— А Конфедерация? — нарочито равнодушно поинтересовалась я.

— Станхейм… вы же оттуда, леди Честик? Так вот Станхейм полностью перенял уклад Королевства, а вот Бладсворд и Кроуфолд живут по-старому, несмотря на внешний налет цивилизации и прогресса. Да вы и сами, наверное, заметили.

— Пожалуй, — кивнула я. — Только вот я не совсем понимаю, что значит по-старому. Традиции здесь соблюдаются, это верно. Но разве вассальные узы сами по себе не противоречат укладу того же Бладсворда?

— Противоречат, вы правы, леди, — улыбнулся Бриан. — Я потратил довольно много времени, чтобы изучить этот момент.

— И зачем же вы его изучали? — я опустилась в кресло напротив, приготовившись послушать лекцию.

— Надеюсь занять пост министра внешней политики.

— Небезосновательно надеетесь?

— Совершенно верно.

— Так что же вы обнаружили в своих изысканиях?

— Обнаружил, что в Бладсворде, как обычно, все вывернуто наизнанку, чтобы скрыть истину. Вассальные узы в здешних землях — не совсем то, что мы привыкли под этим понимать. Слишком много нюансов в ритуалах. Начало у них одинаковое, а вот дальнейшее зависит от сонма деталей, факторов и даже внутренней тяги Истока.

— Ничего не поняла, — честно призналась я.

Бриан наморщил лоб:

— Как бы так объяснить, чтобы не пришлось вдаваться в неприличные примеры. Исток — всегда мужчина, ну вы знаете, — я понятия об этом не имела, но предпочла сделать вид, что для меня это не тайна. — Если связуемый ритуалом — женщина, существуют разные варианты того, как пройдет ритуал. Если эта женщина — обладатель качеств, вызывающих у Истока уважение, вариантов становится еще больше. Если объект ритуала вызывает страсть… Тут уж, что победит в сущности Истока.

— А объект может противостоять? И почему объект? Я думала, это равноправный участник ритуала? — вопросы сыпались из меня.

— Зависит от статуса обоих участников. Некоторые статусы позволяют быть равноправным участником, а значит, позволяют и противостоять, и изменять ритуал, но только в отношении образующейся связи. Цель, конечно, поменять невозможно.

— Статус, надо полагать, не имеет отношения к положению в обществе, — задумалась я. Древние ритуалы берут свою историю тогда, когда иерархия общества была намного проще и опиралась она на личные достижения.

— Совершенно верно.

— И как понять, в каком статусе ты участвуешь в ритуале?

— Для начала требуется ли твое согласие вообще. Один из самых высоких статусов требует троекратного подтверждения согласия при свидетелях. Ну и особняком стоят наследники древней магии. Потомки тех, кто уже обращался к конкретному ритуалу. У них иммунитет.

Сдержанное покашливание прервало нашу познавательную беседу.

Я перевела взгляд на двери библиотеки, где, вызывая у меня нервный тик, ожидал, пока на него обратят внимание, Соткинс.

Его, что, натаскивали, чтобы он появлялся в самый неподходящий момент?

И то, что его прислал Бладсворд, никак слугу не оправдывал.

Жаль только, пришел Соткинс не по мою душу. Оказалось, что Райану нужен был мой собеседник.

Бриан вышел, а я в задумчивости отправилась искать те самые полки, на которых вчера оставила книги, в которых говорилось о ритуалах и церемониях.

Бродя между стеллажей, я поражалась тому, сколько же книг в домашней библиотеке Бладсвордов. Многие из них выглядели очень старыми, даже древними, я бы не решилась даже взять их в руки.

Наконец обнаружив искомое, я вытянула учебники, собираясь с пользой провести время, и вдруг мой взгляд упал на картину на стене.

Странно. Место для живописи было совсем не подходящим.

Я подошла ближе к портрету мужчины.

Я его узнала.

Это был определенно Коннор-Ястреб. Да, художник изобразил его чуть более смазливым. К тому же, здесь владетель был явно моложе, чем в тот период, когда его видела я. И все же это был он.

