— Тут есть демоны?

Хатур кивнул.

— Любой разрыв ценен. — Он ухмыльнулся зубастой улыбкой. — Этот бесполезен, но надо следить. Дар земли у демонов редок, поэтому разрыв закрыт. А вот вы, — он кивнул на Кузьмина. — Сможете уйти незаметно. А шакрим, — он выставил мизинец, — не даст сбежать.

Алексею оставалось только кивнуть.

— Что будем делать дальше? — спросила Роксана, глядя в сторону выхода, который скрывался за удачно упавшим камнем у будто случайно закрывал сидящих внутри пещеры от посторонних глаз.

— Слушать тишину и отдыхать, — ответил демон и закинул руки за голову, прислонившись к стене.

Ровно через минуту тишину демонического утра разрушил невероятный грохот, словно взорвалась земля.

И люди, и демон не удержались и выскочили из пещеры, чтобы понять, что случилось.

Облако пыли поднималось в небо, скрывая детали, а внутри него двигалось что-то массивное, неприятно лязгая на каждом шаге.

Я не стал заезжать на нашу временную базу, и как только сдал Привалова врачам, пересел в другую машину и помчался домой. Кефир, который снова стал невидимым для посторонних, молча сидел у меня на коленях. Я чувствовал, как вибрирует хрипом его тело.

Нас снова раскатали. Нас снова чуть не убили. Мы потеряли друзей и не смогли их вернуть. И даже тот факт, что Атерон был прикован к Инъектору и долгое время не мог нормально нас атаковать, не помогли нам.

Я чувствовал бессилие и злость. Божественных сил не хватало. Артефактов не хватало. Победа ускользала, а мы теряли всё больше и больше, хотя демоны пока не показали даже носа с территории парка. Мы сами удачно об них убиваемся на смех курам и лисам.

Кефир, почувствовав мой настрой, потёрся носом о руку, как обычный домашний зверь. Его рыже-синяя шерсть потускнела, искорки перестали бегать по ней, а золотистые глаза стали мутными. Ему тоже досталось не меньше моего.

Военная машина пронеслась по пустым улицам, на которых лишь изредка встречались прохожие. Бросилась в глаза девушка, которая, зажав в руках розовый Калашников, передвигалась короткими перебежками от подъезда к подъезду. Водитель моей машины проводил взглядом, а потом, уставившись на дорогу впереди, пробормотал:

— Если встречу на обратной дороге — сделаю предложение.

Я хотел прокомментировать, что она скорее ему яйца отстрелит, но решил не нарушать романтический настрой парня.

Мой дом встретил меня тишиной и запахом еды. Молчаливый повар искренне улыбнулся, обнажая порченные временем зубы. Несмотря на такое состояние рта, этот странный мужичок или скорее даже дед умудрялся удивлять.

В этот раз он сделал что-то невероятное из яйца, колбасы, зелёного лука, нафаршировав яйца смесью всего с добавлением домашнего майонеза. Я не планировал тратить время на еду, но запах и «всего один укус» закончились тем, что я целых двадцать минут жевал, не в силах оторваться.

А Кефариан последовал моему примеру.

Ещё по дороге сюда я с телефона водителя отправил сообщение Ангелине, попросил её организовать доставку некоторых вещей. Уже через час после этого начали привозить первые ящики.

Сам я выходить к курьерам не стал, оставив это на повара. Мне нужно было провести последние испытания перед тем, как сделать безумный шаг навстречу неизвестности ради спасения друзей.

Поэтому я использовал Дар, чтобы открыть секретную лестницу и спустился в подвал. Казематы встретили меня ровной прохладой и алтарём, не подающим признаков жизни. Это не помешало мне дать ему каплю крови и Дара, чтобы оказаться в потайной комнате неизвестно где.

Здесь я посмотрел на свой последний проект. Его махина уже нависала надо мной, похожая на застывшего бога войны прошлого. По крайней мере в моём прошлом мире бог войны выглядел очень похоже.

— Пора выводить тебя в свет, — сказал я, после чего полез на верхнюю полку стоящего рядом стеллажа за особой артефактной коробкой, предварительно надев толстые перчатки с высоким содержанием свинца в ткани.

