Он почему-то употребил немецкое слово — «рейх». Но Хеллборн до сих пор толком не познакомился с историей этой планеты, и потому совершенно не удивился. Скорей всего, здешняя Турция испытала сильное германское влияние.

— Семнадцатый? — переспросил кто-то из гостей.

— Совершенно верно, — кивнул Бекин-Паша. — Шестнадцать турецких империй в прежние времена царили на нашей планете — Хунну, Чжао, Гуннивар, Алхон, Каганат, Аваринг, Хазария…

Хеллборн мысленно заткнул уши, даже не пытаясь переварить поступающий поток информации. Тем более что он плохо воспринимал на слух все эти турецкие словечки.

— …Уйгурадж, Карахан, Газневи, Сельджуки, Хорезм, Золотая Орда, Тимурленд, Гуркани, и наконец — Блистательная Порта. Но все они пали, и только Семнадцатый Рейх стоит прочно, а восемнадцатому — не бывать!

«Аминь, — возликовал Деймос — Этот список и так слишком длинный».

— Но можно ли назвать вашу империю турецкой?.. — осторожно заметил другой гость, явно продолжая какой-то старый разговор.

— Мужчина — сын своего отца, — возразил Бекин-Паша. — Мы захватывали в свои гаремы женщин со всего мира, но наши сыновья всегда были турками, и наши отцы были турками, и наши деды — были турками! Впрочем, моя мать была уйгуркой, как и мои сестры.

«Ах, вот оно что!» — вспомнил Хеллборн. — «Уйгуры — нация белых кавказоидов, обитает где-то на западной китайской границе…»

— Нелегко им сейчас приходится под китайским игом, — заметил третий гость.

— Саргонским игом, вы хотели сказать, — угрюмо поправил его губернатор. — Но ничего, близится час, когда мы… — Бекин-Паша оборвал себя на полуслове, но вторая полвина явно не обещала Саргонскому Игу ничего хорошего.

— Негодяй почти дословно цитировал мою старую статью, — пожаловался Говард, когда гости понемногу рассосались по другим углам, и американец смог перекинуться с Хеллборном парой слов.

— Сочувствую, — пробормотал Деймос. — Мы уже достаточно здесь проторчали? Это не будет нарушением этикета, если мы уйдем прямо сейчас?

— Торопиться все равно некуда, — заметил американец. — Наш корабль отплывает только утром.

Неизвестно откуда появился Лоуренс, не присутствоваший на лекции про миллионадцать турецких империй.

— Роберт, нам необходимо срочно поговорить, — с ходу заявил он.

— Вряд ли нам кто-то помешает, — осмотрелся Говард, — а от мистера Хеллборна нам скрывать нечего, вы уж поверьте.

Лоуренс пожал плечами и протянул американцу увесистый книжный томик. Хеллборн покосился на обложку — «Les Mille et Une Nuits», «1000 и 1 ночь», французское издание.

— Маленькая военная хитрость, — пояснил англичанин, — так безопаснее, чем таскать за собой толстый конверт с фотографиями и документами. Откройте на 112-й странице и начинайте листать.

— Что это? — заметно побледнел Говард.

— Подлинные фотографии, показания свидетелей, списки погибших, — сказал Лоуренс. — Это звери, настоящие звери, мистер Говард — хуже зверей и даже хуже гиксосов. Гиксосы не стесняются своих преступлений. Эти же прикидываются цивилизованными людьми, порвавшими с темными азиатскими суевериями, а тем временем в дальних провинциях они истребляют целые народы, самыми варварскими способами. Я специально прибыл в Джедду, чтобы встретиться со своим агентом — и теперь все доказательства у меня в руках. Мир должен узнать об этом — и он узнает, в самое ближайшее время.

— Но… при чем здесь я? — спросил американец.

— Вы опубликуете эти материалы, — спокойно заявил английский генерал. — Вернетесь в британские владения на первом же корабле, оттуда — в Европу, в Америку — как можно дальше от ближайшей турецкой границы — и начинайте публиковать. Во все газеты, во все издательства. Мир должен узнать об этом, — повторил Лоуренс.

— Но почему я?!

— Мне больше некому довериться, — развел руками англичанин. — А я должен остаться здесь.

