Крон открыл один из ящиков, начал раздавать провизию. Пайки в вакуумных пакетах, фляги с водой, энергетические батончики. Кто‑то тащил рюкзаки, кто‑то – сумки.

Медуница раздавала медикаменты. Каждой группе – аптечку. Антибиотики, бинты, обезболивающее. Проверяла, чтобы все было на месте.

Я подошел к броневику, залез внутрь. В десантном отделении остались ящики с боеприпасами. Вскрыл, порылся… Стандартный боекомплект для вооружения бойцов ГенТека. То есть, мне подходит. Я набрал запасных магазинов для «Карателя», взял несколько батарей к скорчеру, обоймы для деструктора… Нашел свою винтовку, проверил ее – патроны, затвор, прицел. Вроде все в порядке. Вылез обратно. У броневика, явно дожидаясь меня, стоял Гром.

– Ну ты как? – за время этого рейда бородач будто постарел лет на пять. Впрочем, полагаю, я сейчас выглядел не лучше.

– Нормально, – махнул рукой я. – Пойдет.

– Готов? Дойдешь?

Я пожал плечами.

– Дойду, конечно. Куда я денусь?

– Хорошо. У тебя – самое ценное. Береги их, – Гром кивнул на женщин.

– Понял, – слегка растерявшись, кивнул я.

Гром хлопнул меня по плечу, пошел дальше.

В целом, логично. Женщины в безумном новом мире – редкость и ценность. От них, в буквальном смысле, зависит будущее человечества. Так что – Гром и правда доверил мне самое ценное. Что ж. Постараемся не подвести. Я бросил взгляд туда, где Лиса уже собирала нашу группу, и покачал головой. Будет не просто.

Ида стояла в группе женщин. Рюкзак за плечами, куртка застегнута под горло. Посмотрела на меня, кивнула. Я кивнул в ответ. Хорошо, что она здесь. Присмотрю хоть…

Я обвел взглядом ангар, вздохнул и, собрав свои пожитки, отправился к одному из броневиков. Нужно хоть немного отдохнуть и восстановить силы перед новым марш‑броском. А то они, все‑таки, не бесконечные.

Даже у меня.

До базы шли несколько часов. Сколько точно – сложно сказать, время снова размазалось, растянулось, стало неизмеримой субстанцией. Шаг за шагом, поворот за поворотом, одни руины сменялись другими… Можно было бы спросить у Симбы, но… Какая, в сущности, разница? Сейчас это ни на что не влияло, а когда мне понадобится, ассистент предоставит мне не только время в пути и расстояние, но и карту с оптимальным маршрутом. А пока – шаг за шагом, километр за километром…

Наша группа вышла из ангара третьей, спустя час после того, как во главе первой выдвинулся Гром. Вела, конечно же, Лиса – шла впереди, сверялась с коммуникатором, выбирала маршрут. Я шел рядом. Прикрывал, «пробивал» местность через «Скат»… замыкал колонну. Замыкали Глотка и Хмырь – пара бойцов из убежища, которых мы спасли на мясной станции. Выглядели они ребятами толковыми, и за тыл я не переживал.

Петляли мы знатно. Лиса старательно огибала открытые пространства, держалась ближе к укрытиям. Я то и дело поглядывал на небо. Нас было слишком много, шли мы днем, и заметить нас с воздуха – плевое дело. Особенно для какого‑нибудь окулюса.

Однако пока нам везло. Ни одного механоида мы не встретили. Симба молчал – значит, поблизости чисто. Либо везло, либо… Либо мы забрались настолько далеко, что даже жестянкам здесь было ловить нечего.

Собственно, то, что мы покинули Москву, и сейчас находились где‑то в области, было понятно давно – каким бы огромным ни был город, так долго ехать нельзя даже по нему. Жилые массивы и небоскребы исчезли даже с горизонта, вокруг только промзоны, складские комплексы и заброшенные заводы. Между ними – пустыри, перелески, поля.

Мы шли все дальше от того, что когда‑то было городом. В глушь.

Куда именно – я понятия не имел. Лиса не говорила, я не спрашивал.

К концу пути устали все. Женщины шли молча, опустив головы. Было видно, что они с трудом держатся на ногах, но никто не ныл. В принципе, после того, что им пришлось пережить, было бы странно, если б кто‑то начал ныть, что устал или натер ногу.

Лиса остановилась у края какого‑то оврага. Огляделась, проверила коммуникатор, кивнула себе.

