— Звучит грязно, — зевнул Игги. — Я думал, ты постараешься обойтись без этого.

— Не волнуйся, — сказал Алекс и мрачно усмехнулся. — Я не собираюсь его избивать.

Игги поднял брови, словно пытаясь понять, говорит ли Алекс правду. Наконец он сказал:

— Расскажешь мне об этом. — После этого он встал и поднялся к себе в комнату.

Алекс тоже поднялся к себе, принял душ и переоделся в рабочую одежду. У него была неплохая идея, как заставить Джереми Брюэра, он же Брокер, заговорить, не выбивая из него правду силой. Такая тактика отнимала много времени и была грязной. Алекс хотел использовать своё хранилище, чтобы перенести туда мистера Брюэра, а затем заставить его рассказать, кто украл камни Ван дер Уоллера. А если у него будет время, он спросит, где живёт Чарльз Бомонт. Если Бомонт и был Призраком, Брокер должен был его знать.

Алекс поспешил в строительную компанию, которой управлял итальянец по имени Ральф. Его родители очень гордились тем, что они американцы. Алекс помог Ральфу вычислить конкурента, который постоянно портил витрину его магазина, и теперь Ральф продавал Алексу всё необходимое со скидкой.

Через час Алекс вернулся в особняк с пятьюдесятью футами толстой верёвки, прочным металлическим стулом, двумя блоками и толстым U-образным болтом. Он установил шкивы и болт в своем хранилище за считаные минуты. Стены межпространственного пространства были плоскими, гладкими, серыми и твердыми, как камень. Но поскольку Алекс сам создал это пространство, он мог лепить его, как глину, одними лишь руками. Ему нужно было лишь вкрутить анкерные болты шкива в материал стены, а затем дать ему затвердеть вокруг них. С таким же легкостью он вкрутил U-образный болт рядом с дверью.

Закончив, он отрезал веревку длиной в девять метров, продел ее через шкивы на задней стене и привязал концы к металлическому стулу.

— Ну вот и все, — сказал он пустому хранилищу. Он достал из кармана часы и увидел, что еще нет и полудня. Он не сможет появиться в Изумрудном зале раньше семи.

Он почти минуту расхаживал взад-вперед по хранилищу, а потом включил свет над рабочим столом. Открыв свой набор инструментов, он достал потрепанную записную книжку с загнутыми уголками и пролистал ее до последних страниц, где аккуратный почерк Томаса Роквелла сменился более размашистым почерком Алекса. Он просмотрел записи, которые делал прошлой ночью, до того как Эвелин...

До того как Эвелин...

Алекс тряхнул головой, как пес.

На это нет времени.

Он достал копию рун из "Монографии Архимеда", которую сделал, когда впервые нашел книгу Томаса. Исходная руна поиска сильно отличалась от той, которую Томас расшифровал незадолго до своей смерти. Томас был уверен, что разгадал ее, и даже готов был поставить на кон свою жизнь. Но Алекс сразу понял, что руна гораздо сложнее. Томасу просто не хватило навыков и подготовки, чтобы ее расшифровать.

Алекс достал свой блокнот и принялся за работу.

Через четыре часа он закончил расшифровку.

Такси высадило Алекса у круглосуточной аптеки, в трех кварталах от "Изумрудной комнаты". Он решил не мелочиться и купил пачку сигарет, прежде чем зайти в телефонную будку и позвонить Игги.

— Я на месте, — сказал он, когда Игги взял трубку. — Если все пройдет хорошо, меня не будет там больше получаса.

— Если через час от тебя не будет вестей, я позвоню Дэнни, — сказал Игги.

— Хорошо, — ответил Алекс, взглянув на часы: было чуть больше восьми.

Игги пожелал ему удачи и повесил трубку. Алекс положил трубку на рычаг, но остался в будке. Он достал руны маскировки, которые дал ему Игги, и разложил их на маленькой полочке под телефоном. Облизав руну с надписью "Одежда", он приклеил ее к пиджаку, а затем поджег бумагу спичкой, которую достал из кармана. По спине побежали мурашки, и когда он опустил взгляд, то увидел, что его поношенный серый костюм превратился в блестящий черный смокинг. Эбонитовые пуговицы на рубашке сверкали в рассеянном свете будки, а лацканы пиджака блестели.

