Но как это доказать? Никак. Кофр чист, и остались только осколки.

— Хотите прогуляться или сразу в номера? — спросил Григорий, когда мы закончили ужинать.

— Давай пройдемся, — на прогулке мне лучше думается.

Мы пешком дошли до парка, в котором были вчера и остановились возле памятника императору. Григорий все смотрел ему в глаза, надеясь, что тот ему снова подмигнет. Но каменное изваяние, как и вчера, задумчиво любовалось заходящим солнцем.

— А вдруг это часть проклятья? — спросил Антипкин.

— Моргание? — я встал рядом с ним. — Не думаю. Может, совпадение или такова задумка скульптора.

— Мудрено. И небезопасно. Вдруг кто-нибудь решит, что сошел с ума?

— Местные должны знать, что такое бывает.

— Но вчера, пока я вас ждал, все отреагировали очень бурно.

— Это все проклятие.

— Алексей Николаевич, вы уже знаете, как будете с ним разбираться?

— Нет. Я еще не могу понять, что именно случилось. Тут же дело не в проклятии, а в том, что стало его причиной. Почему сейчас? Кто замешан, какие последствия?

— Думаете, что это все же человек виноват в таком?

— Да.

Мы еще постояли в задумчивости, потом прошлись по парку, глядя на прыгающую в фонтане воду, снова вернулись к императору, но ближе к решению этой загадки я не стал.

— Алексей Николаевич, — Григорий нарушил молчание, поглаживая нагрудный карман. — А что мне с карточками делать?

— А сам, что думаешь?

— Странно это все. Ко мне подходили женщины, улыбались и молча клали на стол карточку. Некоторые это делали даже в паре. Зачем?

— Либо это хорошая реклама борделя, либо ты произвел на них впечатление, — усмехнулся я. — Давай, ты это узнаешь, а я пока схожу, узнаю новости. Не просто же так меня пригласили.

В глазах Григория сверкнули огоньки азарта.

— Так мне, наверное, нужно цветы купить? Зубы почистить! Я на свиданиях лет десять не был!

— Сначала убедись, что это не бордель. Хотя зубы все равно нужно бы почистить, а вот цветы не обязательно. Но я бы посмотрел на ту красотку, которой ты бы их подарил.

— А вдруг это любовь? — Григорий совсем растерялся.

— Ты ни разу в борделях не был?

— Нет, господин архимаг. Были у меня женщины, но чаще это кто-то из соседок. Вдовы, которые всегда рады мужскому вниманию.

— И тогда про какую ты любовь говоришь?

— А вдруг? Я ее тогда спасу! Чесслово! Встану на одно колено и позову жениться.

У меня подскочили брови, и я озадаченно посмотрел на Григория. Тот стоял и блаженно улыбался.

— Что, история Эммануила Карловича покоя не дает?

— Скорее, вера в прекрасное будущее.

— Если вдруг ты действительно найдешь свою любовь, то я тебя отпущу. Останешься с ней в городе, будете детишек растить.

— Погодите, Алексей Николаевич! Мы с вами так не договаривались. Фиг с ней, с женитьбой! Я же мир хотел повидать.

Он сказал это так искренне, что я не сдержал смех.

Я же и сам так и не женился. Хотя почти что пошел в собор с той самой единственной. К сожалению, моя невеста погибла за день до свадьбы. Несколько пьяных магов решили выяснить, кто из них сильнее, и спалили три дома. В одном из них и жила Юленька. С тех пор я и не думал про новый брак. Рана в сердце, несмотря на количество прошедших лет, так и не затянулась. Потом были и другие женщины, но они и рядом не стояли с Юлей.

А магов так и не нашли. Точнее, никогда не найдут. Я постарался.

— А если подмигивание все же что-то да означает? Знак какой подает? — Григорий снова посмотрел на императора.

— К примеру?

— Мол, спасите, меня заточили в камень, — пожал он плечами.

— Тогда бы вокруг статуи были бы остатки ауры.

Я внимательно пригляделся к фигуре императора. Но нет, ничего похожего на всполохи магии, так и не обнаружил.

— Пойдем, а то меня там ждут, небось все глаза выплакали, — я вздохнул, и Григорий поймал для меня карету. — Увидимся уже завтра.

