Договорить он не смог.

Вперед шагнул Первый лекарь. Седые волосы встали дыбом от комичного негодования, но я не обманывалась его забавным видом. В его глазах горело расчетливое пламя.

- Как вы оказались здесь? Мне ведомо, что император приготовил вам покои неподалеку от своих собственных. Для вас приготовлен ужин на двоих и дюжина чаровниц с лебединой грацией.

К сожалению, моя драконица расслышала только ту часть, которая была про чаровниц, и расстроилась. Зашипела вроде бы. Мне даже показалось, что рука Дана замерла, а после чуть сжалась у меня на плече, словно он расслышал ее.

Не о том я думаю. Не о том.

Не о любви мне надо думать, а о том, кто и как вызвал Данте во дворец. А после натравил трех драконов на беззащитную меня. Хотя что тут думать. Кто дергает мое тело за ниточки, тот и натравил. Я же не по своей воле утащила эту карту и передала ее ритуалистам.

Дан проигнорировал слова Первого лекаря. Его пальцы мягко обняли мое лицо за подбородок и повернули. С этого ракурса я могла видеть потрясенное лицо Винзо, если смотрела влево, а если вправо, то изогнутые в усмешке губы Данте.

- Что они хотели от тебя, Эдит?

- Проверить мой дар, - отчиталась благовоспитанно.

- И как? - спросил порочный рот. - Проверили?

- Но не поверили, - пожаловалась я. - Сказали, что я использовала иллюзию, а потом, что использовала темную магию.

Дан все ещё стоял у меня за спиной, чуть удерживая за подбородок каким-то особенно ласковым движением. А после и вовсе нежно убрал лезущую в глаза прядь, чуть задержавшись подушечкой пальца на щеке.

Он затеял странную игру, смысла которой я не понимала, но…

Кажется, Дан зол на эту компанию так сильно, что готов временно объединиться со мной. Да если он делает это из-за договора, мне выгодно такое положение вещей. Я как послушная кукла чуть повернула голову и прижалась щекой к его ладони.

Кожу согрело теплом. Дан всегда был очень горячим. В прямом смысле. У сильных драконов повышена температура тела, и их, наверное, можно вычислять по градуснику.

Последняя мысль заставила меня чуть улыбнуться.

- Что происходит? - недовольно спросил Гельм. - Эдит Фанза уничтожила твое Крыло, если ты не забыл. Твоего лучшего друга убила, твоего отца…

- А, так вы пока не в курсе? - оживленно уточнил Дан. - Произошла прискорбная ошибка. Поскольку меня срочно вызвали во дворец, я уже отчитался Его Величеству о чудовищном недоразумении. Воспоминания о краже карты оказались подделаны от первого до последнего кадра.

Лица напротив стали очень сложными. Кроме, может быть, Винзо. У него оно стало сложным ещё на этапе обвинения в черной магии. А сейчас даже разглаживаться начало, словно он пришел к какому-то выводу или что-то решил для себя.

- Вы ведь не предоставляли окончательное доказательство на суде? - вдруг уточнил Гельм Остадш.

- Предоставлял императору, но.… само доказательство хранилось в клане.

Голос Данте приобрел знакомую металлическую холодность, мешавшую сделать хоть какие-то выводы о его чувствах.

- Но что более удивительно, вейры, стоило мне улететь во дворец, как к Эдит без моего ведома заявилась целая процессия, решившая проверить ее дар. И по чьему же почину вы все заявились, вейры?

Первый лекарь, к моему удивлению, сохранял полное самообладание. Аура Дана либо не давила на него, либо он давно адаптировался к нервным высокородным.

- Вам ли не знать, как отдаются распоряжения, - сказал он безразлично. - Вы сами такие распоряжения и выполняете, и отдаете.

Я не без любопытства оглядела его на предмет ненависти и злобы, но передо мной был усталый охотничий пес. Кто-то другой натравил его на меня, но тот оказался не настолько безумен, чтобы рисковать собственной жизнью ради поручения. Лекарь признал силу Данте и отступил.

- Вейра Фанза вылечила нашего вейра, - осторожно заявил один из драконов, бывших в сопровождении у моего пациента. - Так что мы здесь исключительно ради своего лорда, и никаких других целей у нас нет.

