Он вдруг резко замолчал, словно понял, что и кому говорит. Щеки у него покраснели.

Эдит - по крайней мере, настоящая Эдит - ведь была такой же. Скупала наряды, пила зелья, повышающие привлекательность, бегала по балам.

- Она просто очень молода, - сказала нейтрально, чтобы снять неловкость. - Я же взялась за ум, и она возьмется.

Брат тут же вскочил.

- Пойдем. У отца в зале личный кабинетик. Император расщедрился, чтобы явить нам свою сомнительную милость и прочее.

Он схватил меня за руку и подтянул к одной из колонн, в которой длинной бархатной шторой была скрыта незаметная дверка. Но стоило Аргайлу ее открыть, я мягко отодвинула его от входа:

- Хочу поговорить с ним наедине.

Аргайл растерялся, но после понимающе кивнул.

- Хорошо, Эдит. А теперь скажи, что нравится вейре в серебристом платье, которая предлагала мне десерт?

Мой братец запал на вейру из Аргаццо? Нелегко ему придется.

- Думаю, ей нравится танцевать, - я засмеялась и осторожно прикрыла за собой дверь.

Колонна, какой бы большой ни выглядела, не могла вместить в себя громадную террасу с французскими окнами в сад. Стены были завешаны дорогими коврами из Никсы и леяшским шелком. На чайном столике были выставлены трехъярусная ваза с дорогими десертами и фарфоровый чайничек - мечта принцессы.

Было очевидно, что большинство видимых вещей здесь лишь качественная иллюзия. Невозможно вместить даже в очень большой столб такое количество визуальной эстетики.

Отец сидел в кресле, уставившись на бархатные глицинии и кружевные коралловые розы.

- Папа, - позвала его тихо.

Он тут же обернулся, и я впервые увидела его не отцом, а измученным и очень уставшим человеком. Для дракона он выглядел плохо. Лишний вес, начинающаяся лысина, одышка. Но он был по-прежнему энергичен. Бодро вскочил с кресла и стиснул меня в объятиях.

- Девочка моя, как же я рад, что ты в порядке! Грехх вчера…

Я отстранилась и усадила отца в кресло, приложив палец к губам.

- Здесь нет прослушки?

Тот прошелся острым взглядом по стенам и усмехнулся.

- Полно. Было. Я давно все снял, и мой недобрый друг время от времени слушает байки про мои финансовые махинации.

Умно. Я бы тоже так сделала.

Я уселась во второе кресло, налила себе горячего чаю и почти не чувствуя вкуса выпила до дна. Съела розовую тарталетку с неясным содержимым, одно круглое печенье и одно квадратное. От нервного напряжения живот скрутило в узел.

- Тогда… вот, - я выложила на стол медяшку. - Это божественный дар Лима Аргаццо. Редчайший цветок в любой коллекции. Император дал мне понять, что мое благополучие зависит от того, получит ли он дар.

Отец поднял на меня внимательный взгляд.

- Думаешь, мы сумеем откупиться?

- Уверена. Я бы отдала медяшку императору лично, но его нет на балу. Нолша тоже нет. Ни Варха, ни Остадша, да и… Ты же понимаешь, я не могу дать им в руки редкий дар и попросить о помощи. Людей, которым я доверяю, можно пересчитать по пальцам одной руки. Мне нужен тот, кто со стопроцентной гарантией сможет попасть к императору.

Я подтолкнула медяшку к отцу.

- Сделай так, чтобы он получил этот дар ещё до рассвета. Освободи меня.

Отец поколебавшись взял медяшку, повертел в руках и сунул в карман жилета.

- Я вчера рассорился с Греххом, но.… Я жалкий придворный, мне свойственно жалеть о резких словах. Если я навещу его с извинениями, он примет меня, верно?

Я кивнула.

Мы не сговариваясь встали с кресел, обнялись. Улыбнулись друг другу, как два заговорщика, а после разошлись. Я прошла к двери, а отец шагнул в окно. Наверное, там был установлен портал во внутренние покои дворца.

После тишины отцовского убежища шум бала оглушал. Благодаря драконице я думать забыла про мигрени и мышечные судороги, но вот плохое настроение вылечить было нельзя.

