Мне повезло на второй улице: увидел чумазого пацаненка, который сидел возле булочной и довольно жевал плюшку. Ваня Кедр просто обожал выпечку и никогда не упускал шанса полакомиться.

— Опять своровал? — спросил я, глядя на него.

— Нет, купил, — не моргнув, соврал он.

— Хвалю. Если расскажешь, что происходит в городе, то получишь монетку на еще две таких.

— Три!

— Две.

— Мало! — он хитро прищурился.

— Две сейчас, и еще на три, если сведения будут точными.

— У нас все точно как в аптеке! — огрызнулся он. — Что узнать нужно-то?

— Не появлялись ли в городе новые люди, не простые граждане, а иностранцы? Это первый вопрос, — я вытащил монету. — И второй: не слышал ли кто о новых куртизанках. Необычных.

— Иностранных? — пацан, не отрываясь, смотрел на монету в моих пальцах.

— Возможно, — второй серебряный кругляшок лег рядом с первым. — Золотистая кожа, раскосые глаза, длинные черные волосы.

— Будет сделано! — ладонь опустела.

— К вечеру жду новостей в трактире «От рассвета до рассвета», хозяина предупрежу, чтобы накормил тебя.

Обещание денег и еды повысило градус мотивации, и мой шпион испарился вместе с плюшкой в узких переулках города.

Не став провожать его взглядом, я зашел в булочную, оплатил ворованное, а заодно набрал себе целую корзину выпечки. Поставлю в кабинете, чтобы не тратить время на обед и ужин.

Я уже знал, что плотно застрял с этими проклятыми отчетами из казначейства, а теперь еще и вопрос с королевством придется решать.

Поморщившись, я уже сворачивал в сторону дворца, как мимо меня пролетела карета. В этот момент в этой картине я видел собственное будущее, которое, громыхая колесами по мостовой, уезжало без меня в светлое будущее без забот и государственных дел.

Когда же я успел так разозлить вселенную, что она никак не отпускала меня из города? И что нужно сделать, чтобы это все прекратилось?

Внезапно вместо ответа на свой, по сути, риторический вопрос, со стороны Литейной улицы в мою сторону вышли стройные ряды в серых мантиях.

— Молись и кайся! Так велел Единый! Молись и кайся!

Серая масса прошла мимо меня в сторону главной площади, даже не смотря по сторонам. Только всполохи магии после себя оставили на всю улицу. Я недовольно взмахнул рукой, очищая воздух от противного запаха.

— Дрянь какая, — пробормотал я.

Религиозные фанатики — довольно частое явление, но все их массовые выходы в город должны быть тщательно задокументированы. Да и кто этот Единый? Что-то я не слышал о такой вере. Надо не забыть заглянуть к духовенству, вдруг они в курсе, с чего вдруг по улицам столицы начались шествования серых мантий.

Подумал и почти даже выкинул их из головы, так как в ней и без того было мало места из-за многочисленных задач, которые липли ко мне, как мухи в янтаре. Потом еще раз подумал и взял на заметку. Демоница, фанатики… не одного ли поля ягоды?

Отчет из казначейства в один миг перестал быть мне интересен, быстро сдвинутый на второй план мыслями о королевстве Войс. Что-то мутят парни как пить дать мутят. На Туманова надежды нет, местным мини-шпионам тоже потребуется время, чтобы все выяснить, я же сейчас могу пройти за фанатиками. Благо время еще было.

Вот только найти их быстро не получилось. Как растворились. Я даже поднялся на воздушной подушке над крышами, но серые спины так и не обнаружил. Пробовал пройтись по остаткам магии — тоже не вышло, уж слишком быстро эманации рассеивались.

А вот опрос местных старушек, про которых я люблю говорить, что они лучше любых шпионов, мне смогли дать немного информации. Помимо того, что полный пакет выпечки в моих руках — дрянь и жрать это нельзя, я выяснил весь маршрут фанатиков. Они прошли мимо меня с Литейного, свернули в переулок Святознаменский, дальше прошли через два двора между домами и вырулили в Малиновый тупик.

На вопрос, куда они делись из тупика, ответить мне никто не смог. Разбежались, гады серые, как обыкновенные тараканы.