- В таком случае, я вас никоем образом не задерживаю, вейры.

Дан прошагал ко входу и приглашающе распахнул дверь.

- А лорд наш как же? - спросил громкоголосый вейр. - Мы за него всей душою, мы за ради него издаля приехамши.

Просторечие царапнуло слух, и я невольно сместила фокус внимания с Данте на него. Очень забавный. Мощный, всклокоченный, с топорщащейся бородой. На дровосека он был похож больше, чем на драконира. Но глаза были внимательные и совсем не бестолковые.

- Если все пойдет хорошо, - сказала искренне. - Верну его живым и здоровым. Но есть вероятность развития послеоперационных осложнений. Лгать не стану, риск очень высок.

Драконир после долгой паузы кивнул и вышел из комнаты первым. Вейры гуськом, попеременно оглядываясь, выбрались за ним следом, замыкающим шел Первый лекарь. Винзо и следователь едва слышно переговаривались, но следом вышли и они.

Но когда дверь почти закрылась, Винзо ловко вклинил мыс сапога в сужающийся зазор.

- Мне неловко за сегодняшний визит, - сказал он скучающе. - Мы могли бы разрешить наши противоречия на одном из воскресных обедов.

- Нет, - отрезал Дан. - Я сыт по горло.

- Не отказываетесь, будут перепелки в пряном соусе.

Дан посмотрел на него, как на двурогого демона, у которого к моему же хвост с кисточкой и копыта. А я в свою очередь посмотрела на Данте. Потом снова на Винзо. Эдит боялась его. Тело боялось. Мозг можно обмануть, а тело хранит животную реакцию, как старовер свои догматы, и мне хотелось знать, почему именно.

Винзо не показался мне страшным человеком. По-своему он был даже мил.

- Возможно, - после короткого колебания согласился Дан.

Оба обменялись совершенно пустыми взглядами, словно смотрели не друг на друга, а сквозь. А после Винзо склонил голову в согласии и отступил, и дверь, наконец, глухо закрылась.

Дан медленно повернулся ко мне. Но если он и хотел что-то сказать, такой возможности ему не предоставили. К нему тут же кинулся Виар с объяснениями, а я снова вернулась к своему больному.

Проверила повязку ещё раз, проверила показатели и только потом решительно спросила:

- Где ты был?

Теперь, когда маски были окончательно сброшены, я прекратила поддерживать игру в будущее, где Дан пожалеет или влюбится в меня, или умрет от раскаяния. Нельзя заблуждаться. Это не Данте мой враг. Это я - враг Данте. И я не чувствую в себе ни малейшего желания умереть от чего-нибудь.

Дан меня не разочаровал. Стоило ему взглянуть на меня, как лицо вмиг потускнело. Ушло фейское очарование и двусмысленная дерзость вейра, который знает, что красив и всем мил. Словно кто-то нажал невидимую кнопку, выключившую его внутренний свет.

За долю секунды его лицо вернулось к совершенной гипсовой маске бесстрастия.

Это было почти больно. Я и не ждала доброго отношения, но после слаженной игры перед этой комиссией во главе с Первым лекарем, думала… нет, всё-таки ждала. Потепления между нами хотя бы на один градус.

- Меня вызвали во дворец на рассвете, - отчитался он прохладно. - Помотали по всем инстанциям после военной операции в Латифе. Все же я самовольно изменил маршрут и взял под контроль область монастыря, хотя должен был находиться в другом месте. Меня как раз уговаривали остаться во дворце на ночь, когда я получил тайный маячок, что спустя пару часов после моего отъезда в дом прибыла делегация с проверкой твоего дара. Мне пришлось выпрыгнуть в дворцое окно прямо посреди разговора с парочкой министров.

Он немного помолчал, давая мне домыслить.

Хотя что домысливать. Император вызвал Данте, чтобы по-тихому убрать давно списанную со счетов вейру Фанза, которая имела наглость воскреснуть из мертвых. Имел ли кто-то другой такое влияние в империи, чтобы натравить на меня Винзо, следака с опасным папой и Первого лекаря? Вряд ли.

- Это не император, - вдруг тихо произнес за спиной знакомый голос.