— Смею напомнить, что личина на владетеле держится, только пока я рядом, — повторила я свою легенду.

— Сейчас вы напомнили одну особу… Мы успеем, леди Чествик. Если поторопиться, то все усилия Бладсворда, весь риск окажутся бессмысленными. Нужно дождаться, пока Суинфорд прикажет своим людям следовать за ним. Если они не отзовутся, он поймет, что что-то не так, и только мы его и видели.

— Тогда вы оставайтесь здесь! А я пойду к охотничьему домику… — я была полна решимости следовать за Бладсвордом. Внутренняя струна натянулась и дрезбежала.

— Тихо, — вдруг шикнул на меня Бриан.

Я уже не видела того, что происходит на поляне. Как только Райан ее покинул, странное зрение исчезло, и мне приходилось, как и Бриану, полагаться только на передаваемое шпилькой и вид с уступа, который нельзя было назвать четким.

— Какого Проклятого ты меня вызвал? — разгневанно отчитывал Хэмиш Суинфорда. — В чем дело?

— Свенс блажит.

— Пусть блажит. Ему недолго осталось, ты же отдал ему кошель?

— Отдал, но он пока его не трогал. Зато грозится отправить груз на дно реки, если не получит гарантий безопасности…

— Каких гарантий? — не понял Хэмиш. — Какие к проклятому могут быть гарантии потенциальному висельнику? Что ты несешь?

— Не знаю, но его насторожила болтовня Джины, и теперь он хочет встретиться с главным.

— А особняк под Бладсворд-виллем он не хочет?

— Послушай, — в голосе Суинфорда послышались почти истерические нотки. — Если Свенс на самом деле избавится от груза, нам не поздоровится. Аделярну не тот человек, который простит нам срыв своих планов.

— Вот оно! — довольно потер руки Бриан. — Ну хоть один конечный заказчик, а не исполнитель.

— Так оставайтесь и слушайте, — я была крайне раздражена. — Я забираю у вас троих стражников.

— Они за вами не пойдут, — отмахнулся Бриан.

— Это мы еще посмотрим, — фыркнула я и достала кинжал.

— Угрожать им будете? — уголки губ будущего министра дрогнули.

— Не придется.

Я поднялась, отряхнулась и обратилась к Моргану:

— Нам нужна лошадь. И двое бойцов…

Бриан ухватил меня за руку, и я, неправильно расценив этот жест, зашипела:

— Только попробуйте меня задержать! Глаз вы точно лишитесь!

— И не подумаю, — серьезно ответил он мне. — Держитесь ближе к западу. Как только эти двое отправятся в вашу сторону, мы уберем тех бойцов, которых сможем, и придем к вам на помощь.

— Я надеюсь, она нам не понадобится.

— Надежды редко сбываются.

— Слышать ничего не хочу!

И под бубнеж из булавки, передающий краткий пересказ Освальда Хэмишу слов Райана, я покинула место наблюдения.

Морган помог мне спуститься и отвел к лошадям. Я выбрала ту, на которой и приехала, и спустя несколько минут мы выдвинулись в путь. Морган указывал дорогу, потому что я не ориентировалась в незнакомой местности, и слова про запад ночью не говорили мне ровным счетом ни о чем.

Один за одним мы забрали двоих бойцов с их постов и, наконец, смогли ускориться.

Сердце колотилось так, будто я опаздываю.

Я бы сейчас многое отдала за то, чтобы снова видеть Райана.

Но особенное зрение вернулось ко мне только, когда охотничий домик показался между деревьями. И это произошло так неожиданно, что я едва не выпала из седла. Морган удержал меня, когда я покачнулась от внезапного головокружения, вызванного тем, что птица, чьими глаза я теперь следила, перед тем как сесть на ветку, заложила крутой вираж.

Настолько крутой, что меня даже замутило, и все же, каким облегчением было видеть, что Райан невредим.

— Дальше верхом не стоит, — телохранитель вместо меня натянул поводья.

Пришлось послушаться, тем более, что он позволил пешком приблизиться еще, насколько позволяло прикрытие скудной осенней растительности.

Расстояние между мной и Райаном тяготило, но я не должна выдать того, что он не тот, кем притворяется.