— Конечно, — кивнул Говард, — вы не отказались от своего старого плана и снова попытаетесь возмутить местных арабов…

— Тсссс! Ни слова больше! Роберт, так я могу на вас положиться? Поймите, это бомба, ее нужно немедленно переправить в Судан — турецкая контрразведкка может напасть на наш след в любую минуту! Через полчаса отходит паром…

Говард снова заглянул в книгу, потом решительно захлопнул ее и повернулся к Хеллборну:

— Извините, Деймос. Я очень хотел посмотреть на Драконию и Белголландию, но иногда человек должен делать, то что должен — и будь что будет.

— О чем это вы? — не понял Лоуренс.

— Неважно. Я все сделаю, генерал. Вы можете на меня положиться. Прощайте. Прощайте, мистер Хеллборн — желаю вам удачи.

— Прощайте, Говард. Если что…

— Я запомнил ваш адрес.

Говард крепко зажал книгу под мышкой и скрылся за углом. Лоуренс подозрительно посмотрел на Хеллборна, но не стал задавать новых вопросов. Коротко распрощался и откланялся. Деймос остался один.

«И здесь странные шпионские игры», — вздохнул он. — «Черт, надо убираться отсюда. Если турецкая контрразведка начнет задавать вопросы мне — я снова начну скучать по индюшатникам, а мне этого совсем не хочется!»

Альбионец решительно оставил мягкий диван и направился к выходу. На британском лайнере он будет в безопасности.

Но Хеллборну не удалось уйти далеко.

У него на пути внезапно встал низкорослый бронзоволицый человечек, лысый и черноглазый, с крючковатым орлиным носом. Незнакомец был облачен в странную одежду — черно-желтый пятнистый плащ, прежде несомненно принадлежавший какой-то крупной кошке вроде леопарда. «И не жарко ему?» — рассеянно подумал Хеллборн. Кажется, он уже видел этого человека среди гостей, но не удостоил повторного взгляда. На прием к джеддайскому губернатору явились куда более экзотические личности. Интересно, кто он такой? Какой-нибудь азиат? Индус? Тихоокеанец? Черт его знает. И что ему вообще нужно?!

Но Деймос не успел ничего спросить.

Бронзоволицый человечек внезапно низко поклонился, потом снова выпрямился, посмотрел прямо в глаза Хеллборну и прошептал всего три слова:

— Омолло… Наикурра… Итипачче…

— Простите? — не понял альбионец. Дьявол, он уже где-то слышал подобные слова…

— Господин, Владыка, Император, — повторил незнакомец.

Здешняя Антарктида была прекрасна. Не чертова дюжина жалких оазисов, разбросанных по всему материку. Нет — одна огромная, сплошная теплая страна, скрытая от внешнего мира за ледяной стеной. И когда европейские исследователи ее наконец-то обнаружили (в 1830-х годах по местному летоисчислению), то столкнулись с древней и могущественной цивилизацией, которую не так-то просто было уничтожить микробами, винтовками и сталью.

Перелет из Джедды в Новый Южный Египет на борту египтянского цеппелина обошелся без приключений. Да, Деймос Хеллборн наконец-то узнал, как называют себя аборигены Антарктики, но продолжал называть их египтянцами. Как и все люди этой вселенной.

— Как называется ваша страна? — уточнил альбионец еще в ходе первой беседы с египтянским консулом.

— Ваздноусвтошсолапмтполдит, — сообщил новый знакомый.

— Будьте здоровы, — вежливо отвечал Хеллборн. — Итак, чем обязан?

Обязан он был многим, но понял это не сразу. И даже когда понял — не мог до конца поверить и принять.

— Так значит, ваш император умер?

— Год назад. И законных наследников не осталось. Страной правит временный регентский совет, но только новый монарх может спасти нас от гражданской войны, — пояснил египтянец.

— А зачем вам новый монарх? — пожал плечами Хеллборн. — Провозгласите республику — и делу конец.

— Мой господин, священные древние традиции…

— К черту традиции, если они мешают прогрессу!!!

— Народ не поймет, он еще не готов, — развел руками египтянец.

Свое мнение о таком непонимающем народе Деймос благоразумно оставил при себе.

— Но при чем здесь я, черт возьми?! Почему вы называете меня «владыкой» и «господином»?!