– Они не дойдут, – повернувшись к Грому, озабоченно проговорила девушка с медицинской сумкой.

– Ясен пень не дойдут, – фыркнул Гром. – Носилки готовьте.

Парень, раненый в ногу, попытался было протестовать, мол, он и так ого‑го, но потерял равновесие и чудом не рухнул на пол. Гром поглядел на него, как на идиота, и тот угомонился. На свет появились две пары складных тактических носилок, и раненых быстро уложили в них.

– Ворон, Шило – несете Рольфа, – распорядился Гром. – Мэд, Сытый – берете Беса. Антей идет впереди, я замыкаю.

Я усмехнулся. Гром явно хотел дердать меня на виду. Что ж, ничего против не имею. Впереди от меня толку будет больше. Разве что я понятия не имею, куда идти…

– Дорогу я буду показывать, – будто прочитав мои мысли, сказал Гром. – Все, выдвигаемся.

Я кивнул, сбросил винтовку с плеча, сменил магазин, и выскользнул за двери.

Маленькая печальная процессия выбралась наружу. Ночь встретила нас холодом, запахом ржавчины и гари. Развалины завода казались гигантскими костями давно умершего зверя, скрипели балки, где‑то вдалеке выл какой‑то хищник.

– Секунду, – буркнул я, откинул рукав пыльника и активировал «Скат». Мир в интерфейсе расцвел мягкими призрачными контурами. Тепловые силуэты бойцов позади, старые корпуса зданий, а на самом краю зоны обнаружения – что‑то крупное, медленно двигающееся за соседним цехом. Слишком большое и слишком ровное для животного.

«Объект идентифицирован. Рипер. Охотничья модификация», – тут же отреагировал Симба.

Я поднял руку, повернулся к остальным, и тихо сказал:

– Там, за цехом, рипер. Крупный. Патрулирует, или кого ищет – не знаю, но лучше обойти.

Гром скосил на меня взгляд, в котором читался скепсис.

– С чего ты взял?

– Я вижу его, – пожал я плечами.

– Шило, проверь, – скомандовал Гром.

Татуированный положил носилки на землю и, достав из разгрузки какой‑то громоздкий прибор, пригнулся, и, двигаясь почти бесшумно, ушел в темноту. Прошло не больше минуты, но время растянулось, будто мы стояли там целый час. Наконец, он вернулся, лицо напряженное:

– Да, там активность. По сигнатурам действительно похоже на рипера.

Гром перевел взгляд на меня. В его глазах скользнуло что‑то новое – не доверие, но уважение.

– Обходим, – коротко приказал он.

Мы свернули в сторону, уходя вглубь завода. Узкие проходы между ржавыми цехами пахли затхлостью и старым маслом. Шаги глухо отдавались по бетону, и каждый старались ступать мягче, будто даже звук дыхания мог привлечь смерть. Я двигался впереди, чувствуя, как взгляды за моей спиной стали чуть менее враждебными, чем раньше.

Слева тянулся полуразрушенный склад – огромный каркас с провалившейся крышей и осевшими воротами. Я поднял ладонь, заставив всех остановиться. Наклонился, коснулся пальцами земли: Симба подсветил мне красным цепочку глубоких вмятин. Следы. Прямые, аккуратные, слишком четкие, чтобы быть мутантскими.

Я хмуро провел ладонью по свежему следу.

– Здесь недавно проходили механоиды, – тихо сказал я. – Не сборщики, что‑то покрупнее.

Гром подошел ближе, прищурился. Его густые брови сошлись на переносице.

– Насколько давно?

– Час, может, меньше, – ответил я, озвучивая то, что мне шептал в ухо Симба. – И, кажется, он был не один.

Гром стиснул челюсть, глядя на следы с ненавистью.

– Черт… Раньше их меньше было. Эти твари обычно так далеко не заходили. После взрыва станции твари как с цепи сорвались.

Гром поднял голову, внимательно, будто бы даже с подозрением, глядя на меня. Зря я про ГРЭС упомянул, ой зря…

– Значит так… Держим уши востро. Если напоремся – шансов мало.

Я промолчал, вспоминая, сколько железных уродцев покрошил на станции. С «Карателем» мои возможности значительно расширились, и встреча с одиночным механоидом особой опасности не сулила. Другой вопрос, что я тут и без того нашумел прилично, и новая стрельба может привлечь внимание тех, с кем встречаться совсем не хотелось бы. Например – рапторов. То, что мне удалось уничтожить одного из этих бронированных монстров, было скорее удачей. Повторять на бис я бы не стал.

