— Вот же млять! — мысленно выругался я. — Никак не думал, что попаду в сказку! И ведь жил себе не тужил ажно целых десять лет. И знать не знал, что тут такое твориться. А теперь два месяца прожил с гномами, ковал какой-то «гырмырпыр», ласкал своими ногами землю, которая от моего присутствия цвела, пахла и плодоносила, как, хм…

И вдруг, я понял, что да, мне здесь стало не интересно. Тут всё понятно на годы вперёд. Хм! Если, конечно, не вступать в сообщество борцов с нечистью. Но я в него вступать и не собираюсь. И без меня они как-то справлялись. Да и кто я такой, без особого дара? Носитель двух стилетов? Нафиг-нафиг!

— А там? — задал я себе мысленно вопрос. — Там что интересного?

Подумал и у меня перед глазами возникли работающие на полях и в садах, пышущих изобилием, люди, и не только гномы. Там ведь много земли. Не только вокруг замка по горному плато, но и, как рассказали гномы, в долинах. Пока Домен не разрешал в них никому селиться. Не позволял, да. Страх нагонял. Но…

— Я ведь могу и разрешить, — подумал я. — Чего земле пустовать? Если воспримет меня Домен, как настоящего правителя. «Ваша светлость», говорили гномы… Значит — я там стану князем? Хм! Заманчиво!

Рассказы о том, что из горы есть выходы и на старую дорогу в каньон, в долину и на озеро меня успокоили. Не надо, оказывается по горным тропинкам спускаться. Правда, гномы не знали, спокойно ли на тех дорогах, но… Сейчас должно быть спокойно, а вот когда я границу открою, тогда сюда повалят в первую очередь разбойнички. Да-а-а… Подготовить стражу бы, но где её взять. Если только объявить на гномьем торжище.

— Что замолчал? — спросила Стелла.

— А⁈ Да! Извини! Всё от дел не могу отойти. Да и дорога сложная. Сейчас приедем расслабимся. Лучше ты про себя расскажи. Где жила, чем занималась, чем сейчас увлекаешься?

Оказалось, что девушка Стелла родом из Арсеньева и с детства увлекалась горными лыжами. Я знал, конечно, что там неплохая горка, но сам я совсем не лыжник, и поэтому в Арсеньеве не был.

— Читал, что у вас там курорт строят, — внёс свои «пять копеек» в разговор я.

— Строят, — согласилась Стелла. — Мне и местной базы хватает, чтобы покататься. Я не самоубийца и не выпендрёжница. Там крутоватые склоны. Но если будет курорт, то, наверное, сделают всякие спуски. Когда мелкая была и мало весила, особо не разгонишься, а как повзрослела, почувствовала, хм, разницу. Как-то упала, а лыжи не отстегнулись, думала ноги поотрываются.

— Вот и я опасаюсь с гор на лыжах, — согласился я. — В Москве мне нравилось по лыжне ходить. Очень хорошо для организма. Идёшь себе, руки-ноги работают на полную амплитуду, сердце качает, лёгкие дышат. Прекрасно.

— На Русском острове лыжную трассу обещали проложить в этом году, а в следующем построить лыжную базу.

— Хорошо. Но и так там народ ходит на лыжах. Только на своих. А потом и прокат обещают сделать. Муниципальная база будет.

— О, как⁈ — удивился я. — Молодцы!

— А ты, какой спорт любишь? Чем занимался в детстве?

Я задумался. Так совпало, что ни мой визави, ни я спортом в детстве не занимались от слова совсем. Именно — спортом. Я любил плавать, нырять, бегать по асфальту и бездорожью, но спорт терпеть не мог. Сейчас, в фитнес-зале, я увлёкся боксированием, но отказался от предложенного мне инструктора. Не из-за денег, нет. Терпеть не мог над собой ментора.

Посмотрев в интернете учебные ролики, я принялся перед зеркалом повторять уроки. И довольно быстро стал себе нравиться. Сейчас к движению кулаков добавил удары локтями и коленями.

— Да, нет. Не занимался в детстве ничем. Я с родителями по экспедициям мотался. В передвижных городках вырос. Не было там никаких секций. Комары, мошкара и ягода голубика.

— А-а-а… Твои родители в нефтянке работают? — проговорила Стелла, сделав неправильные выводы.

— Они погибли десять лет назад. Мне тогда двадцать было.

— Ой, — девушка прикрыла рот ладонью. — Извини.

