— И это мы обсудим?.. – она наблюдала.

— Верно. Тебе нужно поесть.

Лея согласно кивнула, прижав ладонь к горлу.

— Оно так болит.

— Это пройдет, — сообщил вампир, открывая небольшой холодильник, спрятанный в тумбу у кровати. Он встал так, чтобы Лея не видела манипуляций, и повернулся к ней лицом в тот момент, когда тягучая кровь из пакета была перелита в фужер.

— Что это? — спросила она.

— То, что тебе поможет.

— Сок? — спросила она с нотками наивности в голосе. — Гранатовый сок? — уточнила, делая шаг навстречу и сглатывая слюну.

— Попробуй.

— Мне понравится?

— Безусловно. Ты мне доверяешь? — спросил Константин и почти сразу пожалел о своем вопросе. Он боялся как положительного ответа, так и отрицательного.

Отрицательный ударит по самолюбию, оставит след на сердце, а ее кроткое «да» окончательно лишит его самообладания. Услышать от своей пары согласие — ни с чем не сравнимое удовольствие, но еще большая ответственность.

— Да, — выдохнула она. — Доверяю, — не отводила прищуренного взгляда от темной жидкости.

Лея облизала губы, шумно сглотнула и судорожно выдохнула вместе со стоном нетерпения.

Густая жидкость переливалась рубиновыми бликами.

Константин поднес к пухлым губам фужер.

— Пей.

Горло девушки болезненно сжалось, жажда полоснула нутро, и ее пальцы сами сомкнулись на мужской руке, не позволяя сдвинуться с места.

Первый глоток был, как глоток лавы. Болезненный и обжигающий. Но спустя несколько секунд по языку разлилась соль и сладость, заставив Лею задрожать. Она захлебнулась в собственных ощущениях, кровь жгла горло, но вместе с болью приносила облегчение. Каждая клетка ее существа пела, требовала еще.

Константин смотрел, как ее губы обхватывают край бокала, как по подбородку стекает тонкая алая капля, и сдерживал собственный голод. Лея была прекрасна в своей наивности, в том, как пыталась совладать с собой.

Она сделала несколько быстрых глотков, а потом прижала фужер к губам, подняв на Высшего вампира слегка растерянный взгляд.

— Почему она вкусная?

— Потому что это для нас деликатес. Десерт. Десерт и основное блюдо, — добавил Константин, кончиками пальцев коснулся острого девичьего подбородка, поймал алую каплю и стер ее медленным движением.

Она жадно втянула остатки густой жидкости. На этот раз не было осторожности, лишь стремление утолить огонь, рвущий ее изнутри. Кровь тягучей рекой стекала в горло, обжигая и лаская одновременно.

Каждый глоток отзывался в теле волной силы: мышцы наливались упругостью, вены звенели от избытка энергии, слух и зрение становились еще острее. Лея ощущала, как ее дыхание становится тяжелым, как чужое сердце отзывается эхом в ее груди.

Фужер быстро опустел. Девушка оторвалась от него, шумно вдохнула и зажмурилась от удовольствия.

— Хочу еще, — выдохнула она, сжав его так, что стекло жалобно заскрипело, осыпаясь на пол крупными осколками.

— Этого достаточно, чтобы утолить голод, — сказал он. — Твое тело еще не привыкло. Выпьешь много — и может наступить неконтролируемое опьянение.

Лея приоткрыла глаза, блестящие и потемневшие, и смотрела на Константина пристально и с вызовом, словно хотела оспорить каждое слово. Она тяжело дышала, губы подрагивали, а ее саму переполняла сила. Не было привычной боли, слабости, которая не позволяла полноценно дышать, головокружения, тремора усталости в руках и ногах. Ей казалось, что она прямо сейчас может свернуть горы! Пробежать самый длинный марафон и даже не запыхаться. Переплыть реку. Прыгать без устали на батуте. Пройти сотни километров пешком. Сделать все что угодно.

— А когда ты мне дашь еще? — спросила нетерпеливо.

— Когда пойму, что кровь тебе нужна.

Лея сморщила носик при слове «кровь».

Приняв задумчивость Леи за согласие и за понимание того, что с ней происходит, Высший вампир стал посвящать ее в ближайшие планы.

