– Это потому что Эдем сюда еще не добрался, – буркнул Гром и демонстративно плюнул в траву. Плевок блестящей каплей скатился по ярко‑зеленому стеблю и исчез в земле. – Но он над этим работает.

Его слова повисли в воздухе тяжелее, чем хотелось. Все мы знали: если Эдему понадобится, очень быстро эта улица превратится в еще одну Рощу – с хищными лианами, спорами и прочей дрянью. И никакая зелень тут уже не будет нормальной.

Мы шли молча. Только Шило иногда порывался что‑то сказать, но тут же замолкал, разглядывая кусты и проваливаясь в свои мысли. Ворон шагал сосредоточенно, не опуская автомата – словно ждал подвоха из любой тени.

Я в очередной раз оглядел окрестности. «Скат» молчал – ни мехов, ни мутантов. Вообще ничего. Но это почему‑то не успокаивало. Напротив – чем чище вокруг было, тем тревожнее становилось.

С момента выхода из убежища прошло почти два часа, и я уже почти поверил, что мы вот так вот прошагаем сквозь руины до самого утра, пока не выйдем к очередному временному убежищу, когда идущая впереди Лиса вдруг остановилась, подняв сжатый кулак. Мы замерли, занимая круговую оборону и ощетинившись стволами. Я прислушался: где‑то впереди слышался монотонный вибрирующий звук. Активация «Ската» не дала ничего: по‑прежнему чисто. Лиса медленно, пригнувшись, пошла вперед. Мы двинулись следом.

Постепенно шум нарастал – и в какой‑то момент мне удалось его распознать. Вода. Так шумит вода. Происходи дело где‑нибудь в другом месте, я бы решил, что неподалеку низвергается небольшой водопад. Реальсность оказалась несколько прозаичнее.

Дорога вильнула и вывела нас на край настоящего ущелья. Асфальт здесь разошелся, будто его разорвали гигантскими руками. Края обрывались резко, словно обломанные зубы. Внизу шумел поток – бурый, мутный, бьющийся о корявые зубы обломков бетона и ржавых кусков арматуры. Откуда там взялась вода – черт ее знает. То ли грунтовые воды, то ли старые коммуникации прорвало, то ли все вместе.

Я присел на корточки у края и глянул вниз. Поток с ревом мчал в темноту, куски пенопласта и деревянные балки неслись вперемешку, сталкивались и исчезали в темноте. Запах сырости и ржавчины ударил в нос.

– Красота, – хмыкнул я. – Прямо курорт.

Остальные моего веселья не разделяли.

– Обходить будем? – Шило нервно косился вниз. Ну да. Ширина тут метров десять, наверное, да и глубина не меньше. Гранд‑Каньон, мать его… И откуда только здесь взялся? Впрочем, учитывая тот ад, что здесь творился несколько лет назад…

– Сейчас посмотрим, – пробурчала Лиса. Скинув рюкзак, она щелкнула клапаном и достала небольшой дрон‑разведчик. Аккуратный, маленький, с ладонь размером, с пропеллерами, обмотанными грязной изолентой. Гром покосился на Лису, но ничего не сказал. Девушка извлекла из кармана коммуникатор, пробежалась по сенсору пальцами, поключая гаджет к дрону, и через пару секунд тишину дрон, взвыв пропеллерами, резво стартовал вверх.

Дрон взмыл на несколько десятков метров, качнулся, прошел вдоль ущелья, поднялся выше… Лиса, смотрящая на экран коммуникатора, хмурилась.

– Далеко тянется. Несколько километров. И не факт, что обойдем с той стороны… Разлом упирается в руины, на карте там отметка радиации. Активное пятно, высокий фон… – дрон вынырнул из темноты, снижаясь, Лиса ловко подхватила его на ладонь, отключила питание.

– В общем, не вижу смысла. Нужно перебираться.

– Ну охренеть теперь, – процедил Ворон.

– Разговорчики! – буркнул Гром. Он снял рюкзак, поставил рядом, критически оглядел ущелье. – Деревья повалим. Трос с блоками есть. Переправимся.

– Отличный план, – пробормотал Шило, явно не в восторге от предстоящей переправы.

– Есть получше? – Гром уставился на него, и тот замолчал. – То‑то же. Давайте искать деревья. Раньше начнем – раньше закончим.

Мы разошлись по окрестностям. Отыскать деревья подходящей длины, которые окажутся под силу нашим легким инструментам было не сложно, но все‑таки, не прошло и часа, как четыре умеренно толстых ствола подходящей длины, скрепленные веревкой, образовали шаткий, кривоватый, и, если честно, не внушающий особого доверия мост.

