Только Атерон стоял прямо, но опустил руку, от чего Суворова оказалась на коленях перед ним. Пальцы продолжали сжимать череп женщины, виднелись окровавленные волосы, но фиолетово-красное свечение исчезло.

Атерон смотрел куда-то на восток, туда, откуда они пришли, и в его фигуре Кирилл впервые заметил какое-то напряжение и беспокойство. Словно он вспомнил, что забыл дома выключить утюг, а теперь почуял запах дыма издалека.

Люди и демоны вокруг начали приходить в себя, зазвякало оружие, послышалось первое рычание, причём невозможно было разобрать, кто рычит громче: люди или иномирцы.

— Что там происходит? — тихо прорычал Атерон, а через секунду с воплем выпустил Суворову.

Его руку пронзил концентрированный луч света, который прожёг запястье, разбивая сустав и уничтожая сухожилия. Точный удар, расчётливый. Такое может только настоящий инженер. И артефактор.

Демон отпустил Суворову, схватил запястье, прижимая к себе. К женщине тут же подскочил Егор Пламенев, который, судя по всему, пришёл в себя, пока остальные дрались друг с другом.

Его обычно прикрытый повязкой глаз сейчас сверкал, как огранённый бриллиант, и из него сыпались тёплые, как солнечный свет, искры. Металлическая окантовка была глубоко утоплена в глазницу, но даже так было видно сияние. Кирилл чувствовал, что внутри глаза Пламенева пульсирует огромная энергия, намотанная на катушку.

— Отходим! — приказал Егор, таща в сторону начальницу.

Артефакторы, заметив, что Суворова больше не в руке демона, начали подтягиваться к Пламеневу, надеясь организованно уйти.

Кирилл оглянулся на Ангелину, которая всё также бессмысленно смотрела перед собой. Ноги парня не держали, но оставаться здесь было смерти подобно. Поэтому, несмотря на невероятную боль в руке и слабость в ногах, он попробовал поднять девушку.

Её глаза затрепетали, она тяжело вздохнула, огляделась. Красивое лицо резко нахмурилось, раздался выстрел Армагедца: она прибила демона среднего роста, который подкрался к зазевавшемуся Кириллу со спины.

— Я много пропустила? —сказала она, опускаясь на асфальт и помогая встать Кириллу.

— Есть немного, но сейчас…

Он не успел закончить, как раздался рык и крик. Обернувшись, Тамбовский увидел, как кровь толчками выходит из живота Егора Пламенева. Он висел над землёй, а когти Атерона вошли ему в спину, выйдя через живот.

— Ты куда-то собрался, глазастый? — просипел высший демон. Люди вокруг замерли и побледнели.

И тут издалека донеслась громкая музыка.

На рынке пахло редькой, потом и металлической окалиной. Поверх всего мешался запах пыльной ношенной ткани, но без плаща с капюшоном людям на демонический рынок соваться не стоило. Если, конечно, не хочешь стать товаром на ближайшем прилавке.

Мы с Хатуром двигались медленно, останавливаясь у различных навесов и лавок, оценивая товар и продавцов. Одетые в накидки с широкими рукавами и разрезами на плечах, они походили на тех торговцев, что я знал ещё в своём первом мире: такие же шумные зазывалы, которые стремились продать максимально паршивый товар за максимально высокую цену.

Но были и другие. Те, кто безразлично смотрел на проходящих мимо покупателей, изредка перекидывался короткими фразами с соседями-торговцами и очень неохотно показывал товар случайным покупателям.

Именно к таким мы и подходили чаще всего. Ведь именно они продавали самые ценные товары, даже если их лоток выглядел максимально дёшево и обшарпанно.

Когда стало ясно, что мой проход домой не сработает, Яростный предложил вернуться назад. Оказалось, что разрыв, который вёл в парк столицы, не закрылся до конца, лишь сузившись до небольшого окна.

А ещё ребята сказали, что оттуда дует холодный ветер. Я сразу понял, что это значит: мой Инъектор держал этот проход, не давая ему закрыться. А если так, то мы сможем выйти через него обратно. Возможно он теперь односторонний, как и тот, что в моём доме.