И снова ожидание. На этот раз еще более мучительное, потому что теперь у меня не было сведений о планах и передвижениях врага. Гнетущая неопределенность заставляла меня нервничать все сильнее, я неосознанно скребла по коре молодой осинки, к которой прислонилась, и оставляла на стволе насечки от вновь проступивших когтей.

И когда на спустя долго время, а небо уже понемногу начало терять глубину своего темно-синего цвета, на поляну вышел Суинфорд, я поняла, что сейчас решится все.

Разобрать, что говорят, мне не удавалось. Птица сидела слишком далеко.

Ну давай же! Давай! Ближе!

Не уверена, что это произошло моими усилиями, но мой наблюдатель все-таки поменял дислокацию и устроился на крыше охотничьего домика.

— … я же сказал, один можете не приходить, — недовольно хрипел Бладсворд, подражая манере Свенса. Он демонстративно бросал метательный нож в крышку сундука, показывая, что тот теряет для него свою ценность.

— Мне нужно было убедиться, что ты не устроил засаду. Только я все равно никак в толк не возьму, какие гарантии тебе нужны. Не такой уж ты дурак, чтобы не понимать, что, чем меньше ты знаешь, тем больше у тебя шансов прожить еще пару лет.

— А это мое дело. И говорить я буду с главным. Я догадываюсь, кто он, и знаю, чего хочу.

— Что ж, — развел руками Суинфорд.

И из тени выступил Хэмиш.

Райан в этот момент как раз совершал еще один бросок, и взгляд лорда мгновенно приковался к нему.

— Ты идиот, Освальд! Это Бладсворд! Тебя обвели вокруг пальца!

Предчувствие неминуемой беды сжало сердце стальными пальцами.

— Быстро ты понял, — Райан расправил плечи, и я сняла с него личину, явив всем владетеля.

Бойцы Бладсворда достали мечи, хотя сам он вел себя так, будто никакой опасности нет.

— Недостаточно быстро, — сплюнул Хэмиш. — Надо было сообразить еще тогда, когда этот идиот, — он кивнул головой в сторону Суинфорда, — сказал, что Свенс знает, что главный таможенник Ратоннари — племянник князя. Он ведь негласно занимается этими вопросами, чтобы его не отравили, как предыдущего чиновника. А на посту числится подставная фигура. Это прокол, Бладсворд…

Мне хотелось закричать, потому что я видела, как, повинуясь свисту Освальда, выступило четверо его людей.

Я понимала, что Хэмиш тянет время. Вот только для чего?

— Согласен, но твой подельник не спохватился. Стоило выбрать кого-то поумнее. А теперь у тебя нет выхода.

— Выход всегда есть. Иногда неприятный, часто невыгодный, но он есть. И если ты думаешь, что я не вижу лучника, то ты ошибаешься. Если ты меня отпустишь, я скажу тебе, где леди Чествик. Пока ты тут потрясаешь железками, твой шанс остаться в своем уме тает с каждой минутой.

Он тянет, потому что уверен, что у Бладсворда все еще есть крылья, поняла я. Хэмиш же в курсе того, чем я являюсь для Райана, знает о ритуале. Наверняка Мэри оставила потомкам сведения о нем. Я бы точно так поступила. И теперь, если достать Бладсворда он не может, то остается только справляться с его воинами. Но даже если Хэмиш положит всех, лучник может успеть выстрелить.

— Это твой метод, да? Брать заложников? Сколько семей? Четыре? — в голосе Райана звучало неприкрытое презрение.

— Это всего лишь плебеи. Их жизнь ничего не стоит, — отмахнулся Хэмиш. — Но если они тебе интересны, то можем поторговаться.

— Торговаться? С тобой? Я даже не уверен, что эти люди живы.

— Живы и ближе, чем ты думаешь…

На долю секунды лорд посмотрел куда-то за спину Бладсворда, но я там ничего не увидела. Райан, если и заметил этот взгляд, то все равно не стал поддаваться на эту тонкую провокацию.

И этот момент Суинфорд счел подходящим для атаки. Мне показалось, что я снова провалилась в воспоминание безжизненного тела Тоби. Земля задрожала, поверхность вспучилась и погнала стремительную волну, повалившую одного из воинов, но тот успел сгруппироваться и откатиться, прежде чем его засыплет.