Где-то невдалеке послышался разноголосый лай собачьей своры.

— Они возвращаются, надо поторопиться.

Собственно, в просвете между деревьями уже виднелась поляна. Полсотни шагов, и мы на месте.

Бладсворд сделал знак одному из парней, и тот молча растворился в кусах.

— Куда он?

— Приведет маму. Только, пожалуйста, Энни, больше никакой самодеятельности, хорошо? Не заставляй меня принимать меры, — строго выговаривал мне владетель, будто я была шкодливой малявкой. Да я даже в детстве не позволяла себе шалостей. Чтобы не отхватить линейкой.

— К-какие меры? — ошалела я, почему-то представив Бладсворда без рубашки и с указкой.

— Если ты свою деятельную натуру не уймешь, я найду, чем тебя занять. Мне понравится, насчет тебя не уверен, — фыркнул владетель и, заметив, как я покраснела, одобрительно добавил: — Все-таки ты и впрямь не такая скучная, как прикидываешься. Я имел в виду вышивку в башне, если что. Но твой вариант готов тоже рассмотреть.

Он неисправим!

Бывают ли вообще владетели, поддающиеся воспитанию?

Появившаяся буквально через пять минут леди Синтия с тревогой посмотрела на сына. Как мать, она не могла не переживать из-за его ранения.

Впрочем, мне удалось эффективно ее отвлечь, хоть и сделала я это не специально.

Я все еще держала кинжал в руке, не представляя, как в окружении мужчин спрятать его теперь под одеждой, да и, честно говоря, делать этого после всего произошедшего не очень хотелось. Однако и размахивать немаленькой и весьма опасной игрушкой было неуместно. Кроме того, нарушало правила этикета, так что предпринять что-то было нужно.

Скрепя сердце я предложила Бладсворду временно забрать кинжал назад, но он категорично отказался и даже, как будто рассердился.

— Леди Чествик, — в присутствии матери владетель обратился ко мне в официальной манере, — я настаиваю, чтобы вы держали его при себе.

Именно в этот момент леди Синтия заметила клинок, и брови ее поползли вверх.

— Даже так? — удивилась она и посмотрела на меня оценивающе, отчего мне стало не по себе.

Ничего не придумав лучше, я набросила на кинжал простенькую иллюзию, превращая его для всех в сложенный веер. Не самое удачное решение, но иного мне в голову не пришло.

Когда Бладсворд испарился, оставив меня на поруки матери, я попыталась успокоить леди, что с ее сыном все в порядке, и ранение неприятное, но не опасное, на что она вдруг хмыкнула:

— Да, я уже поняла, что у моего сына далеко идущие планы. Судя по всему, он себя чувствует очень живым.

К моей досаде, большего она мне не пояснила, но улыбалась весьма загадочно.

Наше появление на поляне совпало с возращением первых охотников и их псов, они довольно галдели и подняли довольно сильный шум, началась суета, и, кажется, только я заметила, как в этот веселый переполох незаметно влились темные фигуры телохранителей Бладсворда.

Леди Синтия увлекла меня под один из навесов.

— Только ничего не ешьте и не пейте, — торопливо предупредила я ее.

Она едва заметно кивнула, показывая, что услышала меня.

Но что делать с остальными? Близилось время обеда, и скоро все сядут за накрытые столы. Аппетит у меня пропал совсем, но ведь кто-то кроме меня мог пострадать! Для моей совести и одного Тоби было более чем достаточно, чтобы отяготить ее.

Впрочем, когда через некоторое время на поляну верхом въехал Бладсворд в сопровождении Бриана, оказалось, что его подручные уже разобрались.

Гость из Королевства подошел к нам засвидетельствовать почтение и между делом незаметно передал мне записку, которую мне удалось прочитать чуть позже, пока все столпились вокруг охотничьих трофеев. Я смотреть не пошла.

С меня на сегодня хватит смертей.

Я пробежала глазами по строчкам. Владетель сообщал, что проблема устранена, питье и еда обезврежены, но на всякий случай меня настоятельно просили не есть ничего ягодного.

Это было странно.

И пугало еще сильнее.

