Константин чувствовал, как дыхание Леи сбивается, он склонил голову к ее уху, твердо напоминая:

— Ты сильная девочка, Лея.

Она судорожно втянула воздух, и запах его кожи захлестнул сознание. Невыносимо притягательный. Каждая нота его присутствия била по нервным окончаниям: тепло ладоней, тяжесть тела, тихий голос, что врезался в память сильнее любого крика.

Лея широко распахнула глаза, изучая мужчину и мир вокруг него. Мир был слишком ярким и резким. Но Константин среди этого хаоса словно светился. Его черты казались совершенными, линии лица были будто выточены рукой мастера. Взгляд темных глаз глубокий и манящий.

Она ощущала, как его сердце ускоряется, и казалось, что его сердце билось именно для нее.

Константин позволил Лее освободить руку, и она коснулась его щеки. Сначала с осторожностью. Кожа оказалась упругой, горячей и бархатистой. Она провела по линии скулы, задержавшись у уголка губ, и ее нутро отзывалось странной, пьянящей музыкой.

— Ты… — прошептала она почти беззвучно.

Константин не отстранился. Он позволил ей изучать его, позволил прикасаться. Лея вдохнула глубже, и на миг жажда уступила место иному чувству — восхищению.

Ее глаза блестели в полумраке, широко распахнутые, наполненные смесью жажды, растерянности и неожиданного восторга. Она смотрела на вампира так, будто видела впервые.

Пальцы Леи скользнули к мужским губам, а затем коснулись подбородка.

Константин, обычно холодный и сдержанный, готов был позволить Лее все и следил за ее реакцией, за тем, как вспыхивает на щеках румянец, как дрожат ресницы, как в глазах пробивается не только вампирская жажда, но и человеческое узнавание.

— Ты такой красивый, — произнесла она.

Он медленно поднял руку и накрыл ее ладонь своей. Их пальцы переплелись. И в глазах новообращенной вампирши на миг потух пожар жажды, уступив место новому желанию.

Лея осмелилась чуть приподняться, сокращая расстояние, жадно вглядывалась в лицо Высшего вампира. Жажда рвала ее изнутри, но поверх нее накатывало другое, сильно опьяняющее чувство. Желание. Желание обладать Константином полностью. Душой, телом, мыслями. Всем!

Лея склонила голову, мягкие губы скользнули по чуть колючей щеке, осторожно, пробуя кожу мужчины на вкус. Она не знала, чего боится больше: собственных желаний или того, что он может оттолкнуть. И в этот момент тишину прорезал резкий хлопок. Где-то далеко, за стенами дома. Выхлопная труба старой машины вновь разорвала тишину.

Лея отстранилась. Резко поднялась на ноги. Ее зрачки стремительно сузились от напряжения. Она вслушивалась в звуки улицы, и ее внимание уже не принадлежало Константину. Сотни новых звуков навалились одновременно: шаги, лай собаки, скрежет металлической двери, звук мотора. Она дернулась, сделав несколько шагов, словно зверь, готовый сорваться с цепи. Константин позволял ей привыкать к новому миру. Понимал, чем сильнее будет пытаться сдерживать, тем быстрее она потеряет контроль.

Лея бесшумно оказалась у окна, взявшись ладонями за холодную раму. Ее грудь тяжело вздымалась, она жадно ловила запахи и звуки.

Константин оставался в кровати, не отпуская взглядом внешне хрупкую фигурку, за которой скрывалась мощь новообращенного вампира. Он был готов вмешаться в любую секунду, если жажда возьмет верх и Лея бросится наружу.

Силуэт Леи застыл на фоне темного неба. Девушка смотрела во тьму улицы, завороженная новой реальностью, в которой каждый звук и запах обрушивались на нее лавиной.

— Так странно, — произнесла она, вздрагивая от собственного голоса и хмурясь. — Я умерла? — спросила она, повернувшись к Высшему вампиру.

Лея держала ладонями холодную раму, перед ней простиралась ночь, пахнущая солью моря, пылью дорог и рассветом. Розовые лучи первого солнца подсвечивали фигуру девушки, покачивающей бедрами от нетерпения, словно кошка перед прыжком. Тонкая ткань сорочки липла то к одному бедру, то к другому. По узкой спине пробежала дрожь. Лея или уловила новый запах, или справилась с накатывающей жаждой.

