Не выдержал. Огрызнулся. Нужная обувь нашлась моментально! Оставалась отвезти девчонку домой. Теперь уже спешка сыграла со мной злую шутку. Меня тормознули за превышение скорости. По ходу дела добавился штраф за истёкшую страховку, а километром дальше — лопнуло колесо. Сам чёрт меня дёрнул согласиться поехать в кафе на её пыжике. Нет, я сказал ждать в машине, но терпение, видимо, в пакет «вместе навсегда» не входило…

Ксюшу в вечернем платье я увидел впервые. Локоны и лёгкий макияж сделали её взрослее, а меня откровенно сразили. От внезапности преображения чуть не задохнулся. Впрочем, взять себя в руки не составило проблем.

Ситуация опять упёрлась в туфли — вот это настоящая беда! Проклятые шпильки из верха эротизма окончательно стали низом практичности. Но почему-то и она меня так не взбудоражила, как Ксюшин взгляд.

Она смотрела на меня как на Бога. Я, честно говоря, растерялся. Не стой, совсем не с той стороны подвоха ждал, когда бил морды, отваживая от подруги слишком прытких и озабоченных. Всё по классике: «пришла пора — она влюбилась». Удивило другое — что выбор пал на меня.

Ксюша тянулась ко мне губами, а меня крыла паника. Мозг пугал страшными сценариями, где она ещё совсем незрелая, а у меня вовсю шалят гормоны. И я совсем неуверен, что смогу себя сдерживать. Не до конца понимаю, что к ней испытываю: только дружеские чувства или явный мужской интерес. Причём оба варианта с высоким риском остаться чужими людьми.

В общем, последствия необратимые. И за вспышкой бесконтрольного желания пустить всё на самотёк, последовал резонный вопрос: "Как далеко это зайдёт?". А потом признание себе, что дальше некуда. Справимся ли мы? Всегда на связи. Всегда рядом. Не надоест ли?

С посторонней девушкой всё намного проще. Разозлила — послал тем же вечером, отряхнулся, забыл. Благо мысли были заняты только тем, как бы понятно объяснить Мартышке свой поступок.

Но на следующий день Ксюша болтала со мной как ни в чём не бывало. Может, и не было ничего, так — мимолётный порыв. А я, дурак, его раздул до вселенских масштабов. Ксюша и дальше мечтала о сказочных принцах. Я с удвоенным рвением отваживал от подруги реальных придурков. И не мог выкинуть тот неслучившийся поцелуй из головы.

Вот такой у меня незакрытый гештальт.

— Ты чего завис?

Поднимаю замутнённый взгляд на Валика. — Пойду я. Не хочу заставлять даму ждать.

— Очередная съёмка топлес?

Киваю.

Смешно, что лучшая подруга одна, наверное, не в курсе моих дел. Смешно до обидного, потому что Ксюше проще приписать мне каких-то левых тёлок, чем попытаться узнать, что меня с ними связывает. Она всё решила. Как обычно. Не буду мешать. Пусть взрослеет. Хочет — пусть перецелует каждого, и в каждом глубоко разочаруется. Один чёрт ни одному из нас с героем её грёз не тягаться. Может, начнёт, наконец, оценивать парней здраво. Иначе ничего у нас не выйдет. Я не идеален и таким при всём желании не стану. Особенно если сравнивать с вымыслом. Вот пусть на землю спустится сперва и хорошо осмотрится. Только потом поговорим. Я подожду.

По крайней мере, так честнее, чем строить из себя того, кем не являюсь.

— Я твой должник.

Вэл пожимает плечами, и, закрыв аптечку, провожает меня до двери. Славный малый. Но втащить ему всё равно хочется. Нет-нет, да жалит мысль, что Ксюша первым выбрала его.

Во дворе завожу мотор, тяжело вздыхаю и мысленно благодарю Вэла за молчаливое участие. Всё-таки понятливый он пацан. В душу не лезет. Фразочками «буду должен» я, кстати, не разбрасываюсь.

Еду и напряжённо пытаюсь прикинуть, кто будет следующим. Об этом прыткая Мартышка ни словом не обмолвилась. Без небольшой хитрости и коварства с моей стороны, конечно же, не обойдётся. Я же не идиот сидеть сложа руки и ждать у моря погоды. У меня всё под контролем. Нужно только немного времени в запасе и фантазия. Главное — держать в узде эмоции. Самое сложное…

Мысль обрывает звонок телефона.