Зачем его портрет повесили в дальнем углу?

Он не так уж плох.

Краски сохранили свою яркость, только вот рама немного перекосилась.

Я протянула руку, чтобы выровнять картину, но едва я коснулась резного дерева, как кожу обожгло холодом. Из-под пальцев вырвался клочок белого тумана, заставив меня отшатнуться и онеметь, потому что мне показалось, будто это было призрачное лицо.

Силы Небесные!

Но ведь призраков не бывает! Это знают даже дети!

Единственная потусторонняя сущность, доступная нам, — это дух покойного, но он ни во что не вселяется! И вообще, это крайне хрупкая и недолговечная субстанция! Даже в големы некроманты вселяют магически управляемый энергетический кокон!

Что это было?

Я всегда была трусихой, но сейчас любопытство возобладало над страхом.

Я повторила свой эксперимент, и на этот раз подобный туманных сгустков вылетело много. Присмотревшись к ним, я поняла, что это обычная иллюзия. А необычным было то, что эти сгустки кружили вокруг портрета.

Отложив книги на ближайшую свободную полку, я обследовала стену, но не обнаружила ничего особенного. Последней надеждой было, что я что-нибудь найду под картиной. Ведь не просто же так рама перекосилась. Скорее всего, ее кто-то двигал.

Стоило мне сместить полотно в сторону, как я услышала справа от себя шорох. Прямо на моих глаза обитая тканью панель отъехала в сторону, открывая темный зев прохода в потайное помещение.

Я зажгла магсветлячок, затрепетавший у меня на кончике пальца.

А если, эта дверь закроется?

Прежде чем заглянуть внутрь, я для собственного спокойствия закрыла и снова открыла панель. Выходило, что механизм не должен был подвести.

Я подозревала, что никакого секрета в назначении этой комнаты нет. Обычное подсобное помещение, но все же… Мне еще никогда не встречались потайные комнаты, и я поддалась любопытству.

Магсветлячок разбросал свои лучи по абсолютно скучному пустому помещению. Каменный мешок, в котором ничего не было, кроме покрытого пылью стола, заставленного канделябрами с прогоревшими свечами.

Слегка разочарованная я уже собиралась вернуться в библиотеку, как вдруг услышала голос Райана.

Он был такой отчетливый, будто Бладсворд находился прямо рядом со мной.

Сначала я растерялась, но потом сообразила, что эта стена отделяет библиотеку от кабинета владетеля. Я даже вспомнила, как впервые умудрилась подслушать разговор Бриана и Райана в свой первый день в Бладсворд-холле.

Вероятно, вторая панель тоже отодвигалась, при необходимости позволяя владетелю перемещаться, минуя коридоры.

— Они хотели меня обмануть, подсунув вещь Энн.

— Но у них ничего не вышло, — констатировал Бриан. — Тебе не кажется, что ты слишком много внимая уделяешь это птичке?

— Не твое дело.

— Тебя перекосило, будто у тебя болят все зубы разом. Разумеется, это исключительно тебе решать. Если ты согласишься на предложение Эдуарда, думаю, Дивона отнесется с пониманием к твоим слабостям. Она как никто прекрасно понимает, что такое политический союз.

Дорогие читатели! Сегодня кусь совсем небольшой, но я физически отключаюсь. Завтра продолжим с этого же места.

— У меня уже есть невеста, — ровно ответил Райан.

Что он делает? Зачем отказывается?

Наша помолвка временная!

Я даже уже придумала причину, по которой мы ее разорвем! У меня новая сила, и я должна буду ее осваивать! В Лидванской академии!

А если Эдуард обидится на отказ? Я где-то слышала, что он очень трепетно относится к сестрам. Конфликт с Королевством не нужен ни землям Бладсворд, ни Конфедерации в целом. Даже если бы речь шла не о фиктивной помолвке, а о настоящей. Я бы ни за что не хотела, чтобы из-за меня пострадали люди. Я бы никогда на это не пошла.

Едва эта мысль успела у меня сформироваться в голове, как я ощутила, что боль между лопаток возвращается.