Оставалась одна проблема: разрыв находился посреди военного лагеря, откуда и началось основное вторжение в наш мир.

Оглядывая очередной прилавок, за которым сидел молчаливый продавец, вяло реагировавший на вопросы Хатура, я подумал: как там дома? Держатся ли военные, удаётся ли сдержать Атерона? Как там Ангелина?

В любом случае нужно поспешить. Потому что загнанная в угол крыса становится опасной. Тем более, если крыса размером с Атерона.

Кефир подставил свою голову под мою руку и я автоматически его погладил. Сейчас лис не скрывался, став размером с крупного волка, доходя холкой до моего бедра. Его сине-рыжая шкурка привлекала внимание, от чего несколько торгашей даже предложили хорошую цену.

За что получили презрительный взгляд от Кефира и грубый окрик от Хатура: именно присутствие Кефариана позволяло мне не привлекать к себе внимание, оставаясь на виду. К тому же мне и говорить не нужно было: моим представителем стал Хатур, а лис — домашним зверем, доказывающим мой высокий статус.

Так что вопросов к моему внешнему виду, плащу и скрытому лицу ни у кого не возникало.

Наконец в дальнем углу нашёлся торговец, который внимательно выслушал гортанное наречие Хатура и кивнул. Из рук в руки перекочевала металлическая пластина редкого металла, которая заменяла здесь по ценности золото, и торговец спрятал её в широком рукаве.

Торговец что-то сказал, Хатур ответил, указав на меня кивком. Демон-торговец вежливо поклонился, не вставая со своей табуретки.

Мы отошли подальше от прилавка, остановились в закутке, где стояли корзины и коробки с едой: местные овощи, крупы и даже фрукты, отдалённо похожие на бананы, только фиолетовые. Работники ряда стояла дальше, с противоположной стороны, разгружая повозку, которая только что плавно прилетела, медленно опустившись на полозья, как у санок.

— Он согласился продать нам по три черки всех металлов, что вы попросили. Атрибутные материалы огня, тьмы и контроля сейчас в цене из-за рейда, — сказал Хатур, тихо объясняя расклад. Черка в этом мире — мера веса, около полукилограмма. — Многие Командоры и высшие используют их для усиления и статуса.

— Что по поводу этого? — я кивнул на металлическую палку в руках демона.

Он щёлкнул когтем по металлу и тот отозвался глухим звоном.

— Это на сдачу, как и атрибут воды. Хотя последний используется хотя бы в морских поездках.

— А свет?

Хатур скривился.

— За такую контрабанду могут свои же сдать, повесив за кишки на воротах города, на потеху птицам. Так что я даже не спрашивал.

Оставалось лишь кивнуть. Получить уникальные материалы, которых не было ни в моём прошлом, ни в этом мире. Материалы, способные усилить восемь из девяти основных атрибутов Дара наполовину и даже больше — слишком уж уникальная возможность. Такую упускать нельзя. И цена не имеет значения.

Откуда у меня местные деньги? Так я же артефактор! Я снял один из пяти атакующих артефактов с Бога войны, и Хатур загнал его по цене, от которой даже у опытного торгаша Яростного волосы встали дыбом.

— Так это же раз в двадцать больше, чем стоит у нас⁈ — удивлялись мы.

— У нас специфические артефакты, их мало, в основном оружие ближнего боя, — терпеливо пояснял Хатур, хотя в его глазах блестела жадность. Он не отводил взгляд от Бога войны и мысленно разбирал его на запчасти, прикидывая, сколько можно заработать

Пришлось его отвести подальше, чтобы он с мысли не сбивался.

— Любая качественная работа, особенно по смежным основным Дарам атрибутам, очень ценится. Так что не удивлюсь, если эта штука окажется в руках очень важного демона уже через пару дней, и он будет хвастаться ею, как трофеем.

В общем, деньги у нас были, поэтому помимо «дешёвого» воздушного металла, мы решили прикупить всякого разного. Какие-то материалы выходили очень дёшево, другие оказывались дороже и требовали времени на поиск. Времени у нас не было, поэтому брали то, что есть, пусть и по завышенным ценам.