А записи делала Четвертая…

К примеру, второго в очереди она назвала «Высокомерный мудила», а седьмого - «Говнюк с бантом на левом плече». Я переименовала их в «ВМ» и «ГБ», на случай, если записи будет просматривать Виар.

После обозначила в коротких записях дела, не терпящие отлагательств. Иногда даже глупые в своей очевидности. Например, так называемый приемный покой следует перенести на первый этаж. Драконирам с ранами ноги не слишком весело скакать через весь холл, да ещё и на второй этаж.

Закончив с делами, со вкусом потянулась.

Я уже собралась встать, когда дверь снова распахнулась.

- Вейра, извольте следовать за нами, - в комнату заглянул давешний беззвучный драконир.

Даже не вошел внутрь, а лишь намекающе качнул дверь.

- Куда? - уточнила скорбно.

Если бы не усталость, у меня бы и под ложечкой засосало, и сердечко забилось, и ум взялся бы строить предположения. Но я хотела в душ и спать. Я даже ужинать не хотела, настолько меня вырубало.

Драконир поднял бровь, и я послушно поползла в коридор, до глубины души ненавидя Дана. Очевидно же, что это его инициатива.

И верно. Тот стоял в дальнем конце коридора в знакомой закрытой позе: оперевшись плечом на стену и скрестив руки на груди. Взгляд светился в темноте звериным золотом, но был задумчив и расчетлив. От утреннего взвинченного Дана не осталось и следа. Как эльфы подменили.

Спокоен, собран, прагматичен до мозга костей.

Но я все равно подобралась к нему с опаской стреляного воробья. Стены-то в монастыре наперечет. Где я буду спать, если он тут все переколотит?

- Ваша Светлость желает меня видеть?

- Желает, - согласился тот коротко.

После резко ухватил меня за плечи, развернул и без всякого смущения облапал за грудь. Я окаменела. Даже рот открыла, чтобы изречь пару дельных проклятий, когда поняла, что в его прикосновениях есть строгая система.

Он смотрел магические узлы!

Это я от усталости не сразу сообразила.

- Ты устала больше, чем я ожидал, - сказал задумчиво. - Твоя драконица достаточно расцвела, но не может ни держать удар, ни поддержать жизненный огонь в должной мере.

- Держать удар? - спросила с недоумением. - Я не воин.

Дан тихо засмеялся:

- Любой дракон - воин, это аксиома. Первое, что делает драконица, когда ее хозяину угрожает опасность, это подключает ауру. Этим утром твоя драконица сделала это с огромным опозданием.

Я нахмурилась.

Вполне вероятно, что темная магия не дает драконице силу в полной мере. Но верно и то, что пока я не готова предаваться постельным утехам по медицинским показаниям.

- Возможно, моя драконица от природы не так и сильна, - сказала уклончиво. - Если это все, я хотела бы…

- Позже, - оборвал Дан. - Следуй за мной.

Развернулся и расслабленной походкой направился в темноту лестничного спуска в противоположной стороне от холла. За нами мягко летели светляки, рассыпая золотой свет. Бесшумный драконир мягко крался следом.

Я тоскливо обернулась в сторону далекой спальни, скрытой от меня двумя лестницами и холлом, и вяло потащилась вслед за Даном.

Что мы пришли в монастырские допросные комнаты, я поняла, только когда мы зашли в одну из них.

Взгляд обежал доисторическую комнатуху с пещерными сводами, гладкими от вечной сырости камнями, прореженными полосками такого же доисторического цемента. Плесенью по углам и застарелым запахом беды.

Дан скинул плащ на относительно новую лавку в углу и усадил меня. После вдруг передумал. Снова поднял меня, надел собственный плащ и стянул завязки капюшона у шеи:

- Здесь капает, Эдит, не снимай, - я вяло кивнула и попыталась закрыть глаза, но Дан жестко удержал мой взгляд. - Придется немного потерпеть, после я отпущу тебя.

Слабо понимая, чего он хочет, снова кивнула. Я хотела спать. В принципе, я бы и здесь могла уснуть.

Дан явно колебался и не отходил от меня, удерживая кончики витых завязок плаща.

