Из любопытства Абриль встала и подошла к дверям в конце кухни. Её волнение сменилось тревогой, когда она посмотрела вниз, в кишащий улей, в который превратилась частично раскопанная территория.

В яме было много людей, все в специальной экипировке, закрывающей их с головы до ног, так что видны были только их лица, наполовину скрытые масками. Увидев белые комбинезоны с капюшонами, белые бахилы на обуви и перчатки на руках, Абриль почувствовала угрызения совести. У неё не было никакой защиты, чтобы не запачкать место преступления.

Хуже того, ДНК Лилит была повсюду. Но офицер Питерс и два детектива тоже были без защитных костюмов, – вспомнила она, и немного успокоилась, но теперь, когда её тревога утихла, другие волнения заняли это место. Например, снаружи сновало много народу. Очень много. Слишком много, чтобы сказать, сколько. Она быстро сосчитала про себя. Видимо, недостаточно тихо, – она поняла, когда детектив Делакорт спросил отвлечённо: – М-мм?

— Да ничего. Я просто считала людей, работающих там. Кажется, их много, – добавила она с лёгким беспокойством и взглянула в сторону парковки перед домом. Раздвижная дверь выходила во двор. Она почти не видела подъездной дороги, только передние части одного, двух, трёх…

Оставив позицию у двери, выходящую на яму, она подошла к одному из больших окон, чтобы  рассмотреть подъездную дорожку и парковку. Её лицо побелело от ужаса, когда она увидела множество машин, как легковых, так и фургонов, и на всех была надпись «Полиция Лондона».

— Джина меня убьет, – выдохнула она с тревогой.

Шорох одежды возвестил о приближении детектива Делакорта, когда он присоединился к ней у окна. Тепло его тела подсказало ей, что он стоит прямо за ней. Как и его дыхание у её уха, когда он сказал: – Она не может винить тебя за это. Не ты же закопала тела в саду.

Абриль медленно выдохнула, борясь с внезапным нелепым желанием прижаться к его груди. Вместо этого она слегка выпрямилась и покачала головой. – Нет. Я не закапывала тела. Но теперь весь район, должно быть, знает о чертовшине, которая творится у неё во дворе, и она обвинит в этом меня.

— А на что она надеяться? Ты не можешь запретить или помешать, нам выполнять нашу работу. Это незаконно.

— Верно, – пробормотала она, понимая, что это мало что меняет. Джина расстроится, не обязательно на неё, но точно расстроится из-за того, что возле её прекрасного нового дома закопаны тела. Не говоря уже о том, что полиция уже заполнила подъездную дорожку, и парковалась на улице, выкапывает тела и проводит расследование. К сожалению, Джина выскажет свое недовольство Абриль. К сожалению, это выльется в крики и недовольные вопли, и Абриль будет казаться, что она попала в ад.

— Минутку, – вдруг сказала она, скользнув взглядом по мужчине, несущему несколько больших чёрных пакетов на молнии к месту раскопок. – Он, должно быть, несёт не меньше полудюжины мешков для трупов.

— Да, – согласился Делакорт, в ее голосе слышалось легкое недоумение.

— Но… –  Протиснувшись между ним и окном, Абриль вернулась к раздвижным дверям, чтобы еще раз взглянуть на раскопки. Да. При первом осмотре, она заметила, что люди в яме работают и находят кости по крайней мере в трех разных местах.  

— Боже мой! Сколько же там скелетов? – выдохнула она с тревогой.

Делакорт присоединился к ней и посмотрел на работающих криминалистов.

— Похоже, больше трёх, – тихо сказал он и, когда она сникла, положил руку ей на спину. Нахмурившись, он обеспокоенно спросил: – Ты в порядке?

— Да, я просто… – Её голос затих, когда его рука начала двигаться, нежно массируя её напряжённые мышцы. Это было так приятно. Её напряжение таяло под его умелыми пальцами, ее тело подалось навстречу давлению, пока он массировал её плечи сначала одной рукой, а затем обеими, шагнув ей за спину. Его руки опустились к трапециевидным мышцам, и Абриль услышала собственный стон, когда он начал ласкать ее. Затем он опустил руки по бокам от нее и обнял за талию.