«Удивительная девочка», — думал Константин, не отводя взгляда от нее. Новообращенные вампиры почти всегда не сдержаны и часто совершенно неконтролируемы.

Лея тряхнула короткими волосами, чуть подалась вперед, прижимаясь лбом к стеклу, вынуждая тело Высшего вампира напрячься и приготовиться броситься вдогонку за ней.

Отшатнулась. Повернулась к нему и спросила:

— Я умерла?

«Удивительная и проницательная», — пронеслась мысль. Но мысль задержалась ненадолго. Константину предстоял разговор, в котором он должен был донести многое. Объяснить. Показать, что новая жизнь — это не проклятие, как может показаться на первый взгляд, это — дар. Хотя… он стал думать о своей жизни как о даре не так давно. С момента встречи с девушкой со светло-розовыми волосами.

Не получив ответа, Лея отвернулась, привстала на носочки, посмотрела вниз, где у кромки моря ютился шумный городок. Она долго всматривалась в предрассветные улочки, дыша глубоко и равномерно. Иногда ее дыхание сбивалось, становилось поверхностным, сердце спотыкалось и продолжало биться в обычном для вампира, встретившего истинную пару, ритме.

— Не понимаю, — прошептала она, хватаясь за горло и подаваясь вперед, грозя выдавить собственным весом стекло и оказаться на неухоженной лужайке перед домом.

— Лея, — Константин вновь переключил внимание на себя.

— М-м-м? — протянула она хрипловато.

— Лея, — позвал требовательно и добился, чтобы девушка повернулась к окну спиной. — Как ты себя чувствуешь?

Она отвела взгляд в сторону, прислушиваясь к себе.

— Очень странно. Мне хорошо и плохо одновременно, — произнесла она, поразмышляв несколько секунд. — А?.. — она вернула взгляд к Высшему вампиру. — Ты весь в крови, — ахнула она. — Одежда. Лицо. Руки…

Лея вытянула ладони перед собой и с ужасом заметила, что и на ее светлой коже были грязно-алые разводы. У нее не было никаких сомнений, что это была чья-то кровь.

Но… не ее. Не ее. Ведь нельзя чувствовать себя полной сил, лишившись такого количества крови.

И не Константина. Он не выглядел раненым или изможденным. Скорее взволнованным и настороженным.

— Я бы хотел принять душ, а ты? — спросил он осторожно.

— Вместе? — Лея не сдержала порыв.

— Желательно.

— Нет. Да. Нет, — она сжимала и разжимала ладони, прислушиваясь к собственному телу. — Наверное, нужно. Мы же…

Вновь звуки внешнего мира отвлекли Лею, заставляя резко развернуться. Звук мотора. Голоса. Мужской, женский и детские. Тело девушки напряглось, приобретая грацию хищника.

— Достаточно, — произнес Константин тихо.

Лея дернулась, протестуя, но он не дал ей увлечься зовом крови. Возможно, любому другому новообращенному вампиру он и позволил сорваться, но не Лее. Она не простила бы себя, случись несчастье.

— Тебе нужно поесть, — добавил он уже мягче, удерживая ее в кольце рук.

Прежде чем Лея успела возразить, Константин поднял ее. Мгновение — и мир перед ее глазами изменился. Холодное окно, предрассветные огни городка — все исчезло. Их окружила тишина и мягкий полумрак просторной спальни. Гладкие стены, выкрашенные в темный, зеркало от пола до потолка, современная мебель с прямыми линиями и мягким светом ламп.

Особняк, в котором Константин жил последние десятилетия, встретил их привычным для него ощущением тишины. Но совсем скоро и здесь проснется город. Он надеялся, что ему хватит времени накормить Лею и собрать некоторые вещи, что пригодятся в будущем.

Он опустил ее на пол, позволяя ощутить поверхность под ногами, и сделал шаг назад, внимательно наблюдая. Лея стояла посреди комнаты, обводя взглядом все вокруг, и впервые за ночь в ее глазах появилось не только смятение, но и любопытство.

— Как мы здесь оказались? — спросила она, оборачиваясь вокруг своей оси.

— Это мы тоже обсудим, — сказал Константин, невероятно быстрыми движениями скидывая одежду в центр кровати.