– Пришли, – бросила она.

Я огляделся. Овраг, заросли, развалины какого‑то здания на склоне. Ничего похожего на базу.

– Куда пришли?

– На базу, – хмыкнула она, показывая на дно оврага. – Спускаемся.

В голове ожил Симба:

– Регистрирую тепловые сигнатуры. Четыре единицы. Статичны. Вероятно – часовые.

– Вижу, – мысленно ответил я, глядя на красные точки в интерфейсе, подсвеченные ассистом. Видимо, и правда пришли.

Лиса достала рацию, набрала частоту с клавиатуры, нажал клавишу.

– Лиса. Группа три. Подходим с севера.

В динамике треснуло, потом послышался голос – хриплый, незнакомый:

– Наблюдаем визуально. Проходите. Ждем.

Лиса убрала рацию, повернулась к группе.

– Вниз. Аккуратно, склон крутой.

Спустились в овраг. Склон был скользкий, осыпался под ногами. Женщины держались за кусты, за камни. Одна поскользнулась, Хмырь подхватил за руку.

Внизу – заросли, мусор, куски бетона… Через всю эту прелесть пришлось пробираться пару сотен метров, пока мы не уткнулись в дренажный коллектор. Обложенный кирпичом тоннель в насыпи, ржавая, наполовину сорванная решетка…

А еще несколько скрытых камер и хорошо замаскированных пулеметных гнезд, подсвеченных Симбой. Я хмыкнул. Стало быть, и правда дошли. Но есть нюанс. если мне удалось так легко распознать камеры, стало быть, и для мехов это проблемой не станет. Надо бы намекнуть на это Северу…

Я первым шагнул в тоннель, и в темноте тут же шевельнулись два силуэта. Часовые. С автоматами, лица настороженные. Один кивнул Лисе.

– Ну, наконец‑то. Вы последние. Проходите.

Лиса сухо кивнула, и мы углубились в тоннель. Темно, сыро, света нет… Симба поколдовал со зрением и мир окрасился в зеленоватые тона. Женщины шли на ощупь, держались за стены. Глотка включил фонарик, подсвечивал дорогу.

В конце тоннеля виднелась кирпичная стена. Кладка старая, заложили, видать, еще до апокалипсиса. Один из бойцов шагнул в сторону, нащупал что‑то в стене. Щелкнул замок, беззвучно открылась массивная металлическая дверь.

За дверью оказалась еще пара часовых. Один – невысокий, жилистый, с автоматом на груди. Второй – здоровый, в бронежилете, с деструктором.

– Вниз по лестнице, – кивнул первый. – Осторожнее, ступени скользкие. Не расшибитесь.

Лиса кивнула, пошла первой. За ней – женщины. Я остался сзади, пропустил весь этот гарем, пошел последним.

Крутые, неудобные металлические ступени поскрипывали под ногами. Темнота – хоть глаз выколи. Я нащупал на груди фонарь, щелкнул кнопкой. Нечего ресурсы организма на ерунду тратить, здесь луч фонаря прятать не от кого.

Спустившись на несколько пролетов, мы оказались на квадратной площадке с толстенной железной дверью. Лиса подошла к ней, пару раз ударила прикладом.

Щелкнуло, загудело, дверь медленно открылась.

За дверью оказался… М‑м‑м… Предбанник. Узкий, два на три, голый бетон. Под потолком – тускаля лампа, забранная сеткой. И еще одна дверь напротив – еще массивнее.

Оказавшись напротив этой двери, я сразу почувствовал себя неуютно. Впрочем, сложно чувствовать себя иначе, когда на тебя смотрят спаренные стволы крупнокалиберного пулемета. Я присмотрелся. Ниже торчало нечто, очень похожее на сопло огнемета.

Грамотно. В таком узком пространстве и человеку‑то толком не развернуться, не говоря уже о механоидах. если все входы защищены так же, как этот, опасаться за убежище не стоит.

Неплохо, реально неплохо.

Начала открываться вторая дверь. Медленно, с лязгом и скрежетом. Наконец, за ней показался коридор, тускло освещенный мерцающими лампами.

– Проходите, – раздался голос. Незнакомый, хриплый.

За второй дверью стояли двое бойцов. Первого я уже где‑то видел, вероятно – в первом убежище.

– Сбор новоприбывших в общем зале, – проговорил знакомый. – Пойдемте, я провожу.