать или врать.

Может быть, это спасение. И мне не придется выполнять сделку, которую от меня требует Нил.

Ведь там, во время поцелуя в кухне - я почти смирилась, что такой опасный мужчина станет моим первым.в ответ на эту мысль тело реагировало так странно, каким-то томительным ожиданием.

Мы с ним не вместе всего пару минут.

А мне уже не по себе.

- Там сестры, - начала, покосившись на дверь. - И...

И створка распахнулась. Так неожиданно, мы даже шагов не услышали по ту сторону. На пороге выросла Вера - бледная и измученная, с потекшим макияжем, со спутанными волосами, стянутыми в небрежный хвост.это такой контраст по сравнению с ее нарядным веселым видом каких-то пару часов назад...

- Вера, что тут у вас? - дядя Валера уверенным движением оттеснил сестру в сторону и шагнул в спальню.

У родителей две смежные комнаты.

Спальня дальше, и там только кровать, пара тумбочек. А здесь и телевизор, и рабочий стол с компьютером.

Кожаный диван.

На котором, широко расставив ноги, восседает средний Хазов.

- Опа, - поразился дядя Коля. Уставился на Вадима. - А это кто? Еще один жених?

Вздрогнула.

Сохрани бог от таких женихов.

Младший, наверное, в спальне - раненый. Вместе с Любой. Трое на трое, и мы с сестрами в проигрыше.

Мы просто в огромной заднице.

- Вадим, - адвокат поднялся, улыбаясь так опасно, что мурашки побежали по коже. Он ближе не подошел, оставил для себя расстояние. - Здороваться не будем, грипп гуляет.

Дядя Коля, кажется, совсем ничего не понял. Развеселился, хлопнул себя ладонями по мясистым коленям.

- Ну девки даете, - расхохотался он. - Завели кавалеров и молчат. Интересные дела. А чего сидим, тихаримся? Кто стрелял-то, слыхали?

Голова закружилась от его болтовни.

- Слыхали. Это с улицы, - нагло заявил Вадим.

Исподлобья глянула на папиного друга.

Дядя Валера напрягся. За Вадимом следит, словно за диким зверем, за каждым его движением. Словно знает, что тот бросится.

Он узнал. Не мог не узнать, лица младших Хазовых круглосуточно крутят по телевизору.

- Вернёмся к гостям девочки, - дядя Валера ухватил меня за руку. Как раз в том месте, где до этого меня сжимал Нил.

Поморщилась, когда папин друг силой выдернул меня в коридор. И потребовал:

- Вера, ты тоже. Это неуважение, спускайся с нами.

- Я болею, - сестра покачала головой. - Передавайте там от меня привет. И от Любы.

Дядя Валера смерил взглядом Вадима.

И так же, удерживая меня за руку, стремительным шагом двинулся по коридору.

- Дядя Валера...

- Молчи, Надя. Поговорим потом. Когда из дома выберемся.

Спустились вниз, где у подножия лестницы замер Нил.

И я поняла - это конец, этот дьявол не выпустит меня из дома. И от себя не отпустит.

Никогда.

Мой парень, с которым мы вместе несколько месяцев – он звал меня на эти выходные в загородный дом к его друзьям.

Догадывалась, он хотел, чтобы мы наедине остались. И обрадовалась, что у родителей юбилей и у меня есть причина для отказа.

Но даже сейчас, когда наш дом захватили преступники, я не жалею, что не поехала с парнем.

Ведь я бы с ума сошла в страхе за родителей и сестер.

Едва мы спустились – Хаз притянул меня к себе. Буквально вырвал из рук папиного друга. И уставился на дядю Валеру тяжелым взглядом.

- Что там со стрельбой, выяснили? – спросил он ровно. Словно отношения к этому не имеет.

- На улице. Хлопушки, наверное. Так, народ, отменяется паника. За стол, - в этом беззаботном предложении даже я слышу фальшь.

Папины друзья все поняли. И теперь пытаются бдительность Хаза усыпить. Улизнуть.

Может, получится?

Они уйдут и приведут с собой помощь.

Полицию.

Чем же всё это кончится?

- От нервов некоторым хочется есть, - поддержал Хаз идею гостей вернуться за стол. Его руки на моей талии, он подвел меня к арке, ведущей в столовую и остановился.

Спиной ощущаю, как вздымается его грудь. Смотрю, как дядя Валера залпом опрокидывает в себя одну стопку водки, за ней другую.

- Черт знает что, куколка, - усмехнулся Нил. Наклонился ко мне. Дыханием обжег ухо. – Меня ищут. Теперь и братьев моих тоже. Лев ранен. А я тут праздную какой-то сраный юбилей. В компании незнакомых мне людей. И компания паршивая, к слову. Что скажешь, Надя? Стоишь ты всего этого?

Хазов выпрямился. И я интуитивно почувствовала, как он глазами обвел столовую. Словно приговор хочет вынести и выбирает первую жертву.

А я будто щит для него, маленький и слабый.