— Разгадайте эту тайну, Алексей Николаевич, и мы поедем дальше.

Антипкин попал в самую точку. С одной стороны, мне уже становилось интересно, а с другой, все еще хотелось уехать в ту несуществующую деревню и хотя бы неделю забыть о существовании других людей.

Но едва я поставил ногу на ступеньку кареты, с другой стороны парка показалась группа стражей. Они двигались быстро, покрикивая на других гуляющих и настоятельно требуя, чтобы они убрались с дороги и расходились по домам.

Я заинтересованно посмотрел на них, ожидая, когда они дойдут и до нас.

— Всем покинуть площадь! Это не ученья! Чрезвычайная ситуация! — крикнул один из стражников.

Наконец, они увидели нас с Григорием и почти бегом бросились к нам.

— Вы столичный архимаг? — торопливо спросил один из них.

— Да, а что случилось?

— Нам срочно требуется ваша помощь!

Мы с Григорием переглянулись.

— Вы можете объяснить, в чем дело?

— Нет времени объяснять, просто пройдемте с нами. Только быстро! Времени почти не осталось! Они вот-вот встанут!

— Да вы издеваетесь!

Я не мог сказать иначе, глядя на здоровенные ворота городского кладбища. По всполохам магии уже было понятно, что здесь намечается нечто очень серьезное. Тугие спирали вихрей то и дело взмывали в воздух, отчетливо попахивая гнилым мясом и отзываясь тоской на душе.

Да, тут точно скоро поднимутся мертвые. А с учетом того, что захоронения в таких местах очень старые, я не мог даже представить, кто именно восстанет из могил. Надеюсь, это будет унылый ученый, которого закопали здесь во славу трудов его.

Но было главной проблемой не это — вокруг ограды собрались люди, которых безуспешно пытались разогнать стражники.

— Уважаемые жители города! Здесь находиться опасно! Вам следует немедленно покинуть территорию кладбища!

Толпа не реагировала, даже, наоборот, еще теснее прижалась к ограждению. Будто им там медом и повидлом намазали!

Стражники изо всех сил пытались действовать мирно, уговаривать, кричать и теснить любопытных граждан. И в тот момент, когда бравые служители закона уже были готовы применить магию, я вмешался.

— Друзья! — я поднялся на воздушной подушке, чтобы меня было лучше видно. — Как здорово, что вы все здесь! Нам очень нужна ваша помощь! Сейчас на кладбище проснутся мертвые, и я очень надеюсь, что вы встанете в первых рядах на защиту города! Лопаты, плащи, сапоги и топоры вам раздадут наши бравые стражи. Семьям первых пяти разорванных будет оказана материальная поддержка от города! Кто готов помочь⁈

Как и ожидалось, перспектива стать жертвой покойников никого не заинтересовала, и толпа стремительно дала деру. А я только усмехнулся.

— Спасибо, господин архимаг! — мне протянул руку глава отряда. — Сергей Геннадьевич Краснов. Как хорошо, что вы оказались в городе. Наших сил не хватит на такую древность.

Глядя на Краснова, сразу можно понять, что он очень давно служит стражником. Это выдавали прямая спина, небольшой живот, который еще можно было скрыть формой, набрякшие веки от недосыпа и очень усталый взгляд. Вот только я никак не мог понять, зачем им я? Никогда не участвовал в таких мероприятиях, и силы, чтобы успокаивать мертвых, у меня нет. Для красоты, разве что.

— Это же не первое поднятие, так?

— Все так, господин архимаг, — кивнул он. — Но там новые могилы. А тут… Даже не представляю, сколько они в земле лежали!

— А что служители неба? Разве не они главные по успокоению таких сущностей?

— Они уже на кладбище. Все трое.

— Как трое⁈ Всего?

— Остальные уехали почти полгода назад, — пожал он плечами. — Бояться. Сорванный ритуал — это не шутки.

— А вы?

— А у нас служба! — четко ответил он. — Мы растянемся цепочкой и будем ловить самых слабых, чтобы не вырвались за периметр. Охранные артефакты заряжены и работают.

— Постараюсь помочь, — сказал я и повернулся к Григорию. — Оставайся здесь.

— Буду на подхвате, — он протянул руку Краснову. — Григорий Михайлович Антипкин, бывший военный.