Тщательно исследовав тупик, я обнаружил шестнадцать пар сапог, почти стертых полами мантий, и, что самое интересное, несколько серых ниток возле одной из дверей. По идее, ребятки зашли сюда, скинули свои хламиды и утекли через дом. Тогда зачем нужно было идти через весь квартал? Я же видел, что они двигались в сторону главной площади. А это место буквально в квартале от нее.

Там бы их встретили мои заклинания и гвардейцы, которые кружили возле дворца. И что получается? Кричащие о вере фанатики не дошли до самого популярного места в столице. Там же сейчас толпы гуляющих, а они самая благодарная публика.

Значит, смысл всей прогулки был не в этом.

А в чем?

В разведке!

«Твою ж дивизию, это ж шпионы из Войса!» — я хотел хлопнуть себя по лбу, но поберег нервы жителей столицы.

Повесив пакет с выпечкой на крюк возле двери, через которую ушли фанатики, я вошел в дом. За внешним благопристойным фасадом скрывался притон для лиц без определенного места жительства. Они распивали спиртные напитки, играли в карты и просто спали вповалку на тощих матрасах. Запах немытых тел и чего-то несъедобного вызвал легкий приступ удушья, и мне сразу захотелось открыть окна, которые здесь были плотно забиты досками. А уж про грязь даже говорить не хотелось. Но при всем при этом не было ощущения, что здесь банальный притон. Скорее очень-очень и очень дешевое место для ночлега.

В памяти всплыли слова представителя социального управления, который буквально два часа назад говорил, что возле дворца таких мест уже не осталось. Надо бы его за шкирку сюда притащить и макнуть головой в самое… в это самое.

На ладони расцвел огненный шарик. Он осветил полумрак, делая лица собравшихся похожими на восставших мертвецов. Их глаза прищурено рассматривали меня, но никто не спешил отвлекаться от своих дел.

— Кто старший? — громко сказал я, привлекая внимания.

— А ты кто такой, чистенький? — раздался пропитый голос из глубины помещения.

— Главный архимаг империи, — ответил я, мысленно удивляясь, что меня в лицо не узнали.

Карты застыли в воздухе, чья-то бутылка выпала из рук под отборный мат, и все постояльцы этого не элитного отеля начали просыпаться. Нет, все же узнали. Не все, но некоторые.

— Не вешай мне лапшу на уши, — говоривший гулко расхохотался, — где мы, а где архимаг!

Пока он говорил, я формировал нити заклинания очистки, потому что от запаха в висках запульсировала боль.

— Отчего же архимагу и не пройтись по городу. Может, помощь кому нужна, или же преступников задержать нужно, — сказал я. — Ты лучше выходи ближе к свету, чтобы я тебя видел. И имя свое назови.

Мужики зашевелились, пропуская вперед старшего. Он выглядел ужасно: короткие серые лохмы, торчащие во все стороны, щели в зубах, веками не стиранное теплое пальто в дырах и тяжелое омбре, с которым только окна протирать.

— Юрка я, Красавчиком кличут.

Да, кличка вполне подходила его перекошенному от шрамов лицу. Складывалось ощущение, что с него сняли кожу и разрезали на лоскуты и пришили обратно.

— Скажи, Красавчик, не проходили ли здесь час назад шестнадцать человек с серыми тряпками?

— А тебе чего от них нужно?

В этот момент заклинание очистки начало работать: в воздухе поплыл аромат горного воздуха, доски под моими ногами стали приобретать цвет дерева, а не грязи, а одинокий светильник под потолком ярко вспыхнул. Волна магии неторопливо шла от меня до самых потаенных углов и не жалела никого. Раздались удивленные восклицания: в руках преображались стаканы, одежда аж похрустывала от чистоты, а люди в помещении стали сиять, словно только что вышедшие из бани.

Старший поправил обновленное заклинанием пальто, ошалело огляделся, крякнул, поскреб рукой посвежевшее лицо и выдал:

— Да за такое выпить надо! Будешь, ваше благородие?

— Мне нужен ответ на вопрос, — я погасил огненный шар и оборвал нити заклинания чистоты. — Были ли здесь шестнадцать человек с серыми тряпками?