— Здравствуй, Константин. Всё в силе?

— Да, — невольно выпрямляю спину, едва заслышав жёсткий, строгий голос.

— Буду через четверть часа.

Мой самый сложный клиент. Кому расскажешь — в жизни не поверит. Я и не треплюсь, дорожу репутацией. Увлечение фотографией приносит хороший доход. А это полная независимость. Если Максим Викторович, решит надавить через отчима, то ни черта они мне не сделают. Так что держись, Мартышка. Сперва я тебя воспитаю, а потом станешь моей единственной моделью.

Снимать её… Снимать с неё одежду…

Чёрт, мне бы выдержки дождаться. И взаимности.

Мой кандидат номер два вызывает чуть меньше энтузиазма, чем предыдущий. От него не пахнет пороком и носит он скучные рубашки. Пятьдесят оттенков белого слепили меня на протяжении полутора лет знакомства. Собственно, больше ничем особым Адам не запомнился.

Я и так напрягаю память и эдак, а всё, что удаётся откопать — это то, что он никогда не повышает голоса и никак не отсвечивает, если только дело не касается халявы. Удивительная придурь при обеспеченной семье. Синдром юного скупердяя, не иначе.

Мысль, что именно Адам был в комнате, не вдохновляет совсем. Хотя жадность, наверное, не худший недостаток. У всех есть изъяны. Просто в себе их искать не принято.

Это как с условным сусликом в степи. Ты его не видишь, а он есть!

Справедливости ради, может, мне тоже достать своего суслика на свет божий? Вдруг тогда мысли о поцелуе с Адамом перестанут вызывать изжогу? Правда, самокритичностью я не отличаюсь. Нужен честный взгляд со стороны. А кто укажет честнее, чем лучший друг? Особенно когда он постоянно не в духе…

Звоню в дверь соседа и принимаюсь ждать с замиранием сердца. Жду, жду…

Может, его нет дома? Уехал с матерью и отчимом на дачу или просто вышел в магазин?

Откладывать на потом не в моих правилах. Я нахожу в контактах номер Кота и снова жду. Теперь уже, когда ответит.

— Чего тебе, Мелкая? — Соколовский принимает звонок, одновременно открывая мне дверь.

Друг сегодня вроде даже бодр и весел. Правда, по творческому беспорядку на голове, как всегда, не разобрать, это он только проснулся или уже куда-то намылился.

— Кот, выручай! — Вваливаюсь в квартиру, задыхаясь от быстрой ходьбы по ступенькам.

— Что, опять?! — Округляет он глаза, прижимая телефон ближе к уху.

— Снова, — улыбаюсь невинно. — Просто скажи, у меня есть недостатки?

— Успокойся, Мартышка. Нет у тебя никаких недостатков. Есть несусветная наглость , ослиное упрямство и, кажется, цель загнать меня в могилу. И отсутствие совести, конечно, не будем забывать про отсутствие совести… — понижает он голос, гуляя осоловевшим взглядом вдоль участка с отсутствующей пуговицей на моей футболке.

— Да пришью я всё, мамочка. Что ты заладил? — Цокаю с досадой и подозрительно принюхиваюсь, забыв зачем пришла. — А чем это от тебя так пахнет?

— Неужели, пороком? — язвит он беззлобно.

— Да, конечно! — Закатываю глаза. Нет, это не кондиционер для белья, как я сперва решила. Ну не может так пахнуть бытовая химия! Роскошный цветочный аромат расползается далеко за пределы прихожей. Кажется, им здесь все стены пропитаны! — Ты втихомолку в маминых духах купаешься?

— Добавь ещё к недостаткам хромое чувство юмора, — парирует он, вытесняя меня из квартиры. — Послушай, ты немного не вовремя. Давай я попозже к тебе заскочу и проедусь катком по самооценке?

— Уже не надо, — расстроено надуваю губы.

Если не выходит по-хорошему, значит, нужно надавить на совесть.

— Ксень, я реально занят, — напирает Кот, не давая мне возможности осмотреться.

Но поздно. Мои глаза превращаются в блюдца, при виде царственно выплывающей из гостиной персоны.

Кто-о-о?!

— Константин, если понадоблюсь, я на связи. Провожать не нужно.

Я как стою с открытым ртом, так и продолжаю растерянно сжимать свой мобильный, пока мимо нас невозмутимо проходит страх и ужас всея универа.