Зато вместо него навстречу нам вышли два отряда демонов: рукопашного боя и дистанционных магических атак.

— Так, первую часть плана мы выполнили: выманили Атерона или хотя бы часть войск. Что дальше? — поинтересовался Кефир. — Что-то кроме возвышенной смерти, чтобы возродиться затем в балладах. Хотя, чего тебе переживать, — вдруг махнул лапой на меня Кефир.

Я положил руку ему на голову. Так волнуется, что даже не заметил, как его обозвали лисой.

— План простой, как у любого опытного артефактора: надерём им задницы! Пусть потом месяц не смогут сидеть.

— Из-за того, что будет больно?

— Нет. Из-за того, что сдохнут!

Подняв кинжал над головой, я выкрикнул несколько слов. Ощущение опасности накрыло противника, заставив пехоту демонов оглядываться, а магов — сбиваться с подготовки заклинания.

Отлично. Теперь следующий шаг.

— Готов, Кефир?

— Да.

— Тогда — вперёд! — крикнул я, и мы вместе побежали навстречу смерти.

А как ещё иначе описать лобовую атаку на два отряда демонов? Но времени на лишние описания не было: нужно было быстрее переходить к следующей части плана.

Главное, чтобы было кому эту часть плана выполнять.

Анна вцепилась руками в плечи Главы Церберов, с трудом сдерживая подкатывающую к горлу тошноту. Смерть умирал, и она ничего не могла сделать.

С её Даром, обычного человека она смогла бы поднять из предсмертного состояния несколькими движениями. Одарённого — десятком движений и волевым усилием. Любого другого бога — месячной терапией и вливаниями Дара.

Но Смерть был иным. Его тело ещё как-то реагировало на её потуги, но его сила была противоположным полюсом жизни, для которой её Дар — яд.

Сейчас же сгорал именно его Дар. Его остатки.

— Отпусти, — проскрипел старик. Повязка с его глаз упала, обнажая чёрные провалы с фиолетовыми искорками внутри. — Отпусти.

— Нет! Даже не думай!

— Ты же и себя убьёшь! — пытался убедить Жизнь старый бог, но Анна тратила все силы, чтобы удержать хотя бы нити жизни в его теле.

Глава видел, как появляются морщинки на её лице, как седеют шёлковые волосы. Хотел откинуть её, но не мог пошевелиться: все силы уходили на то, чтобы выжить.

Хотя, ему тяжело было это признавать, шансов на это у него не осталось. А если продолжить бороться с упрямством жертвенного быка — утащит за собой и её.

— Прости, — шепнул он наконец, чувствуя, как скользит в руке нить перерождения, которая давно вырвана из «земли» его сущности.

Эту нить надрубили ещё во время войны с людьми, а следующие пятьдесят лет половина его немногочисленных сил уходила на то, чтобы удержать её на месте. А после прихода демонов она окончательно оторвалась от сути, удерживаемая только его волей.

— Прости, — ещё раз сказал он, разжимая пальцы.

— Не смей! — крикнула Жизнь, впиваясь пальцами в его плечи, пытаясь ухватить его ускользающую жизнь.

Но он всё решил.

Анна почувствовала, как мир вокруг неё пропустил удар, как дрогнуло здание Церберов. Как издалека долетели вопли умирающих, тянущих свои когтистые лапы вслед своему владыке. Почувствовала металлическую горечь во рту — не заметила, как прокусила губу.

Потом пришёл холод. Тело существа, которое она любила, мягко обмякло.

Не отпуская рук с его быстро остывающих плеч, Анна упала на колени, повиснув на этих надёжных плечах. Они продолжали держать её даже сейчас, в самый печальный момент жизни.

Только они перестали быть ей опорой.

А затем мир содрогнулся.

Боец из меня всегда был хреновый. Да, за столько лет я овладел основами, изучил стойки и даже смог подтянуть форму этого тела. Но несмотря на это боец я слабый.

Столкновение с боевыми демонами лоб в лоб показало это моментально.

В отличие от прошлых стычек, эти казались кадровыми военными на фоне дворовой шпаны. Атаковали по очереди, прикрывали друг друга, отходили, когда получали ранения.

