Ламарка кивнул.

— Заставьте его говорить. Этот киллер убил наших свидетелей. Должен ответить.

— Заставим.

Молчание. Ламарка посмотрел в окно. За стеклом виднелось синее небо и редкие облака.

— Знаете, агент Митчелл, когда я согласился на эту роль, думал что просто сыграю человека в машине. Проедем по городу, киллер не появится, все разойдутся. — Повернулся ко мне. — Не думал что по мне действительно выстрелят.

— Сожалеете?

Ламарка покачал головой.

— Нет. Манчини важен для дела против мафии. Много ублюдков сядут благодаря его показаниям. Стоило рискнуть. — Усмехнулся. — Плюс теперь есть что рассказать внукам. Как киллер мафии ранил их деда во время операции ФБР.

Я улыбнулся.

— Хорошая история.

— Вам тоже будет что рассказать. Погоня и задержание в одиночку. Ребята мне уже рассказали. Может, про вас напишут газеты.

— Надеюсь, что нет. Не люблю внимание прессы.

— Слишком поздно. Холмс уже звонил репортерам. Хочет пиара для отдела. «ФБР ловит опасного киллера мафии», хороший заголовок.

Я вздохнул.

— Замечательно.

Ламарка засмеялся, затем поморщился, смех отдался болью в плече.

— Ох, черт. Не смешите раненого.

Встал со стула.

— Мне пора, Джо. Допрос после обеда. Нужно подготовиться.

— Удачи. Выбейте из него все что знает.

— Постараемся.

Я еще раз пожал ему руку.

— Поправляйтесь, Джо. Скорее возвращайтесь на службу.

— Скоро вернусь. Пуля меня не остановит.

Я вышел из палаты, спустился на первый этаж и выбрался из госпиталя.

Сел в машину, посмотрел на часы. Одиннадцать двадцать. До допроса еще достаточно времени.

Поехал домой.

По дороге включил радио. Послушал новости. Диктор говорил о Уотергейте и слушаниях в Конгрессе.

Выключил.

Наступила тишина.

Вскоре я припарковался у дома и поднялся в квартиру.

Пусто. Тихо.

Прошел на кухню, налил стакан воды. Выпил залпом. Посмотрел на телефон.

Нужно позвонить Дженнифер. Поговорить. Но что ей сказать?

Я стоял у телефона пять минут. Затем поднял трубку. Набрал номер родителей Дженнифер в Огайо.

Раздались гудки. Три. Четыре. Пять. Наконец трубку подняли. Я узнал голос матери Дженнифер:

— Алло?

— Миссис Томпсон, это Итан. Можно услышать Дженнифер?

Пауза.

— Она не хочет разговаривать с тобой, Итан.

— Пожалуйста. Мне нужно поговорить с ней. Это важно.

Снова пауза.

— Подожди.

Шаги. Приглушенные голоса вдалеке.

Минута ожидания.

Затем голос Дженнифер:

— Что ты хочешь, Итан?

Я закрыл глаза.

— Хочу поговорить. О нас. О свадьбе. О том что ты сказала.

— И что ты решил?

Я открыл глаза, посмотрел на пустую квартиру.

— Я люблю тебя. И хочу чтобы свадьба состоялась. Но мне нужно время понять как изменить жизнь. Как найти баланс.

Тишина в трубке.

Затем:

— Сколько тебе надо времени?

— Недели хватит.

Дженнифер вздохнула.

— У нас три недели до свадьбы, Итан. Три недели. Если ты не определишься за это время…

— Определюсь. Обещаю.

— Твои обещания… — Она замолчала. — Хорошо. Неделя. Но если ничего не изменится, свадьбы не будет. Я серьезно.

— Понимаю.

— Я позвоню через неделю. Посмотрим.

— Хорошо.

Она положила трубку.

Я стоял с трубкой в руке, слушая гудки.

Время идет.

Нужно решить.

Работа или семья.

Или найти способ совместить.

Если это вообще возможно.

Ровно в два часа дня я подошел к комнате допросов. Томпсон уже ждал у двери, курил сигару, выдыхая дым в коридор.

— Готов? — спросил он.

— Готов.

— Он молчит третий час. Дактилоскопия, фотографии, формальный обыск, не сказал ни слова. Только смотрит и усмехается. — Томпсон затушил сигару о пепельницу на подоконнике. — Попробуем продавить. У нас достаточно улик для обвинения и без признания, но Холмсу нужны показания. Имена заказчиков, посредники, другие убийства.