Бриан довольно долго оставался подле нас и, видимо, выполнял просьбу Бладсворда. Он то и дело окликал кого-то из мужчин, те были вынуждены подходить к нам и перебрасывать вежливыми фразами. Я вслушивалась в голоса, стараясь понять, не принадлежит ли один из них таинственному Освальду.

Один из лордов сам подошел к нам.

Импозантный, ненамного старше владетеля, но с ранней сединой на висках, он, казалось излучал добродушие, но после первых же его слов, меня мороз пробрал.

— Я еще не приветствовал самых красивых леди в этих землях, — широко улыбнувшись, лорд начал с комплиментов.

Это был тот самый Хэмиш, который устроил покушение.

Поцеловав воздух над пальчиками леди Синтии, он повернулся ко мне.

Я старалась удержать лицо и выглядеть приветливо, но, сдается мне, я не смогла его обмануть.

Лорд Хэмиш, взявший в свою руку мои дрожащие ледяные пальцы, напрягся. И во взгляде его, брошенном на меня, я увидела ярость.

Лорд Хэмиш меня определенно пугал.

Я еле удержалась от того, чтобы не вырвать свою руку из его. Цепким взглядом он буквально ощупывал мое лицо, порождая у меня желание съежиться. Я несомненно тоже вызывала у лорда сильные эмоции. Несмотря на улыбку, в глазах его смешались злость, досада и некая решительность, которая не предвещала мне ничего хорошего.

Хэмиш говорил что-то дежурное, но все слова его пролетали мимо моих ушей. Мне было страшно рядом с ним. Я неосознанно старалась увеличить расстояние между нами, и это привело к неожиданным последствиям.

Сделав шаг в сторону леди Синтии, я запнулась, и прежде чем Бриан успел протянуть мне руку, меня поддержал лорд Хэмиш. Я вынужденно ухватилась за его ладонь.

Видимо, из-за сильных переживаний и неоднократного использования дара моя чувствительность была на той грани, когда специально сосредоточиваться уже не требовалось.

Попавший мне под пальцы перстень лорда буквально сразу развернул передо мной воспоминание. Слава Покровителю, прикосновение было достаточно коротким, что не позволило мне провалиться в транс полностью, отключившись от внешнего мира, но то, что я успела увидеть, отпечаталось намертво.

Я на мгновение стала свидетелем того, как лорд Хэмиш целится из арбалета. И на мушке у него была вовсе не я, а Бладсворд.

Или я чего-то не понимала, или получалось, что лорд решил воспользоваться ловушкой на меня для того, чтобы убить владетеля.

Пока я приходила в себя от этого мимолетного видения, Хэмиш покинул нашу компанию и присоединился к другим гостям. Больше он ко мне не приближался, но меня не покидало ощущение постоянного взгляда в спину.

— Вы в порядке, дорогая? — спросила меня леди Синтия. — Вы сильно побледнели.

— Мне немного не по себе, — слегка приуменьшила я свое состояние, отчаянно стискивая рукоять кинжала, прикрытого иллюзией.

Бриан, который, по всей видимости, был насколько-то в курсе происходящего, предложил:

— Вон тот шатер вполне защищен. Я думаю, вам стоит перевести дух, — и добавил с ноткой уважения: — Вы держитесь просто отлично, но передышка не помешает.

Я посмотрела в указанном направлении. Возле шатра и в самом деле прогуливались двое телохранителей Бладсворда, полог был поднят, и внутреннее пространство просматривалось отлично.

Я благодарно кивнула и позволила себя проводить, впрочем, мучимая виной леди Синтия составила мне компанию.

— Вы нервничаете, — проницательно заметила она, когда мы расположились на укрытых пледами скамьях.

— Мне нужно сообщить лорду Бладсворду нечто важное. Это довольно срочные сведения, но приватные. И пока я не вижу возможности это сделать, — призналась я. — Это меня тяготит.

Миндалевидные глаза леди Синтии были полны спокойствия, и я не решилась его поколебать сообщением, что ее сына хотят убить. Если ей и полагалось это знать, то я малодушно переложила миссию по ее просвещению на плечи Райана.