— Мне нужно решить несколько насущных проблем.

— Каких? — спросила она на автомате, прислушиваясь к новым звукам за стенами особняка. В сотнях метров от них стали просыпаться люди, заниматься утренней рутиной. Ворчать на будильник или своих близких, включать воду, смывать унитазы, ставить чайник — все то, что обычно происходит после пробуждения.

— Я должен привести дом у моря в порядок. Нужно освободить прилегающую территорию от людей. Я не смогу присутствовать с тобой каждую секунду, а с жаждой иногда очень тяжело справиться.

Лея посмотрела на Константина с пониманием. На самом деле она просто наслаждалась чувством неконтролируемой силы.

— Обычно с новообращенными вампирами всегда есть наставник. Я буду твоим наставником на ближайшие годы. Но мне нужно подытожить человеческую жизнь, чтобы полностью посвятить время тебе.

— Хм, — хмыкнула девушка, почесав бровь и скосив взгляд на руку, словно впервые ее увидев. Тонкие черточки рисунка кожи привлекли ее внимание.

— Думаю, я смогу справиться за несколько часов.

— Я могу вернуться в палату, — произнесла Лея, — и подождать тебя там.

— Нет, не можешь.

— Почему? Я больше не буду проходить лечение? — она нахмурилась, а потом опустила взгляд на грудь Константина, от которой тянулась тонкая, почти прозрачная нить. Лея проследила за ней взглядом, попыталась ухватить, но нить уворачивалась, таяла под ее пальцами и вновь обретала видимость. — Что это? Почему эта штука тянется от твоей груди к моей?

— Потому что мы истинная пара.

Лея удивленно вскинула брови и искренне и звонко рассмеялась.

— Как в сериалах.

— Да, как в сериалах, — выдохнул вампир.

Он смотрел на нее, позволив улыбке коснуться уголков губ. Смех Леи был чистым, легким. Она продолжала играть с невидимой нитью, вытягивая пальцы вперед, пытаясь ухватить ее, словно ребенок, ловящий солнечных зайчиков.

Константин видел это сияние между ними: тонкое и прочное, оно тянулось от его сердца к ее, пульсировало в такт их дыханию и движениям.

— Но… это же неправда, — выдохнула Лея, уже не смеясь, а скорее удивляясь, будто хотела убедить саму себя. — Так не бывает.

Он подошел ближе, сократив расстояние, и накрыл ее ладонь своей. Его пальцы сомкнулись поверх тонких пальцев, и нить вспыхнула чуть ярче, радуясь прикосновению.

— Бывает, — сказал Константин. — Я прожил слишком долго, чтобы верить в сказки. Но ты — моя сказка, Лея.

— Мне нравится быть твоей сказкой, — произнесла она. — А ты будешь моей сказкой?

— Буду. Страшной средневековой сказкой, — ответил Константин.

— Неправда, — она отрицательно покрутила головой, глядя ему в глаза, сделала небольшой шаг навстречу, желая сказать, что за свою жизнь не встречала никого лучше. Под ногами хрустнул осколок фужера. — Нужно убрать, — Лея сразу же переключилась. Она, как и любой другой новообращенный вампир, не могла долго удержать внимание на одном объекте, ситуации или человеке. Звук, запах, движение — все могло отвлечь.

— Не беспокойся об этом. В первую очередь нам нужно привести в порядок себя.

— Да? — спросила Лея растерянно, но тут же заметила следы крови на руках и ночной сорочке. — Нужно. И тебе, — она сосредоточилась на внешнем виде Высшего вампира.

Константин ненавязчиво, но настойчиво направил девушку в ванную комнату, не позволяя ей передумать. К собственному удивлению, помнил себя в момент, когда его тело готовилось к полному переходу. Высшие вампиры рождались по-настоящему живыми, они проходили все этапы взросления, что и люди. Но когда организм достигал своего пика, сердце останавливалось — и вампир обретал бессмертие. И это не проходило безболезненно или незаметно. Чувства обострялись до предела, когда малейший жест мог подтолкнуть к непоправимым действиям.

Константин включил воду, и в просторной ванной мгновенно раздался мягкий шум, заполняя пространство влажным теплом. Пар начал собираться, словно завеса, скрывающая их от остального мира.