- Ты выглядишь усталой, дар не должен…

Что не должен дар, я уже не услышала. Из угла темницы раздался рев, и я мгновенно очнулась. Протрезвевший взгляд с немалым удивлением встретился с разъяренным взглядом Верши.

Сначала я видела его, как одно огромное черное пятно: черные волосы, черный плащ, черные сапоги, штаны и даже рубаха.

- Из-за какой-то девки, ты рушишь вековые узы! - заревел он, броском кинувшись к Дану.

В считанных миллиметрах от Дана его словно дернуло обратно, и рев превратился в хрип. С глубочайшим недоумением, я, наконец, рассмотрела кованый ошейник у него на горле и ржавую цепь, соединявшую его со стеной.

- Из-за девки… - также задумчиво повторил Дан, снова повернулся ко мне. - Для разбуженной драконицы ты выглядишь усталой, Эдит. Мы можем перенести допрос на другой…

- Нет-нет, - сказала быстро. - Я немного утомилась, но в полном порядке.

Я просто не могла позволить себе упустить сказанную здесь информацию. Верши был вторым по значимости в клане Аргаццо, и нужны по-настоящему серьезные причины, чтобы держать его на цепи, как больного пса. Мне хотелось знать, какие.

Дан поколебавшись кивнул и наконец оторвался от меня. Кончики завязок выскользнули из его пальцев, и он отошел.

Я оглядела камеру.

Пара сходных ошейников располагалась по разным сторонам темницы, у входной двери застыл Бесшумный, а у противоположной стороны стояли ещё двое дракониров, среди которых я идентифицировала утреннего пациента. Тот самый Марин.

И драконица, словно оценив расклад, наконец, включила боевую готовность, о которой говорил Дан.

Глаза у драконов мгновенно вспыхнули. Даже у Верши. Головы автоматически повернулись в мою сторону.

- Не балуй, азалия, - Дан настороженно взглянул.

В цепких глазах мелькнуло предупреждение.

Чтобы как-то сбавить ауру, мне пришлось положить руку на солнечное сплетение, уговаривая драконицу вести себя немного спокойнее.

- Ты дал дракона этой девке, забыл, что обещал отцу?! Истинно, слову анта веры нет!

Верши остановился у стены, набычившись и расставив ноги, словно готовясь к новой атаке. Глаза налились краснотой и неприятным слюдяным блеском.

- Не жужжи, дядюшка, - неуважительно отозвался Дан. - Не твое это дело, и сегодня мы станем говорить о другом. Ты мне рассказывал, что Латиф вне зоны атаки перевертышей, и, угадай, что я узнал, едва отбыв на Запад? Что ты собрал личный отряд и едва ли не налегке рванул в этот богами забытый монастырь.

Верши осекся, но лица не потерял.

- Это был приказ императора, ясно тебе, мальчишка! Это…

- Правда, - без всякого уважения оборвал его Марин. - Старший Аргаццо говорит правду, мой лорд.

Он вытащил одинокой рукой из-за пазухи чудом вместившийся туда шар, налитый знакомой зеленцой. Меня едва не затошнило.

Я эту допросную штуку видеть не могла, и не верила ей ни на грош. Меня же как-то оболгали, а когда говорила правду, обвиняли, что напилась какой-то левой травы. Да откуда бы я ее взяла!

Сон медленно отступал.

Я впилась взглядом в Верши. Теперь я видела пропущенные изначально мелочи: налившуюся багровым кровоподтеком скулу, грязный и порванный плащ, содранные костяшки пальцев.

На его фоне Дан выглядел, как инфанта, наигравшаяся с золотыми рыбками в пруду и выспавшаяся вволю. Расслабленный, наполненный под завязку драконьей магией и силой и словно бы не заинтересованный в диалоге. Он лишь кивнул Марину и почти дружелюбно согласился:

- Приказу императора нельзя не подчиниться, дядя. Дай мне этот приказ.

Дан сделал паузу, и даже я почувствовала, как встала дыбом невидимая шерсть у меня на загривке. Что-то неуловимое в тембре его голоса требовало принять боевую стойку. И Марин, и оба незнакомых мне драконира почти по-звериному ощерились. Про Верши и говорить нечего. Он смотрел, как загнанный в угол волк, оголив клыки.

- Приказ был отдан на словах, - скрипуче отбил подачу Верши. - Тебе ли не знать, как это делается.