— Не за что, — дёрнул плечами я. — Я один в авиакатастрофе выжил, потому что в хвосте сидел на ноуте курсовую делал. Я экономист по первому образованию и рыбник-технолог по второму. Тогда, заткнув уши берушами, курсовую по рыбокомбинату считал. Так затянуло, что и не сразу понял, что произошло, и не слышал криков, что падаем и нужно пристегнуть ремни.

Я вспомнил, что так и было. Мой визави полностью погрузился в расчёты и прозевал момент падения, а потому, так как был не пристёгнут, перелома основания черепа избежал, что случается от резкого останова об землю, но не избежал многочсленных переломов и ушибов, поэтому убился не сразу. В него успел подселиться я и как-то вытянуть его душу из небытия.

— Ужас какой, — сказала девушка, поглядывая на меня. — И ты сейчас совсем один? Ты говорил, что и бабушка умерла…

— Один, совсем один, — вздохнул я.

Стелла положила свою левую ладонь на мою правую кисть, лежащую на руле. Прикоснулась и убрала.

— Молодец, — подумал я. — Имеет чувство меры.

В казино-отеле нас приняли, как дорогих гостей. Я тут едва ли не каждую пятницу бывал, однако тоже отметили, что меня долго не было. Администратор так и сказала:

— Вас давно не было, Михаил Николаевич.

Сказала и стрельнула глазами по моей спутнице. Хорошо, что не сказала, что девочки соскучились, хе-хе-хе…

— Вот он я, привет войска, — пошутил я, посмотрев в сторону хостес.

— Ваш номер свободен.

— Отлично, — сказал я и, отдавая ей ключи, попросил. — И машину на паркинг пусть поставят.

Администратор кивнула и застучала пальцами по клавиатуре.

— Мы в зал, — сказал я.

— А девушка? — администратор подняла на меня взгляд.

— Со мной.

Она кивнула.

В казино-кафе было пока не густо. Имелись ещё залы, где и шла «настоящая» игра, а здесь стояли автоматы, рулетка и «21». Для затравки, так сказать.

Мы присели за столик. Стелла заказала какой-то коктейль — я не вникал — мне официант плеснул в бокал немного Хеннеси. Из закусок, кроме стандартного мясного набора, на столе, по моей просьбе, появился жюльен с грибами. Я почему-то неожиданно вспомнил, что так и не попробовал у гномов грибов.

— Я не разу не была в казино, — сказала Стелла. — Папа рассказывал, что их много в девяностых во Владивостоке было. На каждом углу. А сейчас даже автоматов нет.

— Государство загнало все деньги под контроль, — сказал я. — Чтобы налоги взымать. Подпольные, конечно, есть, но их вскрывают регулярно. А раньше они все не платили налоги. А деньги тут о-го-го какие. Китайцы сюда ездят играть.

— Разве можно много выиграть? — спросила Стелла.

Я пожал плечами.

— Не играю на интерес. Сколько раз играл, но почти всегда в итоге проигрывал. Редко оставался при своих, когда надоедало играть. Но, чаще, играл до проигрыша.

— Сколько проигрывал? — взглянув мне в глаза и не отрываясь от «соломинки», спросила Стелла.

— Не больше тысячи. Долларов, конечно. Дальше я не играю.

— То есть, ты не отыгрываешься?

— Не-а, — покрутил я головой.

— Но ведь выигрывают же люди, — с надеждой произнесла Стелла.

— Наверное, есть везунчики. И, наверное, я не из таких.

— И сколько, в итоге, ты уже проиграл?

Я хмыкнул и пригубил из бокала.

— Хороший вопрос, — сказал я, улыбаясь и прикидывая. — Тысяч двадцать, примерно.

— Двадцать тысяч, — задумчиво произнесла Стелла. — Чуть больше полутора миллионов. За десять месяцев? Сто пятьдесят тысяч в месяц. Я столько не трачу.

— Осуждаешь? — спросил я, чуть напрягшись.

— Нисколько. Значит — нормально зарабатываешь. И судя по всему, мог бы тратить больше, но сдерживаешься. Это внушает уважение.

— Не заработок, а то, что сдерживаюсь? — спросил я, улыбнувшись.

Стелла пожала плечами.

— Меня пугают игроки и наркоманы. Ты не наркоман?

— Нет, — ещё шире улыбнулся я. — И не алкоголик.

— Я тоже, — улыбнулась Стелла. — И не шопоголик.

— Ну-ну, — подумал я. — Это мы ещё посмотрим-проверим.