Открыв её, я вытащил наружу тяжёлый тёмный шар с подготовленными серебряными контактами по бокам. Серебряные кругляшки были покрыты рунами и вязью для страховки. Однако пришлось обойтись без контуров — нужна высокая выходная мощность, а контуры слишком чётко её режут.

Стараясь не касаться шара голой кожей, я перенёс его к своему богу войны, кстати, неплохое название, и установил его в отдельном ящике под толстой стальной пластиной.

Как только контакты щёлкнули, влил немного Дара и сказал фразу активации:

— Око Шторма прибыло.

Артефакт передо мной тихонько загудел и засиял лампочками, рунными связками и вязью с контурами.

Кефир появился рядом, с удивлением раскачиваясь на уставших лапках.

— Уже тот факт, что ты сделал полноценный мини-инъектор, как источник питания заслуживает удивления и восторга. Но то, что он лишь батарейка для этого, — лис показал лапой на артефакт, — говорит о том, что ты явно что-то задумал. Что-то грандиозное.

— Мы не знаем, что с ребятами, в каком они состоянии и кто против нас там будет. Так что мне нужна вся мощность, что мне доступна. А лучше — больше.

— А как ты его вернёшь в подвал дома? Думаешь алтарь справится? — забеспокоился Кефир.

— Сейчас узнаем, — вздохнул я.

Нажав на несколько панелей, покрытых закорючками, я заставил артефакт сдвинуться вперёд. Я изначально планировал, что он сможет передвигаться не только с моей помощью, но и благодаря внутреннему устройству. Но даже несмотря на это было что-то чарующее и пугающее, когда махина Бога войны сделала первый шаг.

— Оно живое, — задрожал Кефир, прижимая все четыре уха к голове.

Затем он принюхался. Золотистые глаза начали выражать скепсис:

— Они слишком тяжелое и медленное. Как ты собираешься побеждать с этим демонов?

Я не ответил, а потянулся к алтарю, не отпуская артефакт второй рукой. На всякий случай в этот раз я капнул больше крови и влил больше Дара, надеясь, что алтарю будет достаточно платы.

Темнота и холод перехода продлились дольше обычного, заставляя меня нервничать. Но всё-таки я увидел тусклый свет подвала и как только коснулся ногами пола, медленно опёрся об алтарь. Этот переход забрал много сил.

Алтарь семьи Шторм не фонил энергией, потому что брал её из тех, кто им пользовался в моменте. И если для переноса себя и второго человека или десятка килограммов материалов хватало капли Дара и крови, то для того, чтобы перетащить из одного пространство в другое несколько сотен артефактной конструкции потребовалось гораздо больше.

Я чувствовал себя так, будто весь мой обед, все полученные калории ушли единомоментно, а также взяли с собой компанию из тех остатков сил, что ещё прятались по дальним углам моего тела.

— Надо перекусить, — прошептал я себе под нос. — А то мне даже руку не поднять.

— Рад это слышать, — неожиданно ответил мне голос. Знакомый голос.

Медленно повернувшись, я увидел стоящего у дальней двери со значком птички Петра Меньшикова. Тёмный одарённый, попавший под контроль демонического червя крови, смотрел на меня с лёгкой полуулыбкой, в то время как в глазах таилась неприятная темнота.

— Кефир, не высовывайся, — мысленно приказал я, чувствуя, как мурашки бегут по спине, а волосы на руках встают дыбом.

— Где же твой гигантский лис? — словно прочитав мои мысли спросил Меньшиков. — Я видел, что ему тоже досталось.

— Надеюсь ты подглядываешь за мной только когда я одет? — спросил я с такой же полуулыбкой, как у него.

Меньшиков нахмурился, не понимая.

— Я всё пойму, если ты подсматриваешь за девушками, даже когда они переодеваются, но смотреть на меня — это так себе, — пояснил я, судорожно размышляя, что делать.

— Шторм, — пророкотал он в ответ и в его голосе зазвучала опасность.

Пётр начал разворачивать свой Дар, давить им, и я понял, что наследник Князя Тьмы крайне силён. Несмотря на ранение от демонов и над моим домом.