Мне помогали лишь три фактора. Первым было неожиданное нападение и скорость, причём оба быстро сошли на нет. Даже потеряв нескольких бойцов, они собрались и начали давать отпор.

Вторым была божественная сила. Мои удары, не самые точные и сильные, пробивали тела, оставляя глубокие не заживающие раны. Оставалось только попадать по телам, а это получалось не всегда. Как говорится, смотри первый пункт.

Ну а третьим, понятное дело, были артефакты. Они позволяли выравнивать шансы сразу с двух сторон: увеличивали пробивную силу и обеспечивали меня самой разнообразной атакующей и защитной мощью.

Несмотря на численное превосходство нам с Кефиром удавалось двигаться вперёд, к парку и лагерю демонов.

Кефариан увеличился в размерах и сносил демонов с ног одним-двумя ударами лап. Это их не убивало, но давало мне время и пространство для манёвра. Так что последние три минуты я больше скакал между упавшими и добивал их на земле.

В воздухе пахло озоном, гарью и кислой демонической кровью.

Я пропускал удары с завидной регулярностью. Сферы неуязвимости вспыхивали и гасли после примерно десяти-пятнадцати прямых попаданий. Так что я уже лишился трёх колец и одной защитной пластины, покрывающей меня сплошным коконом на три минуты.

Так себе результаты, честно говоря. Однако, как я говорил, я не боец. Зато в моей голове щёлкали цифры, делались пометки и фиксировались слабые и сильные стороны моих собственных артефактов.

Если выберусь отсюда в этом теле, то будет с чем поработать. Очень хочется учесть свой опыт. Настоящий, боевой.

Разрубая очередного демона дальней атаки, к которому я словно бы случайно выскочил, уходя от атаки демона-пехотинца, я с каким-то удивлением на фоне отметил, что мне нравится это состояние адреналина и боевого ража.

Хотелось рваться вперёд, раздирая противника на куски.

Только мой здравый рассудок пытался напомнить, что в таком состоянии…

Да, я получил особо мощный удар в бок, сфера неуязвимости раскололась, после чего я отлетел на несколько метров в сторону и упал на землю. Удар спиной об асфальт выбил из меня весь воздух, в глазах помутилось, а рука отпустила кинжал.

Надо мной завис мощный, похожий мордой на кабана демон, занеся молот над головой.

— Кушать хочется, — подумал я вслух, но демон меня не услышал и уронил оружие на меня.

— Сгинь, тварь! — прорычал Кефир и всем своим телом навалился на демона сбоку.

Молот по инерции пролетел вперёд, но чуть отклонился и врезался в асфальт рядом с моей рукой. Мелкие осколки покрытия полетели в стороны, больно стуча по груди.

— Добивай! — выкрикнул Кефир, и я едва соображая, выставил перед собой Армагедец.

Белое пламя довершила эту дуэль.

— Какой план был дальше? — спросил у меня Кефир, оглядываясь.

Нас окружили, очень умело и разумно: стояли в два кольца, в шахматном порядке, чтобы не мешать друг другу. Впереди пехота с молотами и мечами, сзади — одарённые дистанционного боя.

Ряды демонам мы, конечно, проредили, но не настолько, чтобы выиграть. К тому же это были только два отряда, а остальные, судя по всему, шерстили территорию парка.

В любом случае, мы навели шороху. Надеюсь, ребятам будет чуть проще проникнуть на территорию и выполнить свою часть плана.

Кольцо сомкнулось, оружие наставлено, но никто не атакует. Видят, что я на земле и встать не могу. Только Кефир огрызается и ходит вокруг меня, как живой щит.

Один из одарённы демонов издал странный звук, что-то среднее между звуком вибрации телефона в кармане и комариным писком.

— Зовёт начальство, — мысленно сказал Кефир.

Голос Атерона прозвучал секунд через десять.

— Закончили?

Снова вибрация с писком.

— Хорошо, добивайте предателя и местного божка. Они теперь только мешают.

Все окружившие нас демоны одновременно улыбнулись, обнажая клыки.

Местный командир зажужжал на новый лад, пехота отшагнула назад, а одарённые вскинули руки, создавая плотные шары огня и тьмы.