— Понял, сэр.

Томпсон открыл дверь. Мы вошли.

Комната допросов размером двенадцать на четырнадцать футов. Бетонные стены окрашены в блеклый зеленый цвет, краска облупилась на углах. Под потолком гудели флуоресцентные лампы, давая холодный белый свет.

В центре стоял металлический стол, поцарапанный и помятый. Три стула, два с нашей стороны, один напротив.

На стуле сидел киллер.

Руки в наручниках, прикованы к стальному кольцу на столе. Цепь длиной фута полтора, позволяла двигать руками, но не дотянуться до нас.

Он сидел расслабленно, откинувшись на спинку стула. Ноги скрещены под столом. Белая рубашка помялась, рукава закатаны. Темные брюки, потертые кожаные ботинки. Темные волосы с проседью взъерошены, на лице щетина.

Лицо жесткое, скулы острые. Глаза серо-голубые, холодные, изучающие. Возраст около сорока, может сорок пять.

Он посмотрел на нас, когда мы вошли. Усмехнулся.

— Агент Митчелл. Наконец-то. — я снова отчетливо услышал восточноевропейский акцент. Не сильный, но заметный. — Ждал вас.

Я сел на стул напротив. Томпсон сел рядом со мной, положил на стол толстую папку с документами.

— Начнем, — ровно сказал босс. — Я специальный агент Джеймс Томпсон, это агент Итан Митчелл. Ты арестован по подозрению в четырех убийствах и покушении на убийство федерального свидетеля. Имеешь право хранить молчание. Все что скажешь может быть использовано против тебя в суде. Имеешь право на адвоката. Понял?

Киллер кивнул.

— Понял. Я хочу встречи с адвокатом.

— Вызовем. Но сначала несколько вопросов. Как тебя зовут?

Молчание. Киллер насмешливо смотрел на Томпсона.

— Назови полное имя, — повторил Томпсон.

— Я требую встречи с адвокатом, — повторил киллер.

Томпсон открыл папку и достал документы. Положил на стол между нами.

— Так, а что это тут у нас? Регистрация на машину. Джеймс Миллер, адрес 247 Маркет-стрит, Уилмингтон, Делавэр. Это твое имя?

Киллер посмотрел на документ, пожал плечами.

— Может быть.

— Может быть? — Томпсон наклонился вперед. — Мы уже проверили. Джеймс Миллер умер в тысяча девятьсот пятьдесят третьем году, будучи младенцем. Свидетельство о смерти в архиве Делавэра. Ты украл личность мертвого ребенка.

Киллер не ответил. Смотрел на стол опустив глаза.

Томпсон достал следующий документ.

— Водительские права Делавэра на имя Джеймса Миллера. Выданы в шестьдесят восьмом году. На фотографии ты. — Положил права на стол. — Адрес тот же, 247 Маркет-стрит. Час назад мы отправили туда агентов. Они сейчас обыскивают дом. Как ты думаешь, Митчелл, что они найдут?

Киллер молчал. Но я заметил как у него на челюсти дернулась мышца. Первая трещина в маске спокойствия.

Я наклонился вперед, положил руки на стол.

— Они найдут патроны. Коробки от «винчестер вестерн».22 LR, те же патроны, гильзы от которых мы нашли на месте преступлений. Найдут оружейные инструменты, масло и ветошь. Может быть найдут записи. Адреса жертв, даты и суммы выплат. — Я сделал паузу. — Или найдут семью. Жену и детей. Они тоже живут по адресу 247 Маркет-стрит? А, нет, в другом месте?

Киллер резко поднял глаза, посмотрел на меня. По-прежнему холодный взгляд, но в нем что-то мелькнуло. Тревога? Злость?

— Не трогайте их, — сказал он тихо.

Томпсон усмехнулся.

— Значит есть кого трогать. Семья. Хорошо, будем знать.

Киллер стиснул зубы и отвернулся.

Я достал из папки фотографии. Четыре черно-белых снимка восемь на десять дюймов. Места преступлений, тела жертв.

Разложил на столе перед киллером.

— Вам знакомы эти люди? Уильям Коулман, бухгалтер, получил две пули в затылок, калибр.22. — Постучал пальцем по фотографии. — А это Дэвид Хенсон, адвокат, тоже два выстрела в затылок. Вот это тоже знакомые лица, Томас Делани, убит в Нью-Йорке двадцать восьмого июня. Ему было пятьдесят три года. Два выстрела в затылок, калибр.22.