Следующей была руна с надписью "Лицо". Алекс приклеил ее ко лбу и поджег. Он боялся, что пламя опалит ему брови, но бумага горела так быстро, что он даже не почувствовал жара.

Заинтересовавшись, подействовала ли руна, он открыл дверцу будки и увидел свое отражение в стекле. Вместо своего обычного, ничем не примечательного лица он увидел элегантное, с высокими скулами, тонкими усиками и зачесанными назад волосами. Он был похож на худощавого Кларка Гейбла. Алекс не знал, радоваться ему или обижаться. Одно было ясно: никто его не узнает.

Последняя руна в этой части плана была подписана "Деньги". Алекс достал из бумажника стопку купюр номиналом в шесть долларов. На трех из них было написано "сто", на двух "двадцать", а на последней "пять". Алекс облизал каждую купюру, приклеил ее к бумаге с рунами, а затем поджег. Когда вспышка погасла, бумага стала неотличима от настоящих купюр. Конечно, долго они не протянут, но этого хватит, чтобы продержаться до конца вечера. Алекс пообещал Игги, что потратит их только в случае крайней необходимости.

Ему казалось, что сдержать это обещание будет непросто.

Закончив трансформацию, Алекс проверил остальное снаряжение. В правом кармане куртки лежали две руны на случай непредвиденных обстоятельств и кастет, покрытый рунами. В левом кармане были пачка сигарет, коробок спичек и визитка с именем "Гарольда Трабридж, Антикварные изделия".

Он закурил, чтобы успокоиться, затем открыл телефонную будку и вышел на улицу. Это было оно. Если повезет, он узнает имя человека, который забил Джерри Пембертона до смерти. Для этого нужно всего лишь убедить жестокого преступника с хорошими связями рассказать ему то, что он хочет знать.

Легко.

У входа в "Изумрудную комнату" стоял мужчина ростом метр восемьдесят пять. Он возвышался над прохожими, а его толстая шея, казалось, вот-вот порвется от галстука-бабочки. На нем была красная куртка швейцара, но Алекс знал, что на самом деле это вышибала. Присутствие этого человека недвусмысленно давало понять: если ты здесь не работаешь, уходи.

Алекс затянулся сигаретой и подошел ближе. "Гора" окинула его оценивающим взглядом с головы до ног, но не нашла ничего подозрительного. Когда Алекс прошел мимо, он снова переключил внимание на улицу. Алекс дождался, пока он войдет в помещение, и выдохнул облако белого дыма.

Интерьер "Изумрудной комнаты" не мог не впечатлять. Полы были сделаны из вишневого дерева, отполированного до красного блеска. Стены были оклеены обоями в полоску, чередующимися зелеными и белыми полосами, а абажуры ламп были сделаны в стиле "Тиффани" из зеленого стекла. В центре клуба располагался танцпол, вокруг которого полукругом стояли столики малого и среднего размера. Каждый ряд столиков был установлен на возвышении, причем каждый последующий ряд был выше предыдущего, как ступеньки лестницы, так что посетители смотрели на танцпол сверху вниз. В дальнем конце зала располагалась длинная барная стойка из темного дерева, за которой три бармена обслуживали посетителей и официанток, разносивших напитки по столикам. Оркестр играл свинг, и казалось, что вся атмосфера клуба пропитана энергией музыки. По потолку тянулись балконы, ведущие в приватные комнаты.

Именно там Алекс и должен был найти Джереми Брюера, печально известного Брокера.

Медленно, но целенаправленно Алекс пробирался через толпу к бару и заказал выпивку. Ему хотелось поторопиться, но он сдерживался. Прежде чем отправиться на поиски Брокера, нужно было провести разведку.

Ближайший бармен был невысоким пухлым мужчиной с пышными усами. Его лицо располагало к тому, чтобы мужчины делились с ним своими проблемами. Идеальный бармен.

— Чем могу помочь, сэр? — с улыбкой спросил бармен. У него был легкий акцент жителя Среднего Запада и телосложение человека, выросшего на ферме.