Лиса первой проверила переправу. Гибкая, ловкая, она прошла по стволам, будто по ровной земле, прихватив с собой бухту тонкого, но прочного троса. На другой стороне сбросила рюкзак, достала пару миниатюрных блоков, зацепила трос за подходящее дерево и бросила нам свободный конец.

– То есть, пройти можно, – угрюмо кивнул Гром. – Давайте, по одному. И держитесь там, ради бога. Не навернитесь.

Почти отеческое напутствие…

Легкий ветерок шевелил ветви деревьев, внизу шумела темная вода, а бледная луна слегка насмешливо взирала на наш отряд, копошащийся на краю обрыва. У меня возникло нехорошее ощущение, что это только начало веселья. Ну, что ж. Значит, повеселимся, что еще делать.

Ворон стоял у края и смотрел на перекинутые через провал стволы так, будто это был не мост, а бритва над пропастью. Пальцы вцепились в веревку, суставы побелели.

– Давай, – коротко бросил Гром.

Ворон сглотнул, не глядя вниз, шагнул вперед с таким видом, будто балансирует на канате. Каждый шаг давался ему с трудом: подошвы ботинок скользили по мокрой коре, дыхание сбивалось, плечи напряглись так, что казалось, он сейчас лопнет от напряжения.

Я следил за ним, сжимая «Каратель». Внизу ревел поток, гул воды будто отдавался в костях.

Ворон дошел до середины, остановился, замер, покачнувшись. Казалось, еще чуть‑чуть – и он соскользнет. Но каким‑то чудом боец сумел выровняться и двинулся дальше. Через минуту с облегчением спрыгнул на противоположный край.

– Живой, – пробормотал он и махнул рукой.

Гром угрюмо выругался, пристегнул пулемет к рюкзаку, щелкнул карабином, фиксируя груз на тросе и махнул рукой Ворону. Тот взялся за свой конец троса, и пожитки Грома поплыли над пропастью. Ну, правильно. Гром самый крупный из нас, и рюкзак у него выглядит так, будто командир группы с удачной мародерки возвращется, так что лучше все это дело отдельно от владельца переправить. Гром дождался, пока груз окажется на той стороне, проверил страховку и шагнул на мост.

– Теперь я.

Он шел спокойно и уверенно, будто каждый день по деревьям разгуливает. Даже не посмотрел вниз. Мост жалобно заскрипел под его весом, но выдержал. Через пару минут Гром уже стоял рядом с Вороном.

– Ну? – Гром повернулся. – Дальше кто?

Шило хмыкнул, поправил ремень с ножнами и шагнул на переправу. Двигался быстро, почти легко, явно решив показать, что он не хуже Лисы. Даже пристегиваться к тросу не стал, заставив меня поджать губы. Ну вот кому он что доказать хочет?

Я остался на берегу один, прикрывая переправу. Стволы под ногами Шила слегка вибрировали, гул воды снизу доносился тревожным саундтреком…

И вдруг откуда‑то сверху раздался пронзительный визг.

– Воздух! – рявкнул Гром, заставив Шило вздрогнуть. Я вскинул голову, но Симба был быстрее. Лазерная сеть «Ската» устремилась вверх и подсветила угловатый силуэт пикируещего дрона. Твою мать! Это еще…

– Камикадзе! – крикнул Гром. – Шило, быстрее!

Но Шило явно не успевал.

Я поймал цель в прицел, когда дрон был уже в трех метрах над опешившим бойцом. Сенсоры мигнули, зафиксировав добычу, и в ту же секунду я нажал на спуск.

Деструктор глухо рявкнул,плюнув сгустком бело‑голубой энергии. Дрон исчез в яркой вспышке, и тут же рвануло: сдетонировал заряд взрывчатки, который нес дрон. Небольшой, но хватило и этого. Воздух дрогнул, как от удара молота, во все стороны брызнули огненные осколки, а отшатнувшийся Шило вскрикнул и соскользнул с настила.

Дерьмо!

Я даже не успел подумать. Щелчок карабина, обнявшего страховочный трос, короткий разбег, прыжок…

В лицо ударил ветер, поток внизу предвкушающе взревел… А в следующую секунду моя рука сомкнулась на предплечье Шила.

– Держись! – крикнул я, изо всех сил сжимая пальцы. Меня рвануло вверх, над головой что‑то скрежетнуло, треснуло – и трос со стороны берега с щелком сорвался с блока. Дерьмо!