Я работала с другой участницей, Марией, но не могла не замечать, как Лиам постоянно бросал взгляды в нашу с Анри сторону. Когда занятие подошло к концу, и люди начали расходиться, Анри задержался возле меня.

— Надеюсь, мы еще пообщаемся, Рейвен, — сказал он, доставая визитку из кармана рубашки. — Если захочешь узнать, что такое настоящая французская кухня, просто позвони. Обещаю вечер, который ты не забудешь.

Его предложение было настолько прямым, что я даже не сразу нашлась с ответом. Я взяла визитку, чувствуя на себе прожигающий взгляд Лиама, который замешкался у выхода.

— Спасибо, но я не могу, — ответила я. — Этические нормы не позволяют мне встречаться с участниками программы.

— Ах, этические нормы, — он улыбнулся. — Какая жалость. Впрочем, программа не вечна. Может быть, когда-нибудь…

— Доктор Хантер ищет тебя, — внезапно произнес Лиам, оказавшись рядом с нами. — Что-то насчет твоего расписания.

Я благодарно кивнула, даже не уверенная, правда это или нет, и поспешила к доктору Хантер. Бросив взгляд через плечо, я увидела, как Лиам и Анри обменялись еще несколькими фразами, прежде чем выйти из кабинета.

Поговорив с Хантер, я попрощалась со всеми и поспешила к выходу. Хотелось воздуха и тишины перед занятиями в колледже — выдохнуть, собрать мысли, освободиться от тяжести чужих откровений.

Осеннее солнце коснулось моего лица, когда я вышла на улицу. И в тот же момент до меня долетели звуки — резкие, надломленные. Голоса, в которых вибрировало что-то первобытное, опасное.

Я свернула за угол центра — и застыла, словно время остановилось.

Лиам прижимал Анри к стене. Одной рукой он вцепился в воротник его дорогой рубашки, вдавливая его в кирпич, будто хотел стереть в пыль. Лицо Лиама было искажено яростью — той самой тёмной, опасной, которую мы разбирали на сессиях.

— Ты, блядь, слишком много на себя берешь, — голос Лиама звучал низко, с хрипотцой, от которой по коже бежали мурашки. — Думаешь, можешь так разговаривать со мной?

Анри, даже прижатый к стене, сохранял самообладание, которое граничило с дерзостью. Его губы изогнулись в ухмылке — красивой и опасной одновременно.

— А что, задело? — выдохнул он. — Привык, что все вокруг кланяться?

Рука Лиама взметнулась вверх, и я почувствовала, как время растягивается. Его кулак замер в воздухе — красивый, смертоносный.

— Стойте! — мой голос прозвучал неожиданно громко в напряженной тишине.

Они обернулись одновременно. Две пары глаз уставились на меня. От их взглядов перехватило дыхание.

— Вы что творите?! — я подошла ближе, чувствуя, как мое сердце колотится о ребра. — Вы в десяти метрах от центра. Камеры. Охрана. Вам мало проблем?

Лиам медленно повернул ко мне голову. На его лице появилась холодная, пугающая ухмылка, от которой меня прошиб озноб.

— Отчитывать меня вздумала? — его голос опустился до опасного шепота, вкрадчивого, как шорох ножа по шелку. — Смотри, Рейвен, куда лезешь.

Странно, но его угроза, вместо того чтобы напугать, зажгла во мне упрямый огонь. Адреналин пульсировал в венах, делая мысли кристально ясными.

— Я не лезу, я констатирую факт, — во мне поднималась злость, перекрывающая страх, заставляя щеки гореть. — Ты словно забываешь, где находишься. И чего здесь пытаешься достичь.

— А ты забываешь, с кем разговариваешь, — Лиам сделал шаг в мою сторону, сокращая пространство, между нами, до опасного минимума. Его присутствие было почти физически ощутимым. — Думаешь, если ведешь наши сессии, то можешь указывать мне, что делать?

— Нет, я думаю, что человек, который работает над своими проблемами с гневом, не должен душить людей у стены центра, — слова вырвались прежде, чем я успела их обдумать. — Это, знаешь ли, несколько противоречит всему, над чем мы работаем.

Он сверкнул глазами. На секунду мне показалось, что он сейчас действительно взорвется. Его челюсть напряглась, желваки заиграли под смуглой кожей, а дыхание стало тяжелым, рваным. Я видела, как в нем борются противоречивые импульсы — желание оборвать меня, заставить замолчать и осознание, что я права.