Около меня собралась целая армия Аргаццо, допытываясь, куда это я танцевала с братом. Они меня искали. Они беспокоились! Они даже бестрепетно использовали моих юных и пока ещё неиспорченных вассалов, послав обыскивать все этажи!

На часах пробило два ночи.

Зал уже изрядно поредел. Основная часть драконов разошлась и разлетелась, и танцпол мучали только самые упорные. Я насчитала всего двенадцать пар танцующих.

Беспокойство, накрывшее меня ещё в начале бала, вырвалось на свет. Дан не пришел, а это значило только одно: что-то пошло не так.

- Где Дан? - глухо спросила Марина.

Конечно, он не знал, где Дан, но мне же нужно для начала акцентировать внимание на его отсутствии…

- Ушел в покои буквально минут пять назад.

Как это ушел в покои? Мы, получается, разминулись?

- Сказал, что вернется вот-вот, - тут же поддакнула одна из вейр. - И мы, его верные подданные, ждем.

Они преданно уставились на меня, найдя в моем лице нового вождя, раз уж предыдущий куда-то делся. Я ведь сама представилась его верной правой рукой.

Кивнув на уютный уголок у балкона, я первой села в одно из кресел, но предчувствие, крутившее мне кишки весь вечер с начала бала, оживало снова. Требовало от меня действий. Идти. Бежать.

Уйти, не дождавшись меня, пообещать и не вернуться - это не похоже на Данте. Совсем-совсем не похоже.

В зале почти никого не осталось кроме Аргаццо, которые вяло крутили кренделя на танцполе, попивая грог и лениво ощипывая виноградные гроздья. Погасли больше половины светильников, церемонимейстер ушел, отключились больше двух третей артефактов, обслуживающих залу. Драконы давно расползлись и разлетелись по ночным вечеринкам: облюбовав сады, личные дома или заведения цветочного профиля.

Я рывком поднялась:

- Где его покои?

Следом подскочил Марин, словно ждал этой минуты. Глаза его сверкнули желтым блеском.

- Я провожу.

Мы даже не прошли, промчались летящим шагом по клубку затейливо свитых коридоров, пока не добрались до отделенного магической стеной крыла. Та белесой, посверкивающей в лунном свете пленкой перекрывала проход. Мой взгляд едва различал темноту коридора впереди.

- Дальше не пройти, - Марин коротким ударом утопил кулак в пелене и едва устоял на ногах от отдачи. - Это сила главы Аргаццо. Он всегда запечатывает покои, если спит или уязвим. Базовая защита, но… мне не пройти.

Предчувствие уже не ныло в груди испуганным комком. Орало сиреной.

- Думаю, мне пройти труда не составить.

Я погрузила руку в скользкий туман и легко вошла внутрь. Потом обернулась:

- Дальше я пойду одна, а ты вернись и предупреди остальных Аргаццо, что все в порядке и… Дан отдал вам какой-то приказ?

Несколько секунд Марин испытующе смотрел на меня. После медленно склонил голову к плечу:

- Да, Вейра Эдит, он отдал приказ.

- Тогда выполняй, - сказала жестко. - А я позабочусь обо всем остальном.

Кивнула Марину, развернулась и осторожно двинулась в сумрак коридора.

Покои Дана нельзя было не найти. Они были здесь одни, вот только… Одна из створок была чуть приоткрыта. Это было похоже на умненького предусмотрительного Дана ещё меньше. Сердце у меня подскочило куда-то к горлу и билось там испуганной сойкой.

Я мягко скользнула к двери и вошла без единого звука. И остановилась. Хотя в комнате было темно, я увидела их, словно вокруг горели тысячи свечей. Дан, покорно распластанный в белых простынях, и Лис, словно оседлавшая капризного жеребца.

Несколько мгновений я тупо смотрела, как Дан тяжело бьется под хрупкой, словно сделанной из бисквитного фарфора фигуркой сестры, а та послушно изгибается под его руками. А после Лис, наконец, меня заметила.

Приоткрытый от удовольствия розовый рот искривился в торжествующей усмешке. В глазах вспыхнул триумф.

- Убирайся, - шепнула она на грани слышимости. - Пошла вон…

Дан подкинул ее каким-то невозможным движением, и та изогнулась под немыслимым углом, застонав от удовольствия. Я поспешно шарахнулась за дверь, уперевшись спиной в холодное дерево.