Мы обогнули склад, продираясь сквозь заросли ржавой арматуры и сорняков, и вышли к длинной линии полуобрушенных корпусов. В одном из них зиял пролом, откуда тянуло гарью и холодом.

Я задержался на секунду, глядя в темноту, и Симба тихо сообщил:

– «Зафиксированы остаточные следы. Активность механоидов в этом районе значительно выше нормы».

Я посмотрел на Грома и тихо сказал:

– Здесь неспокойно. Они возвращаются сюда часто. Значит, что‑то охраняют или ищут.

Гром стиснул зубы, глаза потемнели.

– Может, и так… – буркнул он, поправляя ремень пулемета. – Ладно. Прорвемся. Главное – живыми добраться до базы.

Мы двинулись дальше, обходя темные корпуса и каждый звук заставлял сердце сжиматься в ожидании металлического лязга шагов за спиной.

Шли мы, наверное, часа четыре. Север, говоривший по рации про активизацию механоидов в этом районе, был прав. Один раз нам пришлось делать большой крюк, обходя стороной раптора с пристяжью из нескольких риперов, еще раз просидели больше часа в руинах, ожидая, пока из района свалит Гончий Улей, своевременно замеченный Симбой… Уже начинало светать, когда Гром затормозил процессию.

– Слева, – негромко проговорил он. – Ничего не видел?

Я повернулся в ту сторону, и тут же услышал за спиной щелчок предохранителя. Обернувшись, увидел ствол пулемета, направленный мне прямо в лицо. Лицо Грома было спокойным, но оружие он сжимал решительно. Шило положил носилки на землю, сместился в сторону и держал меня на прицеле деструктора. Ворон вжал свое оружие в плечо, и даже парнишка со своим навороченным калашом целился в меня.

– Спокойно, – прогудел Гром. – Без лишних движений. Даже если ты синтет – в четыре ствола мы тебя разберем так, что хрен отрегенишься. Если хочешь идти дальше – сдаешь оружие и мешок на голову. Если что‑то имеешь против – лучше уходи прямо сейчас.

Я осмотрел воинство Грома. В целом, он был прав, в четыре ствола они меня и правда разберут… Если успеют. Я бы на их месте немного отошел, слишком короткая дистанция. Активировать нейроген, клинки – и через двадцать секунд живых здесь не останется. Но делать этого я, конечно, не стану. Иначе стоило так далеко переться?

Я пожал плечами.

– Ладно, командир, как скажешь.

Скинул с плеч винтовку, поставив на предохранитель, снял деструктор, вынул из кобуры скорчер. Паренек, повинуясь жесту Грома, приблизился и осторожно забрал стволы. Я протянул их, глядя парню прямо в глаза:

– Потеряешь или сломаешь – накажу.

Сказал вроде в шутку, но улыбок почему‑то ни у кого не увидел. Паренек сглотнул, сжал оружие покрепче и отступил.

Гром махнул рукой:

– Нож и топор тоже.

– Может, сразу и рюкзак отдам? – спросил я с кривой ухмылкой.

– Можно и рюкзак, – кивнул Гром. – Мне донести несложно. Ты ж нам помог, а долг платежом красен.

Хмыкнув, я скинул рюкзак с плеч и аккуратно поставил его на землю, выжидающе глядя на Грома. Тот кивнул, и Ворон, шагнув вперед, протянул мне кусок грубой ткани. Я еще раз огляделся, непоределенно хмыкнул и натянул его на голову.

Судя по шороху, кто‑то забрал рюкзак, а потом меня взяли за локоть и мягко подтолкнули вперед. Сопротивляться я не стал, стараясь ступать так, чтоб не споткнуться.

«Предупреждение: высокая вероятность ловушки», – холодно произнес Симба в ухе. – «Необдуманные действия увеличивают риск летального исхода на сорок восемь процентов», – ассистент явно не одобрял мою задумку.

«Ты не умничай, а лучше записывай трек», – мысленно пробурчал я. – «Чтоб хоть понимать, как выбираться, в случае чего».

«Запись трека ведется непрерывно, накладывается на карту, в случае необходимости трек будет использован для навигации», – невозмутимо отрапортовал Симба.