Наконец, с приглушенным рыком, он резко оттолкнул от себя Анри, который все это время молча наблюдал за нами, прислонившись к стене с нарочитой небрежностью, словно происходящее его совершенно не касалось.

— Пошли вы все к черту, — бросил Лиам, разворачиваясь к своему безупречному черному Мерседесу.

Я почувствовала, как что-то внутри меня сжимается и саднит, хотя логически я понимала, что не должна принимать его гнев на свой счет.

Лиам дернул дверь машины с такой силой, что казалось, петли не выдержат, упал на водительское сиденье и с визгом шин сорвался с места, оставляя после себя лишь облако выхлопных газов и ощущение недосказанности.

Я стояла, глядя вслед исчезающему автомобилю, ощущая, как напряжение медленно выходит из моего тела, оставляя после себя странную пустоту. Руки подрагивали от адреналина.

— Не бери в голову, — голос Анри вернул меня к реальности. Он приблизился, поправляя помятый воротник рубашки с таким видом, словно ежедневно оказывался прижатым к стене разъяренным психопатом. — Наш Лиам просто не привык, что кто-то смеет ему перечить.

В его тоне слышалась какая-то интимная фамильярность, будто мы с ним теперь делили какой-то секрет.

— Ты в порядке? — спросила я, пытаясь переключить внимание с себя и своих бурлящих эмоций.

— О, не переживай, — Анри небрежно провел рукой по волосам, приводя их в идеальный беспорядок.

— Все равно это было… — я покачала головой, не зная, как назвать произошедшее.

— Брось, все нормально, — Анри приблизился еще на шаг. — Скорее, это я должен спросить, как ты. Не каждый день оказываешься между двух огней.

Но у меня не было ни желания, ни сил продолжать этот разговор. Эмоциональное истощение накатило внезапно, как волна.

— Мне нужно идти, — я отступила назад, избегая его пронзительного взгляда. — У меня занятия в колледже. И честно говоря, мне нужно проветрить голову.

Он выглядел так, словно хотел что-то добавить, но просто кивнул, принимая мое желание уйти.

— Конечно. Еще увидимся, Рейвен.

Мое имя на его губах звучало иначе, чем у Лиама — мягче, с легким акцентом, но почему-то не вызывало такого же трепета.

Я направилась к остановке, чувствуя на себе его взгляд, пока не скрылась за углом. Утреннее солнце больше не казалось таким ярким, а воздух — таким свежим. Голова гудела от мыслей, эмоций и непонятной тревоги.

В колледже я двигалась на автопилоте. Записывала лекции, отвечала на вопросы преподавателей, но мыслями была далеко. Перед глазами снова и снова всплывала сцена утреннего противостояния — яростное лицо Лиама, его сжатый кулак, готовый обрушиться на Анри, и этот взгляд, которым он смотрел на меня перед отъездом. Взгляд, в котором было что-то большее, чем просто гнев.

— Земля вызывает Рейвен, — голос Лукаса вырвал меня из задумчивости, когда мы сидели в университетском кафе после занятий.

Я моргнула, фокусируя взгляд на его лице. Лукас выглядел обеспокоенным, его светлые волосы были взъерошены, словно он постоянно запускал в них пальцы — верный признак его нервозности.

— Прости, — я попыталась улыбнуться. — Тяжелое утро.

— Я вообще-то уже минут пять пытаюсь извиниться перед тобой, — он слабо улыбнулся. — За тот вечер в клубе. Я вел себя как идиот.

— Все нормально, Лукас, — я отмахнулась, отпивая остывший кофе. — Давай закроем эту тему. Не хочу больше об этом говорить.

— Но я хочу, чтобы ты знала…

— Лукас, — я прервала его, чувствуя, как раздражение подступает к горлу. — Мне уже тошно от этих разборок. Серьезно. Мы друзья, ты напился, сделал глупость, я не держу зла. Точка.

Он выглядел так, словно хотел продолжить, но, увидев выражение моего лица, просто кивнул.

— Ладно. Как хочешь.

Остаток дня прошел в похожем тумане. Я механически выполняла задания, участвовала в групповых обсуждениях, но внутри чувствовала странное беспокойство, словно что-то маячило на горизонте, что-то неизбежное.