На какую-то минуту она испугалась, что он отстранится и прекратит то, что делал, но затем его руки снова пришли в движение. Поглаживание, однако, стало больше похоже на ласку, и она подняла руки, одной обхватив оконную раму, а другой прижавшись к стеклу, когда его пальцы заскользили вверх по ее бокам, пока кончики их не прошлись по ее грудям, прежде чем снова опуститься к талии.

Мышцы Абриль расслабились под его прикосновениями, но всё остальное, казалось, напряглось. Соски превратились в твёрдые горошины, пальцы ног поджались, а бедра плотно прижались друг к другу в ответ на покалывание, которое возникло между ними под влиянием того, что он делал... и в ожидании большего.

Но, к её большому разочарованию, больше ничего не произошло. Его руки внезапно перестали массировать и ласкать. Вместо этого он просто обнимал её, легко положив руки ей на талию, шевеля дыханием её волосы, а его твердое тело прижималось к её спине и ягодицам.

Глаза Абриль были полуприкрыты, но тут же распахнулись, осознав происходящее. Она так сильно откинулась назад, что упиралась ему в грудь и другие части тела, фактически требуя, чтобы он обнял её.

— Кофе. – Это слово вырвалось у неё с придыханием, когда она заставила себя выпрямиться. Она быстро отошла на шаг. – Я обещала офицеру Питерсу кофе.

— Робертс отнес ему чашку, когда уходил, – сказал ей Делакорт, его голос был глубоким и таким чертовски сексуальным, что вызвал ту же реакцию, как если бы он снова ее ласкал.

Сглотнув, она облизнула губы и заставила себя встретиться с ним взглядом. – Прости. Мне не следовало… –  Абриль резко замолчала, потому что… что она могла сказать? Мне не следовало так сильно наслаждаться твоими прикосновениями, что я прижалась к тебе и возбудилась? Она не могла этого сказать. Так что же ей сказать, чтобы положить конец этой внезапной неловкости?

Лилит привлекла ее внимание, поднявшись на лапы и уставившись на нее, высунув язык и виляя хвостом. Воодушевленная, Абриль сказала: – Я должна вывести Лилит на прогулку.

Она не стала дожидаться ответа, поспешила к Лилит и замерла в нерешительности. Ей придётся надеть на Лилит поводок, пока эксперты не закончат раскопки, и она не знала, где тот находится. Неважно, – решила она. У Джины было как минимум полдюжины поводков. Решив, что потом подумает о том, куда делся предыдущий, Абриль поспешила к шкафу рядом с раздвижными дверями, а затем вернулась к Лилит и пристегнула поводок к ошейнику.

Она вывела лабрадора из кухни и потянулась к ручке, когда Делакорт схватил её за руку, чтобы остановить. Удивлённо обернувшись, она вопросительно посмотрела на него.

— Обувь, – просто сказал он.

Абриль опустила взгляд и увидела, что на ней не только нет обуви, но и носков. Смущённая собственной глупостью, она что-то пробормотала себе под нос и, потянув за собой Лилит, поспешила к большому шкафу напротив входа. Она взяла с собой туфли и кроссовки. Грязные туфли сейчас находились в прачечной. Она наденет кроссовки.

— Не забудь пальто.

Абриль резко выпрямилась.

— Что такое? – спросил Делакорт, заметив её реакцию на его слова, но Абриль не потрудилась ответить, она бросилась через гостиную в коридор, таща за собой Лилит. Не то чтобы ей действительно пришлось её тащить, щенок был более чем доволен новой игрой и радостно бежал рядом с ней, пока Абриль бежала по коридору в прачечную.

Хорошей новостью было то, что стиральная машина закончила цикл. Плохой? Феи стирки не переложили её пальто в сушилку, вместо нее, и не переложили её грязные джинсы и другую одежду с пола в стиральную машину... и теперь пальто было чистым, но мокрым, она увидела это, когда вытащила его из стиральной машины. Она переворачивала его, чтобы убедиться, что не осталось следов грязи, которые потребовали бы повторного запуска стиралки, когда Лилит решила, что с неё хватит прачечной, и бросилась к двери. Неожиданное движение вырвало поводок из её рук. Пальто уже летело на пол, когда рядом с ней появился Делакорт и схватил его, прежде чем она успела осознать, что происходит. Он также держал поводок Лилит, заметила она, поворачиваясь к нему лицом.